Невидимая библиотека - Женевьева Когман

Тяжелая, окованная железом дверь закрылась с громким лязгом. Кто-то заменил предупреждающие плакаты в той комнате Библиотеки, куда они попали. Теперь они были написаны красными чернилами и готическим шрифтом, и измученная Ирэн почему-то задумалась над тем, напечатаны они или нарисованы от руки.

– Посади ее сюда, – велела Каю Брадаманта. – А я схожу за помощью.

– Подожди, – остановила ее Ирэн, подозревавшая, что Брадаманта вернется не скоро. Она должна была сказать ей что-то очень важное.

– Но ты едва стоишь на ногах, – заметила Брадаманта. – Тебе нужна помощь.

Кай огляделся в поисках стула или кресла и, ничего не найдя, осторожно помог Ирэн опуститься на пол.

– Ирэн, – проговорил он тем полным терпения тоном, которым преисполненные сочувствия мужчины разговаривают с истеричными женщинами. – Брадаманта права. Ты ранена.

– Заткнись, – велела ему Ирэн и увидела, как у благородного дракона отвисла челюсть. Голова ее кружилась, руки, казалось, были погружены в расплавленную колючую проволоку. Однако она должна была произнести эти слова прежде, чем потеряет желание сделать это. – Брадаманта, ты мешала мне выполнять задание, отравила меня и нарушила множество правил. Это так? Или я ошибаюсь?

Брадаманта посмотрела на нее сверху вниз. Как всегда элегантная и безупречная, даже в платье, превратившемся в лохмотья. Ирэн почувствовала себя замарашкой – пожалуй, даже больше, чем обычно. Помолчав, Брадаманта ответила:

– Да, это так.

– Ну и?

Брадаманта пожала плечами.

– Могу извиниться, но ты же не надеешься услышать, что я сожалею.

– Этого мне не нужно, – осторожно проговорила Ирэн. – Я хочу…

– Чего же?

– Хочу, чтобы мы с тобой перестали презирать друг друга. Это пустая трата времени и сил.

Брадаманта подняла брови.

– Дорогая Ирэн, чтобы тебя презирать, мне придется снизо…

– Хватит уже, – остановила ее Ирэн. – Ты же сама все мне сказала, помнишь? Что считаешь меня испорченной и избалованной девчонкой, и будешь счастлива, если меня публично высекут, хотя и не желаешь моей смерти. Ты не стала бы так оскорблять меня, если бы не хотела, чтобы мне было больно.

Краска бросилась в лицо Брадаманты. Поддерживавшая Ирэн рука Кая утешала, помогала ей владеть собой.

– На самом деле, я думаю, ты пыталась сказать, что мы обе хотим честно служить Библиотеке.

– Ох, научилась бы ты четко формулировать… – фыркнула Брадаманта.

– Упомяни о моих ошибках в своем отчете, – проговорила Ирэн, оседая на пол. – Но больше не трать времени на бесполезную ненависть ко мне, хорошо? И я поступлю так же. Потому что ненависть вредна… Нам обеим это не на пользу.

– Да, ступай ты за помощью, наконец, – резким тоном бросил Кай Брадаманте.

– Пожалуйста… – Ирэн заставила себя поднять голову и посмотрела Брадаманте в глаза. – Подумай об этом, ладно?

– Мне казалось, ты хотела, чтобы мы вообще перестали думать друг о друге, – холодно произнесла Брадаманта. И удалилась, шелестя юбками.

Свет померк в глазах Ирэн.

– Подумай об этом, – с трудом пробормотала она еще раз.

Пальцы Кая впились в ее плечо, заставив очнуться.

– Если решишь отключиться на моем плече, я тебя убью, – будничным тоном проговорил он.

– Не стоит, – сказала Ирэн.

– Это меня развлечет. – Он склонился к ней. – Ты отослала меня! Отослала меня прочь и едва не погибла. Теперь ты понимаешь, как это было глупо?

Наверное, его власть над собой слабела, кожа превратилась в исчерченный голубыми прожилками алебастр, а волосы сделались темно-синими… Нет, иссиня-черными. Глаза наполняла дикая ярость, до которой человеческому гневу далеко. К ней примешивались властность, гордость и чувство собственника.

– Но у нас все получилось, – ответила Ирэн, выдержав его взгляд. Зрачки Кая больше не напоминали человеческие. Они стали вертикальными, как у змеи, как у другого дракона, которого она видела. Однако скрывавшаяся за ним личность была для нее более реальной, чем Сильвер с его кажущимся человекообразием. Или та, что смотрела на нее из украденной Альберихом кожи. И она хотела найти подходящие слова, чтобы объяснить это Каю. – Мы изгнали его… благодаря тебе.

– Он угрожал тебе! – выпалил он. – Я не должен был оставить там никого живого!

Она могла бы поблагодарить Кая за то, что он послушался ее и поверил, и за то, что она смогла доверять ему. Но по какой-то причине, быть может, лишь затем, чтобы отвлечь его, сказала:

– И еще спасибо, что помог сохранить жизнь Вейла. Мне нравится этот человек.

К ее удивлению эти слова заставили Кая отвернуться и склонить голову, яркий румянец выступил на его бледном лице. Пальцы, впивавшиеся в ее плечо, ослабили хватку, лицо сделалось более человечным.

– Он этого достоин, – пробормотал он. – И я рад, что ты так думаешь о нем.

Какое удивительное снисхождение для дракона – признаться в симпатии к человеку.

– Правильно, – пробормотала она. – В самом деле. А ты не мог бы дать мне немного ваты?

Она поняла, что оговорилась.

– То есть кофе. Я имела в виду кофе. Что-то голова кружится.

Как глупо… Неужели он действительно думает, что она куда-то убежит, пока он будет ходить за кофе?

– Брадаманта приведет помощь.

– Это всего лишь рана, нанесенная телу, – пробормотала она. А потом тьма поглотила ее.

Свет неохотно возвращался, просачиваясь сквозь плотные шторы на высоком окне. Ирэн лежала на кушетке, туго перебинтованные руки были сложены на животе. Она была в комнате, окна которой выходили на неведомый город, находящийся за стенами Библиотеки. Кто-то снял с нее ботинки и расправил платье так, чтобы оно прикрывало ноги в чулках. Эта мелочь, сущий пустяк, успокоила ее. Только один человек мог это сделать ради нее.

– Коппелия, – проговорила она, ища взглядом наставницу. Взведенная пружина у нее в груди ослабла.