Время жестоких чудес - Артем Лунин

– Ты чего?! – кажется, она снова желала его убить.

– Вот чего! Защищайся!

Мечи столкнулись, разлетелись, она размахнулась широко – слишком широко, и Алек не упустил момента, шинай словно сам собой метнулся вперед в коротком упреждающем. Девушка вскрикнула, меч улетел из руки.

– Извини. – Алек опустил меч, шагнул к ней. – Дай посмотрю…

Девушка сильно оттолкнула его, Алек ударился затылком о столб.

– Ты чего?!

Криста лизнула длинную царапину на руке, выкусила занозу, сплюнула:

– Вот чего. Ты реагируешь. Я нападаю – ты реагируешь не думая, релфес… кефлекс… рекфлес… тьфу ты, привычка движения.

– Рефлекс?

– Во-во, он самый. Мы много времени проводим вместе, мы друзья. И ты реагируешь на близость меня. Реагирует твое тело. Реагирует мышление, ты из радоничей, а там необычна просто дружба между юношей и девушкой. Но то, что ты ко мне испытываешь, носит другое имя. Не обольщайся, я не хочу тебя обманывать. Ты хороший парень, и ты спас мне жизнь, но я не буду с тобой.

Алек покраснел так, что об его уши можно было бы зажигать сигары.

– Извини… – пролепетал он. – Я не хотел тебя обидеть…

– Нет. Это ты извини. Это я тебя обидела. – Криста вздохнула, отвернулась. Алек смотрел на нее и понимал – девушка права, с Кристой это вообще частенько случается. Он чувствовал только животное желание, человеческое смущение, тоску по несбывшемуся, некоторую обиду и на себя, и на нее. Когда любовь, чувствуют не то.

– Прости меня. – Он решился и положил ей руку на плечо. – Друзья?

– Друзья. – Она вздохнула и наклонила голову, потерлась щекой о руку. Юноша подумал, что что-то неправильно, но задумываться не стал. Он только что едва не уничтожил их дружбу – просто мужскими мыслями.

Ее меч взметнулся, Алек уклонился, ушел в сторону, и деревяшка бешено закрутилась, с гулом рассекая воздух, окружая девушку светлым мельканием, мгновенными выпадами поражая воображаемых противников. Напоследок Криста махнула широко, снова едва не зацепив Алека, и гигантским прыжком с места вскочила на бревно.

– Игра?

– Игра. – Алек поднялся на бревно, и Криста пошла в атаку.

– Люди говорят, ты мыследей. – Ее меч метнулся в змеином уколе в грудь, Алек легко отбил и контратаковал.

– Наверное… – Нанес удар по среднему горизонту, Криста изящно ушла, словно была на твердой земле, не на скользком бревне, и тут же сменила стиль.

– Наверное, мыследей, или, наверное, говорят? – Она нанесла широкий двойной удар вверх-вниз, с падением меча вдоль тела, для защиты и сохранения равновесия.

– И то, и то. – Он ответил таким же двойным ударом слева-справа, с разрывом и сокращением дистанции. – Кто говорит-то?

– Многие… Твои войи, Гном и Шанка…

В сознание стукнулась ее мысль:

не лыбься их мнение между прочим высоко оценивается

– …Верея, Эдмунд, Старик… – С каждым именем они обменивались короткими ударами по верхнему и среднему горизонту. – …Лина – иногда она о тебе только и говорит…

Алек нарушил полет меча, и девушка сшибла его в грязь.

* * *

После тренировки и купания он долго бродил по городку, едва видя, куда идет. В ушах до сих пор звучали слова Кристы.

Она… говорит… о тебе…

Споткнулся, глядя на дорогу, по которой она прошла минуту назад. Повернулся и пошел мысленным следом.

Привет, сказал он в спину девушки с коромыслом.

Привет но я занята. – Лина повернулась, дождалась, когда он подойдет. Алек подошел, ступая неуверенно, словно недавно научился ходить. Почему мы с ней разговариваем мысленно словно родные или близкие друзья или…

– Я помогу…

Он перевесил коромысло себе на плечи.

– Я был с Кристой, – сказал он как можно более беззаботным тоном. Лина посмотрела удивленно, потом в глазах вдруг мелькнула обида, и Алек успел измерить всю глубину этой обиды, прежде чем девушка от него закрылась. – В смысле, дрался с ней… То есть на игровой…

– Ну и что?

– Она говорит… Ну, говорит…

– Она много говорит. – Лина повела усталыми плечами, и у Алека заныли собственные. Почему так?

– Она говорит, что ты говоришь обо мне…

– И вдобавок много лишнего и вздорного.

– Не обижайся, пожалуйста, – тихо попросил Алек. Он не знал, как это получилось. Непроизвольно. У него много чего получается непроизвольно.

Хорошо это или плохо?

Теперь в ее глазах были удивление и опаска. До Алека вдруг дошло, что они слишком долго смотрят друг другу в глаза. Лина тоже это поняла, отвела взгляд, сказала деланно равнодушно:

– Я и не обижаюсь.

Алек с трудом вспомнил, о чем речь. О Кристе? Она-то здесь при чем? Кто такая вообще эта Криста?

Он пнул попавшийся на дороге камешек. На землю выплеснулась вода.

– Поосторожней! – сердито сказала она.

– Ладно…

Они подошли к дому, где жила бабка Лины. Сухая суетливая старушка забрала у него коромысло, окинула острым взглядом и неодобрительно поджала тонкие синеватые губы.

Узел Судьбы. Выбор Александра Арагана Доража

Как странно. Чаще всего люди ошибаются в отношении себя. И встают на верный путь, совершив ошибку.

Снова заговорил призрак патэ Киоша: Одна из характерных ошибок – давать имена чему-то. Ты даешь имя происходящему в своем воображении и ожидаешь, что действительность будет развиваться в соответствии с этим именем, и упускаешь реальность.

Я дал имя тому, что между мной и Кристой, и имя это было – любовь, но я ошибся. Я дал имя своему чувству к Лине, и имя это было – просто друзья, и ошибся опять.

Две моих ошибки определили всю мою жизнь.

– Хочешь, сходим искупаемся?

– Нет.

Так было изо дня в день.

– Ты пойдешь на посиделки?

– Устала…

Так было много дней.

– Потренируемся вместе?

– Может быть. Позже.

Но Алек был настойчив в своем желании жить. Он надоедал старшим войям, чтобы показали новый полет меча, он не давал покоя мыследеям, требуя все новых упражнений. Он был на каждой тренировке и не пропускал ни одной посиделки.

И всегда был рядом с Линой.

И однажды она пошла с ним.

Сначала на игровую поляну. Лина славно помяла ему бока в рукопашной, потом убедилась, что рядом нет ее многочисленных родичей и взяла шинай. К удивлению Алека, деревяху она держала вовсе не так уж неумело. Похоже, Лина, в обход запрета, все же просила кого-то показать ей пару приемов – или очень внимательно следила за ратящимися на игровой поляне и потом повторяла в одиночку. Но, конечно, соперником Алеку она не была.