Грозный отряд - Люк Скалл

Илландрис повернулась к мужчине, лежавшему в постели рядом. Магнар наблюдал за ней из-под полуприкрытых век. Единственным звуком в спальне было только его глубокое дыхание. Снаружи бушевала буря, ветер завывал, словно вселяющий ужас зверь, угрожая сорвать крышу с Великой Резиденции и явить миру их наготу.

— Ты обеспокоен, — заметила она.

Запахи пота, секса и дыма, смешиваясь, создавали довольно приятный аромат. Она прикоснулась к его лицу. Щеки у него гладкие. Многие мужчины-горцы носили бороды, подчеркивая свою мужественность, но Магнар всегда гладко выбрит. Смелый выбор с учетом его молодости, открытое приглашение к насмешке со стороны старших вождей. Казалось, молодой король достаточно уверен в себе, чтобы не придавать этому значения.

— Мне тревожно, — признал он. В его серо-стальных глазах было заметно волнение. — Шаман отозвал Собратьев из Высоких Клыков. Какое право имеет тиран Сонливии требовать такое у нашего лорда-мага?

Илландрис вспомнила, с какой легкостью хрупкий старик развернул магию Шранри против нее. Старшая сестра круга Сердечного Камня, возможно, самая могущественная чародейка в Высоких Клыках, и тем не менее Салазар справился с ней, как с ребенком, причем будучи совершенно обессиленным.

— Не могу сказать, мой король. Поступки лордов-магов понять нелегко. А Шаман предупредил, когда они вернутся?

Магнар покачал головой. Он — красивый мужчина, с сильным носом и крепкой челюстью. Тело худое, но мускулистое, а грудь до сих пор блестит от пота после их недавних занятий любовью. Глядя на него, она почувствовала возбуждение.

— Мы можем остаться без наших священных защитников на неопределенное время, — сказал король. — Я приказал Оргриму выставить дополнительных воинов на северной и южной границах Восточного предела. — Помолчав немного, он вздохнул. — Вражий Молот не обрадовался этому приказу.

— Оргрим понес самые тяжелые потери в Морозной Твердыне, — заметила Илландрис. — Восточный предел больше остальных пострадал в последние годы. Вражий Молот не хочет подвергать опасности со стороны хребта Дьявола свои крупнейшие поселения, расставляя людей на границах.

Король Магнар кивнул.

— Такова была суть его доводов. И все же Восточный предел — это преграда между нашим народом и ужасами, которые скрываются на хребте. Я не могу позволить, чтобы демоны беспрепятственно бродили по другим Пределам. — Порыв завывающего ветра вновь сотряс крышу, и Магнар опять вздохнул. — Я сделал все, что мог, чтобы заслужить уважение со стороны моих вождей. Нелегко предотвращать голод и сдерживать племена, чтобы они не вцепились в глотки друг другу, выполняя в то же время прихоти Шамана. Он иногда прислушивается ко мне, но все же… у меня ощущение, будто я зажат между пещерным медведем и стаей волков. Пытаюсь успокоить первого, в то время как последние так и выискивают любую возможность наброситься на меня.

Илландрис озадачили эти слова.

— Ты правишь по благословению Шамана, кто осмелится тебя свергнуть?

— Кразка Одноглазый и Карн Кровавый Кулак — хотя бы эти двое, для примера. Многие желают трона. Кодекс требует, чтобы все мужчины и женщины клялись в верности королю, — и в то же время там написано, что слабый король должен быть смещен для блага народа.

— И Шаман является верховным судьей в таких вопросах, — мягко произнесла Илландрис.

— Если другой докажет, что он достойнее, Шаман, не колеблясь, заменит меня.

— Как ты заменил Джагара Мудрого?

Магнар кивнул.

— Я не добивался трона. Джагар умирал. Его правление длилось дольше чьего бы то ни было из предыдущих королей. Шаман мог выбрать любого из десяти вождей. — Он поднял глаза к потолку. — И все же из уважения к моему отцу он выбрал меня.