Воин Древнего мира - Брайан Ламли

Звук золотого свистка Анулепа заставил Кхайя остановиться, потому что у него в памяти тут же всплыла картина, которая должна была ожидать его за следующим поворотом. Он помнил тяжелые металлические двери с толстыми засовами и тех, кто обитал в склепе; помнил, как их возвращали к подобию жизни. Трель свистка визиря до сих пор звучала в ушах Кхайя, заставляя полководца содрогаться.

Теперь у Кхайя не было факела, и дорогу воинам освещали лишь маленькие тусклые мигающие светильники, установленные на довольно больших расстояниях друг от друга в нишах стен. Кхай пошел медленнее и обратился к своим офицерам голосом, в котором с трудом скрывались страх и жуткие предчувствия:

– За этим поворотом нас ждет нечто ужасное, способное заморозить кровь в ваших венах – картина, которую вы никогда не забудете. Но мы не можем повернуть и бежать. Сюда пошел Анулеп, а мы должны следовать за ним.

– Бежать, Кхай? – запротестовал Кинду. – Мы даже не думаем…

– Никто не сомневается в твоей смелости, – быстро перебил его Кхай. – Я пытался сказать тебе, что мы…

Тут он замолчал, потому что за поворотом открылось ужасное зрелище – в полумраке корчились живые мертвые. Оттуда исходил отвратительный смрад разложившейся плоти.

– Зомби! – прошептал Нунди, хватая ртом воздух.

– Мертвые! – задыхался Кинду. – Они ходят!

Коридор наполнился шатающимися, еле волочащими ноги трупами. От них, как от сгнивших бревен на болоте, исходил свет. Темными ямами зияли пустые глазницы. Извивающиеся белые черви падали вместе с гниющей и отваливающейся от костей плотью, когда мертвецы направились к застывшим на месте пришельцам. Зомби было два или три десятка, и их запах просто не поддавался описанию.

Многие находились в последних стадиях разложения. Тем не менее, приближались они с пугающей скоростью. До того, как Кхай и нубийцы пришли в себя и смогли двигаться, орда трупов, вытягивая вперед руки, молча открывая рты и светясь зеленым светом, оказалась рядом. Безногие туловища подползали к людям, пытаясь подставить им подножки, тела без рук вытягивали вперед изуродованные смертью лица с лязгающими зубами.

Кхай первым пришел в себя. Его телохранители вздрогнули, услышав голос, зазвеневший в тишине подземного склепа.

– Это обычные мертвецы, – закричал Кхай. – Мертвые, гниющие люди, чьи души страдают в аду. Они не могут противостоять нам. Рубите их!

Нунди и Кинду отшатнулись.

– Кожа, кости и черви, – кричал Кхай. – Взгляните!

Он размахнулся мечом и разрубил двух зомби одним могучим ударом. Мертвецы рухнули на пол, рассыпавшись в пыль.

Теперь нубийцы набрались смелости. Кхай уже видел живых мертвецов и был готов к встрече. Теперь они втроем стояли плечом к плечу, спиной к стене из цельной каменной глыбы. Мертвая орда приближалась, открывая рты, но не произнося ни звука. Воины, размахивая мечами, начали рубить врагов, расчленяя мертвые тела. Обрубки, падая на каменный пол, превращались в кучи праха – пыли могил. Наконец последний зомби был рассечен на куски.

Воины тяжело дышали. К горлу подступала тошнота от ядовитого воздуха. Переступив через массу, наполовину превратившуюся в пыль, наполовину в жидкость, Кхай со своими лейтенантами на дрожащих ногах отправились по вырубленному в горной породе туннелю. Кхай остановился перед первым небольшим светильником, вынул его из ниши, повернулся и швырнул назад на груды человеческих останков на полу. Он действовал инстинктивно. Всем известно, что трупы так легко не поджечь, но этих мертвецов обрабатывали редкими маслами и химикатами, так что через секунду груды пепла запылали ярким пламенем.

Трое воинов побежали по туннелю к следующему лестничному пролету и быстро поднялись на верхние уровни – туда, где в полумраке по огромным храмам и залам бродили воины Кхайя, выкрикивая имя своего генерала. Они с облегчением вздохнули, увидев своего полководца, и стали поджигать все, что могло гореть. Некоторые подносили факелы к шпалерам и шторам, другие выливали ароматические масла на опрокинутые статуи кеметских богов. Они разбивали искусно вырезанные столы, стулья и прочую мебель.