Тридцать один - Роман Смеклоф

Мы остановились. Голем с архивариусом продолжили свои восторженные комплименты древним строителям, а я тоскливо посмотрел вслед Оливье. Что-то меня беспокоило. Дурное предчувствие, непонятное мне самому.

— Что приуныл? — спросил, обративший на меня внимание, Евлампий.

Я замотал головой.

— Выше нос, юноша. Нам несказанно повезло. Мы находимся в одном из прекраснейших городов всех миров! — воскликнул архивариус.

Я кивнул. Королевская столица Благодатных земель действительно потрясала.

— С минуты на минуты начнется прилив! — продолжил Мровкуб. — Позвольте предложить вам подойти к балюстраде и восхититься этим чудесным зрелищем.

— Конечно. — согласился Евлампий, дернув меня за цепочку.

Я бросил на голема уничтожающий взгляд, но все равно двинулся вниз по лестнице. Оглядевшись, аккуратно перешел дорогу и облокотился о мраморные перила балюстрады. Песчаная земля внизу темнела на глазах. Вскоре, ее уже покрывал слой воды.

— Как быстро. — удивился голем.

— Да, здешние подводные источники уникальны. — заметил архивариус.

Вода прибывала. Через несколько минут, земля пропала из виду. Между колонн, поддерживающих платформы, перекатывались темные волны. Долина уходила под воду.

— Жутко оказаться там. — сказал я, разглядывая образовывающиеся вблизи источников водовороты.

— У подножий колонн, поддерживающих террасы, есть кольца. К ним издревле приковывали государственных преступников. — сообщил архивариус.

Меня передернуло.

— Прилив смотрите? — спросил подошедший Оливье, вертя в руках бумагу с магической печатью. — Ну смотрите! — и добавил повернувшись ко мне. — Ученик, отойдем.

Мы прошли вдоль балюстрады.

— Последнее время столько всего произошло, — сообщил дядя. — Что я невольно задумался, как хрупка жизнь…

Голем демонстративно хмыкнул.

— Я стар. — проигнорировав его, продолжил Оливье. — Ты не представляешь насколько, мой мальчик.

Я вздохнул, напряженно глядя на дядю. Не нравится мне его излишняя доброта и вежливость. Невольно начинаешь ждать подвоха.

— Я понимаю, ты натерпелся и не доверяешь мне. — грустно проговорил дядя. — Я не могу винить тебя за это. Я порою жесток с тобой, но поверь, я желаю тебе только блага. Я хотел, чтобы ты стал крепче и сильнее.

— К чему вы клоните? — не выдержал Евлампий.

Дядя вздохнул, с упреком посмотрев на голема.

— Ты вытащил меня из междумирья. Я благодарен. Вот! — проговорил он, протягивая мне бумагу с магической печатью.

Недоверчиво взглянув на свиток, я принял его и прочитал.

Завещание:

Я, урожденный Оливье, удостоенный звания мастера, настоящим завещаю все имущество, которое будет у меня ко дню смерти передать моему ученику оборотню Люсьену Носовскому. Так же, завещаю ему мои звания и секретные рецепты.

Заверено в присутствие поручителей.

За текстом шли три неизвестных мне имени с вензелями и оттиск всемирного банка.

— Прикоснись к магической печати и завещание обретет силу. — сказал дядя.

— Вы сделали меня своим наследником? — поразился я, снова перечитывая документ.

— Надеюсь, ты не прикончишь меня ради моего состояния? — пошутил Оливье.

Я стоял, не зная, что сказать. Я ожидал чего угодно, но не этого.

— Не может быть. — проговорил Евлампий, тоже перечитывая бумагу.

— Что за сомнения валун, ты хочешь меня обидеть? — оскорблено проговорил дядя.

— Я? Нет, что вы? — растерялся голем.

Оливье победоносно улыбнулся.

— Считали меня мерзавцем? — в его голосе прорезались сварливые нотки. — Ну, да. Вас теперь и не переубедишь. Я об одном и мечтаю!

О чем конкретно грезит, дядя так и не сказал. Сурово посмотрел на меня и пошел обратно к архивариусу.

Я разглядывал то завещание, то голема, то снова магическую бумагу.

— Что делать? — спросил я.

Сам не зная у кого, у голема или у себя.

— Ты же хотел стать поваром? — спросил Евлампий.

— Хотел. — подтвердил я.

— Так чего думаешь, коснись печати.

Я кивнул. Действительно, чего размышлять-то. Сам хотел. А тут богатство и кулинарные секреты сами сыплются на голову. Так чего медлю?

Что-то мешало. Я никак не мог решиться. Протягивал руку и сразу же отдергивал ее обратно.