Король желает жениться - Валерия Чернованова

Хоть в одном Игорь не соврал — то место, где мы тогда проплывали, действительно было особенным. Переходом в другой мир, в который мое сознание, расставшись с пострадавшим телом, и проскользнуло, быстренько оккупировав первое попавшееся живое, здоровое тело. Тело Марэи.

Что же касается истории Марьки, в том, что с ней приключилось, следовало винить сладкую парочку — местную королеву и морскую ведьму.

Сестры сговорились, чтобы использовать мару в своих гнусных целях.

— На празднике по случаю помолвки Изра опоила меня зельем, приготовленным по ее просьбе Эльбергой. Это зелье должно было пленить мою волю, затуманить мне разум, чтобы, когда придет время, я загадала не свое, а ее желание.

Опять эти желания… Нет, ну правда! Лучше бы закопали где-нибудь это Сердце океана.

— И что же она пожелала?

— Чтобы следующим сейном Красного моря стал ее старший сын, а не Нерисс. — Марэя поежилась. — Даже страшно представить, что бы случилось, загадай я нечто подобное. Скорее всего, мои братья погибли бы, и мне бы до конца дней пришлось жить с чувством вины.

— Но что-то пошло не так?

Русалка кивнула.

— Благодарить за это стоит мою старшую сестру. Хотя мне до сих пор хочется ее ругать, — буркнула обиженно, скрестив на груди руки.

— Что она натворила? — Я подтянула к себе хвост, поудобнее устраиваясь в коралловом кресле, и вся обратилась в слух.

— Сельвея перехватила меня раньше Изры и тоже попыталась навязать мне свое дурацкое желание. Нет, ты представляешь! Она крак знает сколько циклов тайно встречалась с Невором, ничего мне не рассказывала, а когда он сделал ей предложение, потребовала, чтобы Всемогущий распустил весь свой гарем. Сумасшедшая! Понятное дело, Невор разозлился. Это ведь давняя традиция. Незыблемая. Нерушимая!

Один геморрой от всех этих желаний и традиций.

— В общем, они тогда страшно поссорились, и Невор, чтобы проучить, а может, наказать мою неразумную сестру, сделал предложение мне. Теперь понимаешь, почему я на нее злюсь? Она начудила, а мне отдуваться!

— Я бы скорее Невора ругала, — вставила негромко. — Тот еще самодур, оказывается.

Я говорила, что он не дурак? Не-э-э, еще какой дурак.

— Он правитель и имеет на то право. А Сельвея просто глупая! — не спешила прощать сестру обиженная мара. — Захотелось ей, видите ли, стать для владыки единственной и неповторимой.

— Так о каком желании она просила? — вернула я Марьку в нужное русло. — Надеялась отомстить ему?

Марэя громко фыркнула:

— Как бы не так! Сказала, что страдает, мучается, забыть его не может и все такое. По ее задумке, я должна была попросить Сердце океана, чтобы у нее прошли к Невору все чувства. Я же говорю, глупая! Узнав, кому обязана предложением руки и сердца, я так на нее разозлилась! Мы поругались, я отказалась, а Сельвея, эта упрямица, не желая сдаваться, попыталась воздействовать на меня с помощью магии. Уф, зла на нее не хватает!

Русалка негодующе тряхнула полупрозрачными волосами и принялась наматывать круги по спальне, продолжая ругать сестру и возмущаться.

— В общем, магия Сельвеи, помноженная на магию Эльберги, дала неожиданный результат: я не превратилась в послушную марионетку, а, наоборот, очень сильно на всех разозлилась. Особенно когда узнала, что задумала мачеха. Еще одна манипуляторша… Когда стало ясно, что я не стану ее бессловесной куклой, Изра решила со мной не церемониться. Влепила мне пощечину, а я, хоть мне это и несвойственно, дала ей сдачи. С ней я тогда тоже очень сильно поругалась, да еще и подралась. Изра, беря пример с Сельвеи, тоже не погнушалась магией: ударила в меня атакующим заклятием. Настолько сильным, что меня не просто отбросило от дворца на огромное расстояние, но и вышибло из собственного тела. Возможно, я бы в него тут же вернулась и вскоре пришла в себя, но твоя сущность оказалась быстрее. Впоследствии меня притянуло к моему телу, так мы и встретились.

Да уж… Какие только фортели не выкидывает судьба. А ведь если бы не попытки Сельвеи надавить на сестру, если бы не зелье Эльберги и не ссора с Изрой, у меня бы не было этих нескольких недель, за которые я прожила совершенно другую, удивительную жизнь. Побывала в другом мире. Вернее, даже в двух мирах! Земном и подводном. Влюбилась в самого настоящего правителя, справилась со своей детской фобией — научилась плавать, узнала о существовании магии.

Нет, все-таки не зря выбило Машкину душу, определенно не зря.

— Что теперь с ними будет? С Эльбергой и Изрой?

— Морскую колдунью изгнали из Лайсонии, а судьбу Изры будет решать мой отец. Он очень расстроен. Не говорит ни с кем, не подпускает к себе никого. Думает. — Марэя печально вздохнула.

Сейну Красного моря оставалось только посочувствовать.

— А с Сельвеей? — осторожно спросила я, искренне переживая за рыжеволосую мару.

Она, конечно, начудила немало, но на месте Сельвеи я бы тоже не смогла делить своего мужчину с кучей других рыб.

Машка махнула рукой:

— Да ничего с ней не будет. Невор запретил ее трогать.

— Значит, он все-таки ее любит?

— Наверное. Любит. Но женится на мне. Вернее, на нас с тобой.

Идиот. Другого слова, чтобы охарактеризовать поведение Невора, у меня не было. Я бы с удовольствием настучала ему по его королевской башке, в которой, по всей видимости, ничего, кроме водорослей, не было, но меня не выпускали из комнаты. А Всемогущий не спешил навещать тело своей невесты.

Спустя какое-то время (несколько часов, а может, сутки) ко мне заявилась Сельвея. Пришло время обряда, и владыка приказал ей подготовить его избранницу к празднику. На русалку было больно смотреть, я же готова была взорваться от переполнявших меня эмоций. На нервной почве даже желание сформировалось. Самое заветное и горячее.

— А можно я превращу вашего владыку в водоросль?

Сестры как-то уж совсем кисло отреагировали на мое креативное предложение. Можно подумать, это им тут всего ничего жить осталось… Марэя традиционно надулась, Сельвея вплыла в спальню, даже не взглянув в сторону младшенькой, и, обращаясь ко мне, скомандовала:

— Садись в кресло.

Следом за старшей дочерью сейна в комнате появились служанки. Одна аккуратно уложила на кровать-ракушку что-то ажурно-воздушное, очень смахивающее на пелерину, другая пристроила на туалетном столике малахитовую шкатулку, третья с местным аналогом шпилек замерла в шаге от Сельвеи.

Дочь сейна схватила с туалетного столика щетку и принялась меня расчесывать. Или правильней будет сказать — выдирать мои волосы. Благо в воде они не путались, а то как пить дать оставила бы меня лысой.

Когда русалка в очередной раз потянула меня за волосы, я подалась вперед, отстраняясь от ее не в меру заботливых рук.