Ну очень грозное оружие! - Роберт Линн Асприн

* * *

Стоящие у ризницы Димского Собора Стиллер Гулик и Джорд Индер прислушивались, ожидая сигнала от Леммла Таудея, что путь свободен.

– Да пребудет с вами благословение всех Богов, Богинь и Полубожеств Света, ваше святейшество, – услышали они его приветствие, обращенное к Верховному Жрецу.

Фенелес, новый Верховный Жрец, славился своими странностями, одной из которых было желание облачаться перед церемонией в одиночестве и проводить несколько минут в размышлениях перед любым религиозным богослужением, которое он совершал. Но даже зная о его эксцентричности, товарищи по оружию были поражены прозвучавшим ответом.

– Хорошим этот день будет для меня, незваный глупец, – прорычал сдержанный голос, – но для тебя он означает смерть!

Они ворвались в ризницу и увидели пожилого человека со свежеобритой головой, стоящего над скорчившимся телом Леммла. Из ноздрей священника текла кровь. Пожилой человек был частично облачен в парадные одежды Верховного Жреца, а на его груди покоился оправленный в золото амулет – звездная россыпь бриллиантов в центре узора, изображающего солнечную вспышку.

– Удан Канн! – Стиллер выругался, и его лицо тут же покрылось бледными пятнами.

– Ты меня знаешь, несчастный, – прошипел Удан Канн. – Не важно, это знание лишь ускорит твою смерть.

Стиллер выхватил из ножен свой меч и бросился на мастера хингу. Удан Канн выгнул торс с гибкостью очень дорогой проститутки и уклонился от удара. Затем он легонько дотронулся до руки Стиллера, отчего воин отлетел в сторону.

Джорд собрался было броситься в бой, но тут в его ушах раздался скрипучий голос Калла Малланика.

– Отойди, поэт, – проговорил эльф. – Домино никогда не простит нас, если мы позволим тебя убить.

Эльф поднял свой лук с серебряной тетивой и выпустил стрелы из кованного эльфами золота, которые всегда без промаха разили наповал тех злодеев, в которых летели. Две стрелы устремились в цель – стопроцентная гарантия гибели, – и все же Удан Канн поймал обе стрелы прямо в воздухе.

Он метнул их обратно, словно дротики, в пораженного эльфа. Одна расщепила серебряную тетиву, превратив ее в сверкающие кольца, вторая пришпилила длинный носок сапога эльфа к полу.

– Через несколько секунд я тобой займусь, – рассмеялся Удан Канн.

– Я еще не сказал своего слова! – воскликнул Стиллер Гулик, снова бросаясь на него с поднятым мечом, грозя перерубить надвое позвоночник «убийцы.

Удан Канн даже не обернулся, а изогнувшись ткнул Крапчатого пальцами в глаза.

– Два очка! – Он захихикал. – Или ты не играешь в кости?

– Это украшение, которое на вас надето, – произнес Джорд Индер, – это Анакрон, амулет, который Гар Квитник должен был вернуть в Джелфейт!

Удан Канн отпрянул, словно от удара, затем схватился одной рукой за амулет, а свободной рукой снова перехватил у самой груди стрелы, пущенные из заново натянутого лука Каллы.

– Да, это Анакрон. Пария подвел вас, как и меня. В обоих случаях его одержимость совершенством своего искусства не позволила ему подняться до требований поставленной задачи!

– Черт бы побрал Гара Квитника! – выругался Крапчатый Гулик, с трудом поднимаясь на ноги.

– Никогда не доверял Гару Квитнику, – согласился Калла и потянулся за следующей стрелой.

Удан Канн содрогнулся, потом еще раз, схватился своими гибкими руками за грудь. Его бесчувственные глаза вылезли из орбит. Падая на колени, он простонал:

– Гар, сын мой, я был несправедлив к тебе, когда назвал тебя Парией, – прохрипел он, и голос его становился все слабее. – Какое прекрасное применение прикосновения запоздалой смерти! Воистину, мне следовало назвать тебя хингу-Грашан-шао!

Издав последний стон от боли, разрывавшей ему грудь, Удан Канн повалился на землю и принял смерть, которая была последним экзаменом его лучшего ученика.

– Ну, полагаю, Гар в конце концов сделал для нас свое дело, – произнес Крапчатый Гулик, глядя на мертвого убийцу с уважением, и пятна на его лице слегка побледнели. – Священник еще жив?

Джорд проверил тело священника.

– Да, слава Богам Света. Наверное, Удан Канн собирался сперва с ним позабавиться.

– Интересно, почему Гар позволил ему уйти с амулетом? – размышляя вслух, Калла вытирал кровь с лица священника и начал оказывать ему первую помощь. – Совершенно очевидно, что он мог его убить.

Джорд встал на колени рядом с Удан Канном и стал снимать с него торжественное облачение.

– Я думаю, у него возникли подозрения, и он позволил Удан Канну вернуться, чтобы предупредить нас.

– Он мог бы вернуться и сам, – заметил Стиллер. – Так было бы гораздо безопаснее, черт побери.

– Правда, – согласился Джорд, – но мне кажется, он не знал, что Каларан завладел телом принца Рэнго, знал только, что Падшая Птица-Солнце все еще как-то действует. Гар не смел рисковать – ведь если бы Удан Канн не вернулся, это послужило бы предупреждением его хозяину.

– Наверное, в этом есть смысл – для мастера хингу, – ответил Стиллер. – Надеюсь, что Гар жив, где бы он ни был.

– Сомневаюсь, – ответил Джорд. – Легенда гласит, что Анакрон возвращается к своему прежнему хранителю, когда первый убит. И все же он остался на груди Удан Канна.

– Тогда, наверное, это означает, что Гар мертв, хотя я бы рискнул на него поставить, – печально произнес Стиллер. – Он был перебежчиком, но на нашу сторону.

Калла Малланик смахнул со скамьи какое-то тряпье и поднял было Леммла на руки, но отшатнулся в изумлении.

– Пресвятые яйца! – воскликнул он. – Я нашел Верховного Жреца, и он дышит!

– Наверное, Каларан не хотел слишком уж портить отношения с церковными кругами без особой необходимости, – сказал Стиллер. – Давай я им займусь. А для тебя у меня есть опасное задание.

– Хочешь, чтобы я залез на карниз и поработал снайпером? – спросил эльф.

– Нет.

– Пойти посмотреть, не прячутся ли в кустах другие убийцы-хингу?

– Нет.

– Отнести секретное послание принцессе?

– Нет.

– Тогда что?

– Я хочу, чтобы ты надел костюм Гара Квитника и был готов занять его место в свадебной процессии.

– А чем это опасно?

– А ты подумал, какие чувства испытает Гар, если примчится сюда, проделав весь этот путь из Джелфейта, и обнаружит, что ты занял его место?

– А! – Калла мрачно начал надевать наряд шафера. – Погоди, мне показалось, ты сказал, что он мертв, так почему же ты беспокоишься?

– Я еще сказал, что готов рискнуть поставить на него, – ответил Стиллер. – Торопись, уже начинает играть музыка.

* * *