Цена принцессы - Лана Ежова

В дом богини Матери меня сопровождали два молчаливых, угрюмых телохранителя, глядя на которых, я порой испытывала ностальгию по давним временам, когда меня оберегал весельчак Мак.

Ох, Мак… Очередное разочарование в моей жизни. Кайрон сначала не хотел признаваться, куда он подевался, говоря, что погиб в стычке с наемниками. Но я уже видела, когда муж врал, скрывая неприятности, и надавила на него. Узнав, что телохранителя приговорили к казни за государственную измену, а фактически продажа своей принцессы соседнему государству была именно ею, я попросила проявить милосердие. Ведь даже обезумевшая от горя Лорида осталась жива и коротала свои дни в горном храме, в том самом, куда запер отец мою мачеху.

Любящий супруг не смог отказать, и Мака с Глаей выслали из Мизгира, запретив возвращаться.

Я вошла под своды храма, молясь богине. За эти недели образ Децема Тенебриша слегка стерся из памяти, потускнел и страх перед ним, но не благодарность за спасение. И я все еще переживала, что он умер из-за меня. Мы с Каем пришли к выводу, что он таки погиб – амулет переноса не сработал правильно или же был использован для короткого прыжка, чтобы закрыть меня.

Вполне вероятно, что именно чувство вины создало образ преследователя во сне.

Первой, кого я повстречала в храме, стала сестра.

– Доброе утро, ваше величество! – улыбнулась она солнечно.

– Доброе утро, Эйрика.

Светлое одеяние жрицы придавало ей неземной вид, но я надеялась, что по прошествии оговоренного с храмом времени она одумается и вернется во дворец. Жрицы имели право не посвящать всю жизнь служению – Милосердная любила своих дочерей и желала им счастья материнства.

То, что Эйрика – избранная, несколько усложняло ситуацию. Слишком соблазнительной была власть, которую давало положение аватары богини.

– Подскажешь, где можно найти старшую жрицу?

Сестра кивнула, и в этот момент ее глаза засветились божественными светом.

– По какой причине ты пришла в храм, Кьярин?

Вопрос, кто отец моего ребенка – чародей или муж – застрял в горле.

Эйрика разительно преобразилась – передо мной стояла одухотворенная, прекрасная и строгая носительница божественной благодати. И не скажешь, что она младше – впечатление, что при всей юности ей бездна лет.

– Я надеялась получить ответ на важный для меня вопрос…

Оглянулась – здесь только мы вдвоем, телохранителей не видно.

– Ты пришла узнать, растет ли в твоем чреве ребенок мужа, короля Кайрона, – помогла мне осененная благодатью сестра. – Успокойся, ты носишь его сына.

– Спасибо! – поблагодарила ее, с трудом сдерживаясь, чтобы не закружиться от счастья.

Меня переполняла эйфория. Я жду ребенка Кая! Живое воплощение любви мужчины и женщины – самое прекрасное чудо, с которым не сравниться по силе ни темным, ни светлым чарам.

Захотелось немного успокоиться, прежде чем возвращаться во дворец. Мужу я сообщу радостную весть, а вот остальным пока знать необязательно. А я настолько переполнена эмоциями, что, боюсь, не удержусь и как-то себя выдам.

Я решила обождать, пока успокоюсь, на балконе, который мне показал Кай после поединка с Тенебришем.

Повезло – место уединения оказалось свободным. Приятный, отдаленно похожий на сосновый запах мирта обещал покой, и я с удовольствием устроилась на лавке.

Форк просыпался. Тихо, мирно, деловито. На его улицах ходили счастливые люди, простые горожане и легионеры, стерегущие их покой. Город жил, дышал, смеялся, радуясь новому дню и очередной возможности испытать счастье. А возможности на каждом шагу, стоит только присмотреться… и прислушаться.

Упершись локтями в спинку лавки, я откинула голову назад, ловя чувственный поцелуй. Приближение Кайрона я не услышала – почувствовала кожей, по которой пробежали приятные мурашки.

– Как ты меня нашел?

Он присел рядом и обнял за плечи.

– На тебя у меня настроен маяк.

Повернув к нему голову, нахмурилась. Какой-то артефакт следит за мной? Но когда Кай успел его ко мне прицепить?

Угадав мои сомнения, он улыбнулся:

– Внутренний маячок, Кьяра, под названием сердце. Почему ты здесь? Фрейлины сообщили, что ты покинула дворец спешно, в растрепанных чувствах.

Я отвела взгляд и тихо призналась:

– Сон был в руку – снова нас ждет испытание. Я узнала, что беременна, Кай. И сильно испугалась, я ведь была с Децемом…

Муж, нетерпеливо перебив, жестко потребовал:

– Кьярин, посмотри на меня!

Я подчинилась. В синих глазах Кайрона сверкала сталь.

– Повторяю в последний раз: в том, что тебе пришлось провести с ним ночь, моя и только моя вина. Я люблю тебя, Кьяра, люблю больше жизни. И буду любить и беречь ребенка, которого ты мне родишь, – резко произнес он на одном дыхании и напоследок припечатал: – Я – его отец. И не может быть иначе.

Не передать, что значило для меня это заявление! Я любила Кайрона безумно и безгранично, но глубоко в душе боялась, что ответные чувства не так сильны, как мои. Что он не простил мне другого мужчину. Весть о беременности открыла глаза. Правы были служительницы Милосердной Матери: если мужчина любит женщину, он будет любить и ее ребенка от другого. А если не любит ее, то часто и собственное дитя не вызовет в нем теплых чувств.

Кайрон в очередной раз приятно поразил меня. И я расплакалась от облегчения.

Меня не любил отец, а мать бросила, толком не боровшись. Неудивительно, что появились большие сложности с доверием. Трудно положиться на кого-то, если предала кровная родня. Но мне повезло встретить терпеливого мужчину – мало-помалу Кайрон возрождал мою способность верить.

– Я разговаривала со жрицей, осененной благодатью богини. Она дала ответ, прежде чем я успела задать вопрос, – сквозь слезы улыбнулась я. – Я жду твоего сына, Кай.

Лицо короля озарило ликование.

– Бесценный подарок! Спасибо, любимая!

Он прижал меня к груди, не скрывая чувств.

– Я люблю тебя, – шепнула, прежде чем горячие губы накрыли мои.

Какими только крутыми не бывают повороты судьбы! После страшных испытаний обделенная родительским теплом принцесса получила все, о чем можно только мечтать: заботу, защиту и любовь.

И пускай мой герой оказался не таким уж безупречным, каким представлялся, это к лучшему. Мы любим живых людей и глубоко в душе боимся совершенства. Идеал не нужен там, где есть истинные чувства.

Шесть лет спустя

Стояла теплая осень, и жители Мизгира спешили насладиться ее дарами, пока у багряно-золотой красавицы солнечное настроение не сменилось затяжными дождями. Королевская семья не была исключением. Я сидела в отрытой беседке в удобном плетеном кресле, в окружении больших ваз с фруктами, и наблюдала за возней детей на поляне.