Ай-тере. Право на свободу - Ольга Валентеева

«Десять», – вдруг долетел от меня магический отклик. Никогда не слышал, чтобы ай-тере разговаривали между собой мысленно! Значит, я прав. Вперед!

Только что было тихо – и вот уже тишину разорвали звуки боя. Из кота я перекинулся в барса и прыгнул на белого тигра, показавшегося из кустов. Мы кубарем покатились по земле. Волк-Дилан тоже нашел себе противника – большого и жуткого пса. Тетя Кристин прикрывала нас щитами, используя резерв папы, а сам он схватил за хвост какого-то ящера. Медведь навалился на шакала, норовя раздавить того массой, а орел сверху спланировал на какое-то насекомое, клюнул – и на земле замерла отчаянно воющая от боли девчонка. Их было больше! Они были сильнее. Но и мы не собирались проигрывать.

Алан обратился в морского змея и пытался задушить крупного лося. А вот откуда взялся маленький волчонок с янтарными глазами, я сначала не понял. Решил, что враг, и лишь запоздало признал в нем Грегори. Зато тот ловко откусил хвост зеленой змее.

Я пробирался к двери в дом. Там внутри Дея. Ей плохо! Она ждет от нас помощи. Дея с такой силой тянула из меня магию, что на миг показалось: этот тигр перегрызет мне глотку, потому что я стану бесполезным ковриком. Перекинулся в кота и шмыгнул в кусты, а тигр обиженно зарычал. Он прыгнул за мной, но наткнулся на оскаленную пасть волка. Теперь уже Дилан покатился с ним по траве, а я снова стал барсом. Спиной чувствовал ай-тере, но обернулся – и никого не было. Кто с нами играет? Насекомое? Птичка? Шагнул – и поранил лапу об острый шип. Не животное! Оружие!

Барс заскулил, пытаясь освободить лапу, но шип только вошел глубже. Хорошо, хоть не отравлен. Тетя Крис кинулась ко мне, вынула занозу, и я прыгнул, сшибая в сторону атаковавшего ее леопарда. Кусал, грыз, рвал когтями, пытаясь забыть, что это человек. Нет, нет. Это враг, врага надо уничтожить, пока он не забрал кого-то из нас.

Заревел медведь. Змея все-таки изловчилась и укусила его. Ему на помощь подоспел Дилан и вцепился зубами в змею. Я отвернулся: не хотел видеть окровавленное тело, вот только услышал протяжный волчий вой.

Я прыгнул туда. Дилан лежал на земле. У него в боку торчала стрела. Я обернулся, принимая человеческий облик.

– Ты тоже должен обернуться, дружище, – склонился к нему. – Тогда стрела выпадет из раны. Давай!

Но волк бился в агонии. Еще чего! Я обещал Лоре, что ее муж будет жить. А Джинни? На кого он оставит дочь? Схватился за стрелу, досчитал до трех и дернул на себя. Хлынула кровь. Я зажал рану ладонями, чтобы сдержать кровотечение.

– Оборачивайся, кому говорят! – требовал у Дилана. Он на миг замер – и на земле лежал уже человек. Рана немного затянулась.

– Не шевелись, – приказал ему. – Грегори!

Волчонок посеменил к нам.

– Утащи Дилана отсюда, – попросил его.

– Хорошо. – Он тоже стал человеком, подхватил Дилана, а под другую руку скользнул Алан, и они вдвоем повели друга прочь. Сегодня никто не должен здесь умереть!

А я наконец-то рванул к двери. Распахнул ее и замер. Снаружи мы едва слышали шум, но бой здесь был в самом разгаре. Большой холл разгромили в пух и прах. Я разглядел Хайди, стегающую кнутом так заправски, что пробрала дрожь. Некоторые из ее ай-тере сражались, некоторые лежали неподвижно. А где Дея?

Вот подругу увидел не сразу. Она находилась в дальнем углу комнаты. Сидела на коленях, склонившись к самому полу, и вдруг медленно поднялась. Холод. Сильный, сковывающий сердце холод – вот что я ощущал. В ужасе заметил, что цвет ее волос изменился. Из теплого и золотистого стал серебряным, как у меня, даже чуть голубоватым.

– Тед, ты нужен мне!

Дея протянула руку, и острая черная коса замерла в ее пальцах. Это Тед?

– Эжен, прочь!

Я вылетел на порог, потому что понял, что сейчас произойдет. Сквозь раскрытые двери видел, как Дея занесла косу. Взмах – и по комнате прошла черная волна. Она сметала все и всех, ставила на колени, пригибала к полу. Кто-то истошно кричал, кто-то выл на высокой ноте, а Дея снова ударила косой по воздуху. Мой резерв восстанавливался – слишком быстро, будто она брала силу с помощью косы и передавала нам. Только не у своих ай-тере, а у чужих. Тех, кто напал на нее. Но где Нэйт? Я так его и не увидел. Уже понял, что случилась беда, но не хотел верить. Еще удар косы. Задребезжали, высыпаясь, стекла. Я сбежал с порога.

– Прочь! – крикнул всем, и мы бросились обратно к воротам. Вражеские ай-тере, наоборот, поспешили на помощь своим иль-тере – и разлетелись, будто карточный домик. Нет, так не пойдет. Это не Дея, это сила ее оружия. Она ведь себе не простит!

– Не ходите за мной, – шепнул я отцу и снова пробрался к дому, переступил порог.

Дея стояла посреди комнаты. Она шаталась. А я разглядел, как коса пьет магию из всех, кто был в комнате. И из Деи в том числе.

– Брось! – закричал, подбегая к Дее и пытаясь отцепить ее пальцы от древка. – Брось ее!

– Уйди с дороги.

У Деи изменился голос. Ее глаза стали черными. Что это за магия? Что за оружие? Это… магия смерти, которую пробудила коса?

– Отдай! – Я вцепился в древко. – Тед, ты должен обернуться обратно.

Он не мог. Я ощущал его отчаяние. Он знал, что является страшным оружием, и ничего не мог с этим сделать, как бы ни хотел защитить Дею.

– Отбрось косу.

Голос Нэйтона я уж точно не ожидал услышать! Он поднялся на ноги там, где только что сидела Дея. Его пошатывало из стороны в сторону, и магический фон был слабым-слабым, едва заметным.

– Брось, Дея. – Нэйт, шатаясь, двинулся к ней. – Тебе не нужно это оружие. Ты даришь жизнь, а не смерть. Выпусти косу.

Он осторожно отодвинул меня и опустил ладонь поверх пальцев Деи. Коса звякнула, падая на пол, а Дея глухо всхлипнула, бросаясь ему на шею.

Выстрел. Во вдруг наступившей тишине он казался и вовсе оглушительным. Я толкнул Дею на Нэйта, и пуля просвистела где-то рядом, а отец Нэйтона замер с пистолетом в руках. Обычным, не магическим.

– Это не конец, – тихо сказал он, и бесцветная девушка, до того сидевшая у его ног, поднялась.

Как я мог ее не замечать? А она на миг замерцала – и превратилась в черную змею, огромную и смертоносную. Эо Тайрен и его змея – вот и все, кто остался на ногах после разрушительной силы косы. Сам Тед, задыхаясь, сидел на полу. Эта магия разрушала и его тоже.

Будто кто-то разжал черную пружину – но нет, это змея прыгнула, а я понял, что не могу даже обернуться. Не успеваю! Мы с Нэйтом только закрыли Дею собой. Я на миг зажмурился, только ничего не последовало. Раздался оглушительный рык. Когда я обернулся, по полу катился настоящий клубок: белый лев и черная мамба, только в несколько раз больше обычной. Эо Тайрен смотрел и улыбался, а ай-тере пыталась убить его старшего сына.

– Нэйт! – взмолилась Дея.

Тот кивнул, и мы отступили в сторону, потому что дом задрожал от фундамента до крыши, и ледяной дракон развернул крылья, сшибая все на своем пути. Мы с Деей подхватили Теда и бросились к двери, чтобы не мешать Нэйту сражаться. Однако он напал не на змею и льва, а на мужчину, который пытался избежать возмездия. Его отец понял, что легкой победы не получится, и бросился нам наперерез. Я обернулся и зарычал, вонзая зубы ему в ногу, а Тед увлек за собой Дею. Дракон заревел – и ледяное дыхание опалило виски, только эо Тайрен будто был неуязвим. Мамба! Эта змея каким-то образом является его идеальным щитом.