Хозяйка старой усадьбы - Элен Скор

Очень довольные этими маленькими подарочками,  дамы шурша юбками покинули чайную, но столики пустовали не долго, свободные места уже занимали совсем юные барышни, видимо в сопровождении горничной. Агнешка  покатила в их сторону столик нагруженный сладостями, которые успела поставить между заварочными чайниками. Правильно, дети больше сладости любят, а чай, это так, приятное дополнение.

И ещё, Агнешке срочно нужно искать себе помощницу, в таком темпе она долго не продержится.

В дверь робко заглянула девушка в очень простом, даже бедном платье. Она испуганно озиралась, видимо стесняясь войти. Я поспешила навстречу.

- Доброго дня, прошу вас, проходите.

Наше заведение открыто для всех женщин! Независимо от того бедны они или богаты.

Но девушка, глянув на разодетых в богатые наряды дам, сидевших за столиками, робко спросила:

- Мне бы увидеть госпожу Каталину.

- Это я.

- Нас госпожа Нинель прислала.

Так это видимо те самые девушки из сиротского приюта!

Я вышла за дверь, возле чайной переминаясь с ноги на ноги, и поглядывая на припаркованные рядом повозки, на которых видимо и прибыли наши гостьи, сидящие сейчас  в чайной, жалась в сторонке стайка бедно одетых молоденьких девушек. В руках они держали саквояжи или простые узелки.

В это время к чайной как раз подходила Маруся обнимая большой свёрток. Я окликнула её:

- Маруся, этих девушек прислала госпожа Нинель тебе в помощь. Побеседуй с ними пожалуйста, и отбери тех, кто тебе подходит.

Я забрала у Маруси свёрток, освобождая её руки, поднялась на второй этаж. Пора собираться. Если поспешим, успеем вернуться домой до темна.

Оставив на столе подарочек для городового, я передала наши вещи Михайло, и пошла вниз, прощаться с Агнешкой и Ванко, пообещав парнишке взять его погостить в деревню, когда его тётя найдёт себе помощницу.

У чайной нас ждала Маруся во главе робко улыбающихся девушек. Быстро пересчитав их, поняла, что сердобольная швея взяла всех.  Это у нас уже настоящий пошивочный цех получается!

Одна из девушек отделилась от группы и подойдя ко мне присела в полупоклоне.

- Госпожа, у меня тут в городе жених, а Вам я слышала работники нужны. Он всё-всё делать умеет!

Я улыбнулась.

- Ну где твой жених?

Девушка обернулась, махнув рукой. К нам подошёл высокий худенький парень, одетый штопанную-перештопанную рубаху и штаны.

- Телегой управлять умеешь?

Спросила я его. Парень закивал головой.

- Вы не смотрите что я такой худой, я жилистый, я и мешки таскать могу.

Парень вскинул голову, с надеждой глядя на меня.

- Прежде чем мешки таскать, тебя немного откормить нужно. Мне сейчас возница нужен,  возьмёшь на себя управление одной из телег, а там посмотрим.

И уже громче добавила:

- Всё, народ, отправляемся, пообедаем в дороге. Касьян уже и провизию загрузил!

Батька Микентий с интересом наблюдал, как мы всем скопом загружаемся, и выезжаем за ворота. Перед этим я проинструктировала вновь прибывших, что слушаться меня и Михайло они в дороге должны беспрекословно. С телег не сходить, даже по нужде.  А если таковая случится, делать всё только организованно и под охраной.

Охрана у нас, кстати, обзавелась новым оружием и более-менее приличной одеждой, перестав походить на деревенских оборванцев, и это обошлось нам в копеечку. Но какой толк от охраны без оружия?

И теперь парни гордо бряцали старенькими мечами, а один из счастливчиков даже получил в своё распоряжение коня, которого успел раздобыть Касьян.

Я вообще удивлялась хозяйственной жилке бывшего конюха. Как же мне с ним повезло! Правда  заметила, как он, копируя меня, ещё вчера вечером относил за куст что-то завернутое в чистую тряпицу. Неужели с городовым договорился? Не зря он перед поездкой долго о чём-то беседовал со Светославом. Знал уже, что тот водяного подкармливает, видать подробностями интересовался.

По дороге мы останавливались лишь для того, чтобы одарить подарками очередную луговицу или полевика. Пообедали прямо сидя в телегах, Касьян перед отъездом раздал всем сухой паёк - пирог с яйцами и зелёным луком и бутыль холодного настоя мяты, отлично в жару освежает.

На границе леса немного задержались. Пока все справляли насущные потребности, я долго беседовала с лесовиком. Выспрашивала его жалобы о разбойниках,  а ещё интересовалась, как бы мне на своей территории лес высадить. Да не простой,  а чтоб рос быстро, для хозяйственных нужд. Да и между полями лесополосы не помешали бы, для задержки снега.  И тень вдоль дороги в жаркие летние дни была бы очень кстати.

Лесовик подумал, почесал бороду, которую я ему только что заново переплела в нарядную косу, затем велел мне в самом начале осени приходить. Даст он мне семян, которые как оказалось, нужно обязательно под зиму сажать, иначе всходов не дождёшься. Семена деревьев должны за зиму в сырой холодной земле пройти стратификацию, только так они обретают всхожесть.

А ещё обещал он своего племянника, молодого лешака мне в помощь дать, он за молодым лесом присмотрит, станет ему хозяином.

Оставив лесному хозяину угощение, тепло попрощалась, как обычно получив на последок распоряжение не сходить с дороги. При этом лесовик тревожно к чему-то прислушивался, и  поторопил меня, поскорее отправляться в дорогу.

- Поспеши девонька, неспокойно в лесу, ох неспокойно!

Я бегом вернулась к ожидавшему меня обозу, на ходу крикнув:

- Гони! Ходу, ходу!

Запрыгивая в открытую дверь кареты.

Стуча копытами по накатанной дороге и поднимая за собой клубы пыли, мы ворвались в лес, и сразу стало тихо, словно кто-то отключил звук,  а дорога   была покрыта толстым слоем ваты.

Возницы, что уже не первый раз путешествовали со мной, не оглядываясь и не смотря по сторонам гнали вперёд. Девушки, сидя на телегах, испуганно жались друг к другу.

Стволы деревьев вновь слились в один сплошной тёмный тоннель, словно подёрнутый туманной дымкой, но на грани слышимости до меня доносился конский топот и мужские голоса, словно там, за деревьями нас кто-то преследовал, пытаясь нагнать.

Светлое пятно в конце тоннеля появилось совершенно неожиданно. Колёса телег и копыта лошадей застучали по дощатому настилу моста, в глаза резанули лучи солнца, уже клонившегося к горизонту. Мы перескочили на другую сторону реки, и затормозили, оглядываясь.

Несколько долгих минут ничего не происходило, а потом из леса вывалился  конный отряд разбойников, сегодня их снова было пятеро, но мне показалось, что я вижу среди них знакомое лицо. Позади всех, словно скрываясь за спинами своих подельников мне почудился бывший староста Ближнего, Степан.