Числа. Бесконечность - Рейчел Уорд

С первыми лучами солнца мы выходим из палатки, оставив спящих мальчиков и Мию, и идем к Савлу. Он по-прежнему сидит у костра и ждет, как и обещал. Другие двое куда-то делись. Спальные мешки и винтовки тоже.

Сара засыпает его вопросами. Она еще больше похожа на ротвейлера, чем в самом начале нашего знакомства. Сильное зрелище, даже немного трогательное. Но по лицу Савла я вижу, что он еле сдерживается. Он не хочет отвечать на вопросы, не хочет рассказывать, куда именно мы поедем. «На юг» — вот и все его объяснения. Наконец он нехотя произносит слово «Котсуолдс». Я без понятия, что это и где это.

— До туда миль пятьдесят, — говорит Сара. Похоже, слово «Котсуолдс» ей знакомо. — Как мы туда доберемся?

— На мотоциклах. Час пути, и мы на месте.

— Нас пятеро, вас трое. Да и потом, Мия не поедет на мотоцикле, мальчикам, я думаю, тоже не стоит, а я не могу…

Она обрывает себя на полуслове, и я понимаю: она не хочет, чтобы Савл узнал о ребенке. Но она зачем-то плотнее запахивается в пальто и вместо того, чтобы скрыть живот, только привлекает внимание к нему.

Савл оглядывает ее с головы до ног. Дошло, значит.

— Точно, Сара, — соглашается он. — Ввосьмером на трех мотоциклах не уедешь. Значит, едем вшестером. Трое нас, трое вас — Адам, ты и Мия.

На миг у нее отвисает челюсть.

— Нет, — говорит она. — Ни за что. Мы не оставим моих братьев. Адам, скажи ему. Скажи!

— Сейчас не время для эгоизма. Сейчас время подумать о том, что мы можем сделать для других, — ровным голосом убеждает Савл.

— Вы хотите сказать, что забота о семье — это эгоизм? — Она возмущена не на шутку.

— Нет, просто дело намного серьезнее. Я знаю, что Адам важен для тебя, но он важен и для всех нас.

Оба поворачиваются ко мне.

Я думаю о теплых постелях. Я думаю о горячей еде. Я думаю о том, что смогу помогать людям, используя свои знания о числах, как тогда. Но я знаю, что Сара права. Я должен быть с ней, а она никуда не поедет без мальчиков.

— Не сейчас, Савл, — говорю. — Мы останемся здесь до конца зимы.

Кладу руки Саре на плечи и чувствую, как ее напряжение понемногу уходит.

— Так, значит, это твое последнее слово? — спрашивает он. В его голосе звучит предупреждение, но мне плевать на то, что он скажет. Я принял решение и знаю, что поступаю правильно.

— Да, — твердо отвечаю я. — Именно.

Он сжимает челюсти, глаза его горят яростным огнем. Он быстро озирается по сторонам, как будто выясняет, где кто находится. Затем поворачивается ко мне.

— В таком случае ты не оставляешь мне выбора. — Он подлетает ко мне, хватает за запястье и заламывает мне руку за спину. — Я арестовываю вас, Адам Доусон. Вам предъявлено обвинение в убийстве, или вы забыли?