Ожог от зеркала - Александр Доставалов

– Ну так... Лечил в детстве животных. – Никита развернул лицо Ярослава к свету. – Подрался, что ли?

– Да ерунда. Там ходил один, всё высматривал.

– Следопыт этот магистратовский? Чем он тебе помешал?

Ярослав попытался приложить к плечу оторванный рукав куртки. Ещё можно было пришить.

– Да особенно ничем. Ходит, смотрит. Козёл.

– Да он-то чем виноват?

Ярослав раздражённо махнул рукой. Воспоминания о драке не радовали.

– Так, брякнул что-то. Потом стражники набежали... Ну ничего, всё нормально. Ноздри только опухли.

Никита закончил свой осмотр.

– Жить будешь. Только, чур, в носу не ковыряться.

Вскоре они уже пили чай. Ярослав, которого никто, кроме Никиты, не замечал, деликатно кашлянул.

Тарас вопросительно приподнялся на локте.

– Слышь, Тарик... Ты это... Вспомнить можешь?

– Что вспомнить?

– Ты действительно их убил? В смысле, это был ты? От этого многое зависит.

– Бургомистра?

– Бургомистра и охранников.

Тарас кивнул.

– И да, и нет.

– Я не про тело. То, что руки были твои, оно понятно. Я про суть, про разум говорю.

– Хочешь разложить котлеты по тарелочкам? Виновен либо не виновен? А что это может изменить?

– Кое-что всё-таки может. Тем более тебе один бой остался.

– Не один, а три. Проигранный вычитают.

– Ну, пускай три.

– Разница очень большая. Поверь мне на слово.

Правильный мальчик замялся. Потом всё-таки решился продолжать.

– Они ж так ничего и не поняли. Просто надо было вынести приговор. Вуали на тебя не подействовали, информацию с мозга не считали, так что кто там взаправду виновен, знаешь только ты.

– И что? Мне достаточно сказать, мол, я не виноват? Я просто погулять вышел?

Ярослав рассердился.

– Мы что, в трепанга играем? Если ты соблаговолишь облечь информацию в слова, всегда можно будет проверить, ложь это или правда.

– Легко. Меня полностью зомбировали.

Сидевший рядом Никита тихо свистнул.

– Ты уверен?

– Конечно.

– Не просто накачали магией, а зомбировали?

Тарас снова кивнул. Не самое приятное признание, но... До сих пор никто впрямую этот вопрос не задавал – исключая, конечно, рыцарей. Те не деликатничали.

– Это какие зомби? – Ярик ковырялся в своих лохмотьях, пытаясь сложить прежнюю куртку.

Тарас поморщился. Тема не радовала, но следовало через себя переступить.

– Связались со вторым курсом, – буркнул он. – Ну, существуют три вида зомби. Самый тупой – это остывший труп. Там только гибкость восстанавливается. Это даже в Африке умеют. Впечатляет, конечно, но толку никакого. Понимаешь?

– Нам говорили, в чем-то они лучше.

– Да ни в чем они не лучше. Труп – он и есть труп. Только холопов пугать. Ходит медленно, движения вялые, магией пользоваться не может. Воняет от него, потом, видно его сразу. Разве отнести чего-нибудь или сломать, оно ещё как-то... А в драке зомбика любой забьёт, если не боится. Единственное, когда по такому туловищу бьют магией, направленной против живого органа, – против печени, например, или боевым жезлом... Тут наш мертвячок имеет преимущество – ему печень уже по барабану.

– Я слышала, их на работах иногда используют, – блеснула Варька.

– Ну да. Бревна таскать или лес валить. Физически они сильные. Но это ужас, конечно. Это в основном в крепостях, когда под обстрелом. Ров, например, заканчивать. Или наоборот, засыпать чужой ров. И заразы от них много. Он же вкалывает, пока не разложится. Потом снова хоронить... В Африке, говорят, они работают, пока их птицы не расклёвывают. На карьерах... Там живые работать вообще не хотят, перебиваются покойничками. Но это так, лирика. – Тарас усмехнулся. – Второй тип – это труп не остывший. Только что убитый человек. Остыть ему уже не дают, и он может довольно многое. И долго. Вот эти и встречаются чаще, и опаснее. Плюсов у них много, а минус только один – ограниченная программа. Чуть что вокруг изменилось, уже не поправишь. Будет стоять как баран. А по исполнении задания, естественно, падает. Но нас интересует третий вариант. Мой. – Тарас шутовски поклонился. – Зомбирование ещё живого тела. Тут масса преимуществ. Можно считывать ощущения и поправлять программу. Можно использовать магию, особенно если «сырец» что-то в эту сторону умел. Работает в основном спинной мозг, а все команды идут от кукловода.

– А зомби считаются живыми или мёртвыми?

– Пограничное состояние, – буркнул Тарас, у которого стремительно портилось настроение.

– А они сильнее людей? – спросил правильный мальчик, которому, видимо, напрочь отбили вежливость.

– Конечно. Мы намного сильнее людей, – сообщил Тарас, и только тут до Ярика, кажется, допёрло. – Все мышцы на месте, а ресурсы можно жечь, экономить здоровье незачем.

– А почему зомби самоуничтожаются?

– Чтобы след магический прервать. Чтоб не вывести на кукловода.

– А оставить его в живых можно?

– «В живых», – хмыкнул Тарас. – Теоретически, конечно. Но надо будет следить за разными пустяками – чтобы, к примеру, нога не оторвалась. И чтобы зомби, так сказать, не взяли в плен, а то ведь допрос снимут. И, самое главное, обеспечить выход обратно – ну, возвращение в тело сознания, это специальная процедура. Она сложнее, чем зомбирование, и никто, естественно, ею не занимается. Зачем оставлять в живых врага?

– Врага?

– Ну а кого? Или ты думаешь, зомбиков из друзей делают?

– Понятно. – Ярослав задумался. – Потому в княжеском судебнике и нет оговорок про зомби.

– Сделай такую оговорку, и любой душегуб будет рассказывать, как его злые дядьки зомбировали.

– Тарас, у тебя что, комплекс развился? Ты что-то всё шутишь.

– А зачем тебе это? Знаешь, тема для меня не из приятных. Мерзкая тема.

– Извини. – Ярослав посмотрел прямо в глаза Тарасу. – Просто мне важно было знать.

Тарас пожал плечами и лёг рядом с Варей. Та положила руку ему на плечо. Ярик принял наконец решение и с хрустом оторвал у куртки рукава. Получилась безрукавка с претензией на стиль.

– У вас здесь ножницы есть?

– Ты что, штопаться надумал?

– Да мне только до дома добраться. Чтоб не позориться.

– У тебя, булочка, глаз подпухает. Вот, возьми. – Никита протянул ему ножницы и коробочку с серой мазью.

– Спасибо.

– А с курткой... Ты, чтобы внимания не привлекать, ползком и перебежками. И лицо рукавами закрой.