Ночь Королей. Сражайся за свое сердце - Стелла Так

Мне захотелось, чтобы Джексон был со мной и я могла чувствовать его непоколебимую уверенность, высокомерие и силу.

Что бы он сделал?

Что бы он на все это сказал?

Вероятно, нечто надменное, что меня бы разозлило, и я захотела бы задушить его. Боже, как мне не хватало возможности кричать на него!

Разгневанная жалостью к себе, я вытерла слезы и схватила кусок торта. Хотя он был ужасно сухим, я съела его, запив стаканом воды. Чувствовалось каждое движение до мельчайших деталей. Я снова ущипнула себя, но это не вызвало ничего, кроме обычной боли, и я осталась на месте.

Дверь в коридор была чуть приоткрыта. Мне было ясно, что нужно исчезнуть отсюда сегодня вечером. Но из-за того, что мама преследовала меня, все стало намного сложнее, чем раньше. Вдобавок мысль о Проклятии никуда не испарилась. Казалось, будто оно наблюдает из темноты, играет со мной, как кошка с мышкой. Пришло время узнать, что происходит на самом деле, и для этого мне необходимо выбраться отсюда.

Я скептически огляделась. Поставленная мне капельница мешала свободному передвижению. В блокбастерах главные герои всегда вырывали иглу, а потом героически спотыкались. Поскольку я уже безуспешно опробовала этот подход, предпочтительным оказалось осторожно снять пластырь и иглу.

Моей одежды нигде не было видно. Вероятно, от нее избавились, ведь она была вся в крови. Ладно, тогда мне просто нужно попытаться украсть что-нибудь из соседней комнаты, поскольку в больничной пижаме я далеко не уйду.

Но когда я встала, у меня снова закружилась голова.

– Ты справишься, Элис, – пыталась я убедить саму себя.

Ага, я разговариваю сама с собой. Думаю, нужно перестать, если я хочу убедить мир в своем здравом рассудке.

Я выскользнула наружу, почувствовала запах дезинфицирующего средства и услышала писк машин. С потолка мерцали яркие огни. Двери в некоторых комнатах были открыты, и я видела, как суетятся медсестры. Где-то зазвонил телефон. Все казалось нормальным. Хорошо, а где выход?

Подумав немного, я повернула налево. Дверь рядом со мной открылась, и я натянуто улыбнулась проходящей мимо медсестре в надежде, что та не отправит меня обратно в палату.

К счастью, этого не произошло. Она только взглянула на меня, прежде чем двинуться дальше. Дверь оставалась приоткрытой, и когда я прислонилась к ней, то смогла заглянуть внутрь. Эта палата была почти идентична моей. Казалось, к лежащему там пациенту пришел посетитель. Перед кроватью сидел мальчик с черными как смоль волосами и в красной университетской куртке, на обратной стороне которой кроме логотипа Фокскрофт-Хай был напечатан еще и третий номер. Рядом сидели две девочки примерно моего возраста.

Я только собиралась снова двинуться с места, как вдруг одна из девушек всхлипнула.

– О, Джек, что нам делать, если он не проснется?

Звук ее голоса пронзил меня насквозь. Присмотревшись к темноволосой девушке, я обнаружила пару знакомых темных глаз. Каждый волосок на затылке встал дыбом, а пальцы ног онемели.

Как такое могло быть?

Что здесь делает Изольда?

Она обняла белокурую девушку, которая жалобно хныкала.

– Если ты сейчас скажешь, что все будет хорошо, я просто сверну тебе шею, Иззи. Ничего хорошего не будет. Вы только посмотрите на него.

Когда она подняла глаза, я так сильно вздрогнула, что чуть было не сползла по стене.

– Регина? – вдруг вырвалось у меня.

Головы девушек повернулись.

Парень, одетый в куртку моей старой школы, поднял голову. Луч света упал на его золотисто-коричневую кожу, и пара темных глаз уставилась на меня с изумлением.

– Джексон? – спросила я.

Наши взгляды встретились. Мой желудок сжался, кожу покалывало, а на языке появился вкус шоколада. Это был он… но в то же время и не он вовсе. Его волосы были короче, только несколько локонов завивались вокруг ушей. На левую бровь был наклеен белый пластырь, а часть лица от века до подбородка казалась синей и чуть красноватой. Его правая рука была в гипсе.

Мы смотрели друг на друга, и его зрачки расширились. Всего лишь на мгновение, прежде чем он нахмурился.

– Кто… – начал он.

– Какого черта ты здесь делаешь? – выпалила я и вошла в комнату. Все присутствующие замерли, будто я просто сошла с ума.

– Как ты ушел с игрового поля? И почему на тебе куртка фокскрофтской футбольной команды?

Джексон посмотрел сначала на меня, затем на Изольду и Регину. Ладно, то, что Регина была рядом с ним и они не царапали друг другу глаза, раздражало меня даже больше, чем куртка.

– Гм… мы знакомы? – спросил Джексон с легким французским акцентом.

– Что? – Я уставилась на него. – Иззи! Регина! Почему… что здесь происходит? Как вы вышли из игры?

Девушки обменялись тревожными взглядами.

– Кто это, черт возьми? И почему она знает наши имена? – почти с отвращением спросила Регина. По крайней мере, так она на меня посмотрела.

– Нет, – прохрипела я, чувствуя, как земля уходит у меня из-под ног. Может, мне все-таки все это снится?

Проснись, Элис!

Но, к сожалению, я не спала. Подойдя к Джексону, я сильно ущипнула его за руку.

– Руки прочь! – Он резко дернулся, заставив девочек тревожно пискнуть.

– Эй, ты что, сбежала из психушки? Может кто-нибудь помочь нам? – проворчала Регина, когда я уставилась на руку, которой ущипнула Джексона.

Ни один сон не казался таким реальным, ведь я почувствовала твердую кожу и сильные мускулы. Я посмотрела на него.

– Пожалуйста, не говорите мне, что вы тоже меня забыли. Вы знаете, кто я. Я Элис!

Все трое недоуменно переглянулись.

– Вы знаете, кто я, – настаивала я, хватая Джексона за руку.

Его глаза смотрели на меня в замешательстве. Ситуация ему явно не нравилась.

– Слушай, блонди, – осторожно пробормотал он, отталкивая мою руку.

Блонди?

– Ты, должно быть, спутала нас. Мы тебя не знаем, и, честно говоря, ты нам сейчас мешаешь. Мы здесь только для того, чтобы навестить друга.

– Друга? – переспросила я, и мой взгляд упал на кровать.

В постели, подключенный к десяткам трубок и дыхательной маске, лежал не кто иной, как Винсент Честерфилд. Его волосы казались такими светлыми, что едва выделялись на белой подушке, а опухшее лицо было все в синяках, прямо как у Джексона. Писк монитора заполнял комнату, его грудь с трудом поднималась и опускалась.

Я вздрогнула.

– Что здесь делает Винсент? – хрипло спросила я.

– Откуда ты знаешь моего лучшего друга? – резко спросил Джексон.