Рыцарь из преисподней - Наталья Игнатова

– Дайны не действуют, – мелодично произнесла Роса.

– Это смотря какие. – У Ситы оказался на удивление приятный голос.

А вот сорвавшиеся с потолка летучие мыши, которых Артур и не разглядел сначала, так ловко они прятались где-то среди вычурных кованых украшений все с теми же кораллами, приятными точно не были. Твари спикировали вниз, целились, кажется, вцепиться в лицо или в волосы, но то ли стрижка для них оказалась короткой, то ли выражение лица не понравилось, мыши пронеслись над головой и вновь исчезли в тенях.

Сита хмыкнула. Роса одарила ее утешающей улыбкой. Какая-нибудь дамочка с более слабыми нервами от такого утешения пошла бы и повесилась.

– Ну что? Все будем пробовать? – холодно поинтересовался один из двух, одетых в черное, мужчин. Вообще, в черное здесь, так или иначе, были одеты пятеро, но эти двое бросались в глаза. Как будто выбор цвета был вызовом или тоже каким-нибудь дайном. Последнее, кстати, не исключено. Этот постарше, значит, его имя Биргер. А молодого зовут Ройф.

– А что, не все еще попробовали? – с подкупающей наивностью спросила Роса.

Со стороны шестерки бородачей послышалось одобрительное ржание. Насчет того, что они все одинаковые, Бесто преувеличил, но, чтобы найти отличия, требовалось внимание, а на первый взгляд только бороды по цвету и разнились. Трое здоровяков, презрев кресла, сидели верхом на стульях, один водрузил ноги на стол и раскачивался, рискуя упасть, – ножки стула угрожали сломаться под такой тушей. Двое, вообще, прямо на стол и уселись.

– Я его не вижу, – проскрипел похожий на сверчка вампир в круглых черных очечках, с такой прической, будто на голове у него что-то взорвалось, и в одежде такой расцветки, что взорвалось что-то в голове у Артура. – Зато вижу, как Ройф тащит сюда всякую дрянь. Ройф, не старайся, Биргер уже попробовал. Никаких дайнов сегодня.

– Итак, – по-прежнему холодно и спокойно произнес Биргер, проигнорировавший слова очкастого, – у нас есть живой жрец, на которого не действуют дайны. Он создает себе подобных во всех княжествах. В Ифэренн появляется все больше не поддающихся дайнам смертных. Раз уж мы впустили его сюда, лучше ему здесь и остаться.

Артур, слушая Биргера, нашел взглядом высокого худого мужчину со старинными револьверами в кобурах. Перед ним на столе лежала широкополая шляпа, будто вытащенная прямиком из вестерна. Сразу вспомнился Рамирес, коммивояжер с пистолетом. Он приехал в Тагар в день крещения, сказал, что в отпуск. Может, и задержится. Так, ну значит, это – Генрих. А вон у того плечистого блондина заклепки на куртке и штанах украшены трезубцами – он, стало быть, Ричард, а брюнет рядом с ним – Рок. Методом исключения, Уго, получается… вот этот студент-заучка с крысой?

Бесто сказал «выглядит как дерьмо»… ну у Бесто свои представления о правильном внешнем виде.

Уго выглядел безобидно. Паренек в растянутом свитере и мешковатых штанах. Молодой, моложе Ройфа, но Ройф-то не одиночка, они с Биргером явно не чужие, а Уго сам по себе. Значит, афат получил рано и запросто может оказаться злобным социопатом. Что там Биргер говорит? М-да уж, еще вопрос, кто тут настоящий социопат. Знаться с демонами вампиры не могут, демоны с ними знаться не станут, но Биргер и Ройф, кажется, успешно создали о себе впечатление. Что за «дрянь» они пытались притащить в дом? О чем говорил Аман?

– Я вам не враг, – сказал Артур, убедив себя включить в это «вам» и обоих черных вампиров, – я приехал предложить сделку. Вас донимают жэрцы, мне нужна земля в столицах. Жэрцев можно надолго остановить, а вы можете убедить вожаков продать мне землю.

– Он будет строить там храмы непонятно какого князя, – сказал Биргер, – и заразит всех. Мы лишимся даже слуг.

– Один мальчик заразит двадцать миллиардов живых? – В голосе Ситы было сомнение.

– Они размножаются в прогрессии.

– Он появился в Ренатире в середине этмы, в конце баспана набрал больше трех тысяч сторонников, седьмого сахра[10]шестьсот четырнадцать из них приняли его веру и прошли обряд, предположительно защищающий от дайнов.

Это заговорил Уго, обращался он, кажется, к крысе, но посмотрели на него все, кроме Амана, который изучал внутреннюю сторону стекол своих очков. Не снимая их с носа.

– Меньше двух месяцев, – сказал Биргер.

– Новообращенные понесут веру дальше. – Уго, похоже, решил объяснить остальным, что означает «размножаться в прогрессии». – По непроверенным данным, они наделены различными необъяснимыми способностями. Ходят слухи, что эти люди успешно противостоят не только дайнам, но и демонам. Даже бесплотным.

– Я б его убил. – Генрих потянулся в кресле. – Но раз это Биргер с Ройфом предлагают, значит, дело нечисто.

– Жэрцы, – прорычал один из бородачей, и Артур только сейчас увидел, что зрачки у него в глазах вертикальные, да и сами глаза, желтые, яркие, скорее кошачьи, чем человеческие. – Вы оглохли, что ли? Он говорит, что может остановить жэрцев.

– Он сжег их нынче ночью, – подтвердил Рок.

– Это была огненная река, – кивнул Ричард, – опасно, но очень эффективно. Если таковы дайны от князя, которому он поклоняется, с жэрцами вообще можно будет покончить.

– И с Песками. Вы, идиоты, вы что, хотите увидеть огненную реку, текущую по стойбищам?

Да уж, спасибо Альберту, удружил. Массовое сожжение жэрцев впечатлило упырей сильнее, чем хотелось бы. Говорить, что огненная река – работа младшего, было не время, да и все равно не поверили бы.

– Я не враг вампирам, – напомнил Артур. – Мне вообще нельзя вас убивать потому, что у вас есть души, которые можно спасти.

– Поэтому ты делаешь так, что вампиры умирают сами. – Биргер гнул свое, и получалось у него неплохо. Действительно, крещение Рены и ее свиты можно было истолковать и таким образом.

– Он. Убивает. Демонов, – раздельно пророкотал желтоглазый. – Он убил кучу жэрцев.

– Он понравился Бесто, – заметила Сита, – поэтому он нравится и вам, и тем более им. – Она кивнула Генриху и Ричарду с Роком. – Биргеру веры нет, но то, что сказал Уго, вызывает опасения. И еще, что это за князь такой, о котором мы не знаем? Когда-нибудь, когда поклоняющихся ему станет достаточно много, он может прийти сюда…

– И будет война, – каркнул Биргер.

– Я за жреца! – В голосе Генриха прозвучал энтузиазм, совершенно не сочетающийся с его суровым видом.

– Клык на рельсу. – Ричард ухмыльнулся. – По-любому, я тоже. Рок, ты как?

Тот кивнул:

– Я бы повоевал. Так, чтоб пострелять. Жэрцы не война, они тупо задолбали.

– Но мы можем лишиться дайнов, – напомнила Роса, – вы, трое, вам это тоже должно быть интересно. Кого-то по-прежнему будут слушаться животные, кто-то сохранит силу и быстроту, но вы, как и я, не сможете ничего сделать с людьми.