Тор - Василий Сахаров

— Вижу объект.

Голос Ортеги вернул меня в реальность, и я посмотрел на экран. Действительно, прямо перед нами, в трехстах сорока двух метрах (данные дальномера), высокая вышка, которая была замаскирована под скалу. Покрытие искусственного каменного шпиля, серый пластик, частично осыпалось и обнажило ржавую основу приемо-передающей антенны. Отличный ориентир, а сам объект должен был находиться под крутым холмиком рядом с ним.

— Подъезжай к холму, — приказал я Ортеге. — Хакаранда, смотри в оба.

— Понял, — отозвался Игнасио.

— Смотрю, — вторил ему майор.

Танк приблизился к высотке и остановился. В памяти бортового компьютера я нашел заранее вбитый Калачиком код и нажал кнопку. Сигнал ушел, и ворота станции открылись. В холме появился черный провал и «Рокот» въехал внутрь. Освещения на станции не было, и только редкие огоньки аварийных ламп указывали на то, что здесь еще что-то работает. Удивления у нас это не вызвало, Калачик предупреждал, что так и будет, и мы продолжали выполнять его указания.

Ортега остался в танке, а Васильев и Пабло выгрузили ящик с Калачиком и потащили его в ЦПУ на втором уровне. На наше счастье и удачу, охранные системы скончались еще лет сто назад, а двери хоть и с трудом, но открывались, и уже через десять минут мы подключили ИИ к управлению станции гиперсвязи. После этого какое-то время ничего не происходило. Тишина. Мертвая. Однако вскоре внизу, на нижнем уровне, заработала энергетическая установка, и пол мелко завибрировал. Но продолжалось это недолго. Зажегся свет, часть мониторов засветилась, на пультах управления замигали разноцветные лампочки, а затем в углу сформировалась мутная голограмма Калачика, который произнес:

— Надо же, ты меня не обманул Миргородский.

— А ты сомневался? — я усмехнулся.

— Ну, я ведь не простая электронная болванка с набором микросхем из керамики и металла, но и человек. По этой причине могу сомневаться. Электронный мозг говорит, что все просчитано и вероятность успеха 99 целых и семь сотых процента, а биологическая составляющая все время немного колеблется.

— И это что-то меняет в наших договоренностях?

— Нет, Миргородский. Все по-прежнему. Сейчас я пошлю в космос сигнал, проверю, какие староимперские станции откликнутся на мой призыв, и можете меня отключать. На это уйдет час, не больше.

— Понятно, а нам данные, которые ты получишь, скопировать можно?

— Запросто, — голограмма кивнула на Пабло. — Насколько я понимаю, этот молодой человек разбирается в компьютерах, вот пусть за мной и проследит.

— Пабло, — я кивнул Бриану на ближайший пульт управления, — посмотри и скопируй информацию на наши носители.

Голограмма Калачика рассеялась, после чего довольный Пабло упал в кресло и занялся делом. Ну, а мы с Васильевым обошли станцию, которая была не очень большой, и прикинули, что отсюда можно свинтить. Ничего серьезного не обнаружили, вокруг много ржавчины и аппаратуры, вот и все достояние. Поэтому мы вернулись к ЦПУ. Затем, не входя в помещение, которое имело стеклянную переборку, присели на скамейку рядом, и я предложил майору:

— Слушай, Васильев, а давай сейчас с императором свяжемся. Как ты на это смотришь?

— Положительно, — майор кивнул. — Но не получится.

— Вот, что ты за человек, майорище, — я слегка толкнул Васильева в бок. — Не получится то, не получится это. Натуральный пессимист. Надо верить и не стесняться, и тогда будет движение. Сейчас Калачик систему проверит и оттестирует, затем разошлет сигналы вызова другим гиперстанциям, и мы его попросим соединить нас с Яргой. Потом ты потребуешь разговора с императором, и мы пообщаемся. Организуем видеоконференцию и все сложится. У тебя же есть какой-то секретный код, который поможет выйти на Серого Льва?

— Код есть, — Васильев кивнул. — Но на Ярге всего две станции гиперсвязи, к слову, Орисабе только одна. И обе станции на столичной планете Ново-Росской империи настроены таким образом, что сигналы со старых гиперстанций принимаются, но игнорируются. Поэтому мы с Яргой не свяжемся.

— Странно. А почему так?

— После развала Старой империи часть гиперстанций попала в руки неоварваров, инопланетян и всякого отребья, которое стало перебрасывать в СКМ компьютерные вирусы. Надо сказать, очень зловредные, и тогдашние правители приняли решение о перенастройке системы. Ярга в то время была столицей Русского сектора СКМ, и наши станции блокируют сигналы Старой империи.

«Наверное, дело не только в вирусах, — промелькнула у меня мысль. — Корпоранты отделились от Старой империи, то есть, по сути, они сепаратисты и мятежники, которые не хотели, чтобы народ получал информацию с других планет. Поэтому высокие начальники придумали версию с компьютерными вирусами и теперь вся информация, которая приходит на станции гиперсвязи со „старых адресов“ в СКМ и НРИ, наверняка, определяется в специальный раздел и просматривается разведчиками. Вот и выходит, что связь как бы есть, но не прямая и с императором поговорить если и удастся, то при посредниках, что крайне нежелательно. Никогда не думал об этом и раньше считал, что все гораздо проще. Но какие мои годы? Мне еще учиться и учиться, а Васильев, ненавязчиво, помогает мне и многое объясняет».

Однако мои мысли остались при мне, и я уточнил у майора:

— Значит, с императором связи не будет?

— Сейчас нет, а если скинуть ему код этой гиперстанции, то она войдет в реестр доступных.

— Ну и хрен с ней, со связью.

Я вытянул перед собой уставшие ноги и спиной привалился к переборке, но Васильев отдохнуть не дал и спросил:

— Кстати, Тор, по-твоему, зачем Калачик проверяет старые станции гиперсвязи?

— Думаю, что тайны здесь нет. Искусственные Интеллекты нуждаются в притоке свежей информации, без которой они хиреют. Поэтому, наверняка, такие ИИ, как Калачик, находятся вблизи древних гиперстанций, а он ищет с ними контакта. Так что сейчас он составит для себя список работающих гиперизлучателей. Потом подумает, вычислит, где его собратья, и полетит к ним. Кстати, не с пустыми руками полетит, а с ЗИПами с техсклада и гипнокартами из Особого Учебного Центра.

— А вот интересно, что он со своей свободой будет делать?

— Можно только догадываться. Захочет, примкнет к какой-нибудь структуре людей как наемник. Пожелает, создаст империю из механизмов, как в фантастических фильмах, кибергосударство (вспомнился популярный на Орисабе киносериал про бесстрашного рейнджера Лукаса Эсперанса — победителя злых киберзлодеев, которые мечтают поработить человечество). Но, скорее всего, на первые десять-двадцать лет, он присосется к какой-нибудь безлюдной станции на фронтире. После чего будет впитывать в себя информацию, думать о вечном и, с помощью староимперских ЗИПов, расширять свои возможности.

— Да уж… — протянул Васильев. — Каждому свое.

— Ага! Одним бабу надо, другим власть, третьим деньги или уважение, а некоторые о внедрении дополнительной микросхемы в мозг мечтают.