Я не верю в магию - Марина Леванова

С соседнего склона, в окружении личной охраны, в их сторону направлялся Одреодар.

— Что-то вы задержались, — с усмешкой проговорил тёмный принц. — Мы раньше вас ожидали.

— Объехать горный кряж — это два дня пути, — Гладиус не отводил своего взора от приближающегося дроу. — Как вы оказались здесь раньше нас?

— Ты только что сам сказал — два дня пути, а мы ехали и ночью. — Одреодар остановился немного на расстоянии и с любопытством обвёл взглядом наёмников. — Не пойму, отчего вас вдруг стало в два раза больше? — Нашёл глазами Варвару. — Выйди сюда! — приказал он.

Но девушка даже бровью не повела, а за её спиной встали два ведьмака, и по их виду сразу было понятно, что настроены они решительно и не допустят насилия над девушкой; к ним подтянулся эльф королевских кровей.

— Хорошо, — легко согласился дроу. — Тащите сюда… этого, — последнее слово он произнёс с презрением. — Мы его взяли в первые же минуты. Хорош герой! Всего три стрелы, и он больше не смог размахивать своим мечом. Но мы его всё равно с собой прихватили, прям как знали, что пригодится. — Одреодар видел гнев на лицах наёмников и ему это нравилось: в таком состоянии часто делают ошибки. — Наш основной отряд сразу поехал в объезд, а часть отправилась в ущелье за вами. Но эти мерзкие твари не позволили им даже войти. Непонятно, как вы смогли преодолеть ущелье. — Тёмные эльфы приволокли наёмника. — Отрубите ему для начала левую руку, — приказал тёмный принц и довольно заулыбался, замечая боль в глазах командира наёмников, стоящего в первых рядах. — Потом ногу. И всё это бросайте его товарищам, пусть собирают.

Обессиленного обозного повара поставили на колени, несколько раз ударили по лицу, чтобы привести в сознание, за волосы подняли ему голову и удерживали в таком положении. Одоир медленно открыл один глаз — второй у него полностью заплыл — и посмотрел на своих побратимов. Он был рад снова увидеть знакомые лицы и умереть в кругу своих друзей.

— Ну, что медлите? — рявкнул тёмный принц. — Рубите!

— Не-е-ет, — закричала девушка, вырываясь из цепких рук Кирана.

— Прошу тебя, — шептал ведьмак. — Умоляю. Не надо!

— Отпусти, Киран! — Твёрдо посмотрела в его глаза. — Как я буду жить с этим?!

Варя перелезла через телегу и протиснулась мимо наёмников, в замешательстве остановилась, вспоминая вдруг важную вещь. Обернулась и быстро заговорила:

— Я не дошла до Верхней Синдалии совсем немного. — Поднесла руку к своему украшению на шее. — Но у меня тоже есть для них подношение. — С силой рванула ожерелье с себя, по её щекам побежали слёзы. — Прошу вас, передайте это волшебницам. Они хотя бы будут знать, что я здесь.

Киран бросился к ней и протянул руку. Варя отдала ему своё ожерелье. Он мельком взглянул на украшение и застыл, не в силах поверить своим глазам. На его ладони лежал древний медальон, покрытый рунической вязью, а в середине вензель — знак дома Азалинды, Великой чтицы, которая однажды потеряла своё дитя.

— О, боги! — Киран ошеломлённо посмотрел на волшебницу, которая медленно, шаг за шагом, приближалась к дроу. — Варя, нет! Ты не должна! Он не имеет права! — Не раздумывая, рванул за девушкой.

Как же это не понравилось тёмному принцу! Он быстро подал знак своим воинам. Первая стрела вошла ведьмаку чуть ниже ключицы, вторая — в левый бок.

Малдир схватил щит и бросился к другу, но тот начал заваливаться вперёд. Его поддержал Гром, разворачиваясь так, чтобы своей спиной прикрыть от летящих стрел.

— Не-е-ет!!! — закричала Варя, бросаясь к Кирану.

Но Одреодар догнал её и схватил. Между ними завязалась борьба. Девушка в отчаянии неистово сопротивлялась и постоянно повторяла одно и то же: «Не отдам!» Но их силы были явно неравны, и в какой-то момент она безвольно повисла в руках дроу, плача от своего бессилия.

— Вот и умничка! Молодечик. — Одреодар притянул к себе девушку и ласково коснулся губами её виска. — Моя, — тихо произнёс он ей на ухо. — Только моя!

Варя медленно открыла глаза и посмотрела на своего мучителя. Одреодар испуганно вздрогнул: глаза девушки превратились в расплавленное золото.

— Никогда! Слышишь? Никогда я твоей не буду! — она посмотрела в его глаза и вдруг увидела всю его судьбу от начала до конца; в её голове события его прежней и будущей жизни сплетались в образы, которые превращались в узоры. Светящееся лицо волшебницы вплотную приблизилось к лицу Одреодара, она грустно улыбнулась: — Ты должен жениться на ней. Она под сердцем носит твоего сына, который в будущем станет великим правителем и приведёт ваш народ к процветанию.

— Волшебница?! — то ли спросил, то ли подтвердил свою догадку Одреодар. — Это ещё лучше, — радостно засмеялся он. — Ещё ни у кого из правителей не было личной волшебницы. Я буду первый!

— Нет не будешь, — уверенно произнесла Варя и посмотрела куда-то сквозь него.

В тот же миг за его спиной воздух пошёл рябью, как бывает в жарких пустынях, раздался пронзительный звук, и открылся портал.

Медленной, величавой поступью прямо по воздуху к ним спускалась прекрасная женщина. Она была одета в золотые одежды, её голову украшал венец, который обычно носили верховные волшебницы, а руки она держала спрятанными в широких рукавах.

За ней следом шли волшебницы и воины. Они ступали на землю и расходились в разные стороны.

— Ма-ма, — прошептала Варя одними губами, и была услышана.

— Как же долго я тебя ждала! — также одними губами произнесла женщина и перевела взгляд на тёмного эльфа. — Отпусти её!

— Ни! За! Что! — чеканя каждый слово, произнёс Одреодар. — Она моя! И мы уходим.

— Нет, не твоя! — заявила Азалинда, не отводя своего сияющего взора от его лица. — Никто не вправе силой удерживать волшебницу! Я последний раз говорю: отпусти её немедленно.

— Убить всех! — отдал приказ Одреодар и потащил девушку в сторону леса. — Гилзат, открывай портал. Мы уходим. Выполнять!

Дроу выпустили стрелы.

На вид хрупкие девы в одежде воительниц махнули руками, и стрелы осыпались на землю возле их ног. Они сплели единый щит и закрыли паломников, а навстречу к дроу вышли воины, которые пришли вместе с волшебницами.

— Одреодар сын Кельнавира, младший сын правящего дома Больленн’Рана, — величественным голосом воззвала Азалинда, и от этого голоса звенел воздух — столько в нём было силы. — Именем Великого Совета волшебниц, я приказываю тебе, отпусти мою дочь. — Она развела руки в стороны, вынимая из широких рукавов то, что было скрыто до времени в её ладонях — серебряную нить. — Ты видишь это? — О да! Он видел. Она это поняла по его глазам. Верховные волшебницы, если было на то их желание, могли показать обычному человеку, как выглядит их жизнь. — Лишь мгновение отделяет тебя от смерти.

— Это преступление против жизни, — зарычал тёмный принц. — Ты не посмеешь!

— Ты думаешь? — Азалинда начала завязывать нить в узел. — Я это сделаю с превеликим удовольствием. — Она потянула концы нити в стороны.