Белая тетрадь - Софья Ролдугина

– Вы ошибаетесь, – хриплым шепотом произнесла я, обвисая на руке князя. Сердце бешено колотилось. – У меня седьмой ранг. Равейна. Без стихии, без специализации. И без малейшей перспективы развития.

– Возможно, раньше это было так, – согласился Тантаэ. Глаза у него сейчас цветом напоминали больше не вишню, а густую-густую кровь. – Но сейчас я вижу перед собой эстаминиэль. За природу вашей силы не поручусь, Сферу тоже не укажу… Но потенциал огромен.

– Вы уверены?

Голова шла кругом.

– Если вы не доверяете моему мнению, то вполне можете обратиться к одной из королев. Думаю, вам не откажут в консультации.

– А… хорошая идея.

Эстаминиэль. Это многое объясняло… И странный интерес инквизиции – еще бы, ниоткуда взялась особа, способная – теоретически, на практике бы я не осмелилась – выдворить Орден из города. И то, что мне удалось справиться со стражем. И то, что стало хватать сил на довольно энергоемкие заклинания…

Да и странное отношение других королев тоже получило объяснение. Обычно в присутствии более могущественного представителя равейн, особенно трех высших рангов – эстиль, аш-эстиль и эстаминиэль, тянет встать на колени, образно выражаясь. Власть сильного – обычное дело для Старших, к которым условно относят и равейн, хотя сами мы считаем себя гораздо более близкой родней людям, Младшим, нежели аллийцам, ведарси и шакаи-ар. У последних, к примеру, ар-шакаи беспрекословно подчиняется любому урожденному, шакаи-ар, Младший – Старшему, а князья – старейшинам. Сильный может приказать более слабому, к примеру, покончить с собой, и тот физически не сможет не исполнить приказа.

Абсолютная власть. Страшная штука. Правда, пользоваться ею считается… дурным вкусом, что ли. У равейн было то же самое, хотя наше негласное правило гласило «Повиновение в обмен на защиту». Так или иначе, я должна была ощущать в королевах власть. А этого чувства не было. Но вот что-то другое ощущалось… Родственность? Не знаю.

Правила – не для равных.

Да. Это возможно. Но все же следовало обратиться за разъяснением к самим эстаминиэль.

Боги, давно мне не было так страшно. Ведь высокий ранг – это ответственность, жесткое обучение, медленное взросление и опять ответственность, ответственность и ответственность…

Пожалуй, даже больше, чем у целителя.

– Хорошо. Спасибо за информацию, я… проверю. – Сказать всю фразу без единой запинки у меня не вышло, слишком уж перенервничала. – Это все, о чем вы хотели поговорить?

Тантаэ качнул головой и поймал мой взгляд. Я поежилась. Нет, все-таки красные глаза, хоть винного, хоть вишневого оттенка – это немного слишком.

– Нет, – со странной интонацией произнес князь. – Но второе вытекает из первого, поэтому я не мог оставить ваш статус за скобками.

– Продолжайте, пожалуйста.

Он не стал затягивать.

– Помнится, в беседе вы упоминали, что Максимилиана приняли здесь как вашего гостя? – Я кивнула. – А знаете ли вы, что при таком раскладе вся ответственность за то, что может натворить этот – скажу прямо, временами – идиот, ляжет на вас?

– Нет.

– Более того, каждая равейна, и эстаминиэль не исключение, может пригласить за всю жизнь только одного гостя, который не является членом ее семьи.

– Этого я тоже не знала, – убито признала я. Не то чтобы я собиралась кого-то еще приглашать, но сам факт… Неприятно. Получается, Ксиль все прекрасно знал и воспользовался?

– И еще… – Лицо князя стало на редкость невыразительным. – Возможно, это не мое дело, но обычно этим правом пользуются, чтобы приглашать совершенно определенную категорию людей. Поэтому большинство обитателей Замка будут считать Максимилиана вашим близким другом.

– Близким другом?

– Возлюбленным, – тактично ответил Тантаэ.

– Но это неправда!

Я отчаянно покраснела. Ай да Максимилиан! А еще «репутация»… Не хочу, чтобы про меня какие-то сплетни ходили. А уж если мама узнает…

По спине у меня мурашки пробежали.

– Правда или нет, но то, что он ваш гость, дает вам на него определенные права, – так же ненавязчиво и деликатно продолжал просвещать меня Тантаэ. – Но я бы не рекомендовал вам пользоваться ими. Максимилиан – мальчик красивый, но с весьма свободным поведением. Он об этом эпизоде скоро и не вспомнит, а вам придется начинать свою взрослую жизнь с разочарования.

Мне очень хотелось сказать что-то вроде «Это не ваше дело!» или «Не читайте мне нотаций!», но я проглотила недовольство, выдохнула для успокоения и произнесла твердо:

– Спасибо за совет. У меня и в мыслях не было рассчитывать на какие-либо отношения с Максимилианом.

– Значит, вы – редкое исключение, Найта, – улыбнулся Тантаэ неожиданно тепло, и все мои претензии к нему испарились под лучами симпатии. Он был совершенно непохож на Ксиля – невыдержанного, склонного к интригам, жестокого… и невероятно обаятельного. И красивого. Очень. И…

– Она ребенок еще, Тай, – засмеялся Максимилиан, проводя рукой по моим так и оставшимися спутанными после сна волосам. Я вздрогнула – приближения Ксиля я не заметила. – Защищаешь мою честь от посягательств?

На лице Пепельного князя появилось сложное выражение – и досада, и сердечное тепло, и явное желание еще раз приложить Ксиля об стену.

– Такого защитишь, пожалуй, – нейтрально заметил Тантаэ и добавил снисходительно: – Ведь доиграешься когда-нибудь.

– Уже не успею, Тай, – ровно возразил Максимилиан, неожиданно помрачнев. – Так что какая теперь разница? Дай мне хотя бы повеселиться.

Тантаэ быстро отвернулся. Если бы он не был шакаи-ар, я бы подумала, что он хочет таким образом спрятать чувства.

– Как бы тебе ни было плохо, Ксиль, – произнес он глухо, и в голосе сквозило тщательно скрываемое напряжение, – ты не имеешь право на… некоторые поступки.

– Решать мне, Тай.

– Конечно. Тебе. Не ошибись, Ксиль. Некоторые поступки… роняют на самое дно.

– Я там уже был. И ты тоже.

Я только и делала, что переводила взгляд с одного князя на другого, но сейчас они напоминали зеркальные отражения друг друга – одинаково спокойные внешне, но с бешено кипящей энергией внутри. Не отступало чувство, что их спор касается и меня, но вот каким образом? Не спрашивать же прямо… Впрочем, почему нет, это же шакаи-ар.

– О чем вы? – встряла я робко. Но Ксиль только вновь беспечно потрепал меня по волосам и улыбнулся:

– Ни о чем, малыш.

– Все в порядке, Найта.

Тайны, опять тайны…

– А… хорошо. – Все слова у меня вылетели из головы. Хотелось тихо пересидеть некоторое время в незаметном уголочке, не думая ни о чем, но нужно было разобраться с новой информацией и понять, что со всем этим теперь делать. – Простите, я… ну, пойду. Спасибо большое за разъяснения, Тантаэ.