В пасти Джарлака - Борис Харькин

Головорезы Ганса заржали, а Жорик испуганно заморгал.

— Сегодня отличный день! — провозгласил главарь. — Надо бы свершить какое-нибудь доброе дело! Что б такого придумать? Во! Погонщики, я вас отпускаю, можете валить к мамочкам! Расскажите всем, какой милосердный и благородный разбойник — Рыжий Ганс!

Караванщики со всех ног бросились прочь. Купец проводил их взглядом полным зависти. А главарь продолжил:

— Охранники, я вижу, вы парни неплохие. Кто хочет, может пойти под мою руку. Я — король леса — строгий, но справедливый! У меня не пропадешь!

Наемники неуверенно топтались у повозок, поглядывали на своего командира. Сам Крепыш несколько секунд буравил Ганса тяжелым взглядом. Потом геройски произнес:

— Мы — честные люди!

— Ну, как знаете, — ухмыльнулся разбойник, затем ткнул в нас пальцем: — Этих двоих я выпотрошу лично… Колбасного Вора пустим на колбасу. Купца повесим за бороденку. Гном… так… к гномам у меня отдельные счеты… Сначала выпотрошим, а потом повесим за бороду рядом с купцом. Кто тут у нас еще? Орк и девчонка. У зеленого кость из носа вытащим, я ее на память о сегодняшнем дне оставлю. Будет, как говорят ушастые, «сувенир». А самого орка в рабство продадим. Девчонка… хм… девчонку попользуем.

За время этого монолога смуглый купец стал белым от страха. Охранники сбились в кучу, как стадо баранов. Зябба зарычал. Дитер выхватил молот, пробормотав: «Клянусь подгорным королевством, я убивал и за меньшее!» Ника зарядила арбалет.

— Ух ты, горячая штучка! — восхитился Ганс. — Ты, крошка, смотри не поранься, нам ты нужна невредимая и, главное, хе-хе… целая!

Те разбойники, кто понял смысл грязной шутки, заржали, те, кто не понял, — захохотали за компанию.

Ника недобро улыбнулась и направила арбалет прямо в лоб главаря. Если бы Ганс знал, насколько он был близок к смерти.

Но тут на сцене появились новые действующие лица. Да еще какие!

Два конных отряда. Первый состоял из десятка эльфов, которыми руководил командор Элеондил. Во втором было десять — пятнадцать инквизиторов под командованием отца Гафтона. Несмотря на жаркую погоду, воины церкви были облачены в плотные черные балахоны, а капюшоны скрывали их лица.

На поляне стало тесновато.

Элеондил грациозно подвел коня к главарю бандитов.

— Я знаю тебя. Ты называешь себя королем леса, хотя из тебя такой же король — как из меня свинопас. Тебя разыскивают в трех королевствах! Ты успел насолить и круглоухим, и бородачам, и нам — благородным эльфам.

— Да, босс у нас крутой! — восхищенно поддакнул разбойник, которого Ганс назвал Рылом.

Эльф, не обращая внимания на реплику курносого, продолжил:

— Я думаю, Ганс, сегодня мы разойдемся мирно. Мне нужен До'Урден и его друзья!

— Который из них До'Урден?

— Вот этот — мелкий.

— Нет уж! Этого не отдам! Это он меня на ржавую посудину променял! Забирайте остальных, но товар и эти два говнюка принадлежат мне!

Сказав это, Рыжий Ганс вытащил из широких ножен тесак. Нет, правильнее будет сказать — тесачище! На остром как бритва лезвии блеснуло солнце.

Отец Гафтон миролюбиво поднял руки и молвил:

— Я уверен, все можно решить без кровопролития, дети мои. В наших общих интересах, а также в интересах Господа, чтобы сии богомерзкие еретики попали в геенну огненную. Так что не будем ссориться, а вместо этого доставим их в Ларецию и сожжем в очищающем пламени.

— Ну уж нет! — отрезал Элеондил. — Один раз сжигали уже. Больно они скользкие. Там у них друзья, кардинал Маззини опять заступится.

— С кардиналом я все улажу. В последнее время он поддался чревоугодию, но, я полагаю, кардинал одумается. — Глаза инквизитора злобно сузились.

— А почему бы не выпотрошить их прямо здесь? — простодушно спросил Ганс.

— Это слишком легкая смерть для мерзких еретиков!

— Легкая смерть?! Ты, святоша, просто не видел, как Рыжий Ганс обращается вот с этой штуковиной! — Для лучшего обозрения бандит сунул тесак под нос Гафтону. — Они будут мучиться очень-очень долго! Слово Ганса — короля леса!

— Я предпочитаю отвезти их в Валорион! — резко бросил Элеондил.

— Эй! А ты куда?! — возмущенно крикнул Рыжий Ганс купцу.

Тот уже собирался под шумок смыться. Фаруф покорно сел на место, вздрагивая от страха.

— Босс, а че мы слушаем вообще этих ушастых и крестастых? — спросил у бандита его курносый помощник. — Давай их тоже выпотрошим!

Элеондил и отец Гафтон вскричали почти одновременно:

— Как ты смеешь, червь, так говорить о благороднорожденных эльфах?!

— Как ты смеешь, грязный бандит, так говорить о слугах Божьих?!

Ганс повернулся к товарищу:

— Слышь, олух, как ты смеешь вякать без моего разрешения?!

— А я че, я ничего! Извини, босс. Я так… поинтересовался просто. — Разбойник почесал затылок, а потом невинно добавил: — Я только хотел напомнить, что нас тут больше в два раза. А еще — у этого петуха эльфийского доспехи золотом отделанные, а у этих — кресты золотые.

Ганс прищурился, взглядом оценщика осмотрел доспехи командора:

— А Рыло ведь дело говорит.

— Заткнись, висельник! — прошипел Элеондил, вскинув руку. На пальце сверкнул крупный изумруд.

Мы с Васяном среагировали практически разом:

— Какой у него перстень крутой! — подлил масла в огонь Стольник.

— Дорогущий, наверно! — добавил я. — Изумруд — размером с арбуз!

Про арбуз я, конечно, загнул, но нужный эффект был достигнут. Разбойники вперили алчные взгляды в эльфийский перстень. Кто-то шагнул вперед, поигрывая ножом. Ушастые как по команде вскинули луки. Из-под плащей инквизиторов появились короткие мечи и кинжалы.

Повисла тишина.

Ее нарушил жадный вопль:

— Изумруд будет моим!!!

Кричал Дитер. Он соскочил с повозки и, размахивая молотом, устремился к Элеондилу.

И пошло-поехало.

Душегубы Ганса ринулись на эльфов. В ответ захлопали тетивы. Несколько бандитов повалились на землю. Один, хрипя катался по земле, пытаясь вытащить из горла стрелу, другие не шевелились.

Закованный в броню Дитер с боем пробивался к Элеондилу. Стрелы со звоном отскакивали от мифрилового доспеха.

Зябба рванулся вперед, раскручивая над головой алебарду. Он врезался в строй эльфов, которые еще не успели перезарядить луки. Туда же подоспели ребята Ганса. И началась мясорубка.

Орк раскрутил алебарду как вертолетный пропеллер, еще чуть-чуть — и улетит! Вокруг него тотчас образовалось свободное пространство. Во все стороны летели искромсанные луки и головы эльфов.