Невеста герцога Ада - София Мещерская

– Пошел вон! – заорала я уже сорванным голосом и вспыхнула силой Ада. Невидимым факелом, но ощутимым каждой клеточкой тела жаром. Воздух между нами задрожал маревом, мебель стучала ножками по полу и подпрыгивала. Со стола Филиппа посыпались свитки бумажным дождем, посуда, чернильница. Звон и грохот били по ушам.

– Убирайся! – захрипела я и ударила.

Ослепительный заряд принуждения шаровой молнией вырвался из груди. Шипел, искрился и сыпал искрами на пол. В тело демона он вошел, как нож в масло, и Данталиона выгнуло дугой. Свет лился из глаз и открытого рта, кожа горела. Но высший демон на то и высший, чтобы быть сильнее маленькой ведьмы с порченной кровью. Герцог Ада медленно закрыл рот, проглотил заряд и сыто облизнулся. Свет погас, все кончилось. Сила ушла, будто в никуда, и дом перестал дрожать.

– Я сказал «нет», мадемуазель Дюбуа, – ответил Данталион и выдохнул облачко пара.

Кресло под ним покрылось инеем и блестело снежинками. Я так и не поняла, что он сделал, но силы Ада в комнате не осталось. Вместо жара тянуло арктическим холодом, правда, недолго.

Филипп сидел на полу, закрыв лицо руками. Другой бы давно сошел с ума, но он двадцать лет был мужем ведьмы и знал, что его дочь – тоже не простой человек.

– Селеста, хватит, – простонал он, – пожалей хоть ты меня, дочка. Я устал, я больше не могу.

– Прости, папа, – сказала я совершенно искренне, развернулась и ушла.

Если с Данталионом ничего нельзя сделать на максимуме моих способностей, то я просто подожду три дня. Возвращение в Ад означает разрыв договора, как я помнила. Три дня и я буду свободна. А вот счастлива или нет, теперь зависит от меня.

За ночь изменилось многое, но утром все вернулось на места. Я по-прежнему помолвлена с Тусэнном и сейчас, как никогда, хочу за него замуж. И пусть Данталион увидит нас вместе. Ему плевать, а мне будет чуть-чуть легче.

– Жизель, – хрипло позвала я немую служанку, – Жизель!

Она спустилась со второго этажа, на бегу придерживая длинную юбку. Весь дом слышал крики, но без приказа слуги боялись даже на глаза хозяевам показываться. Кошмар творился который день в некогда приличном доме Дюбуа.

– Приворот принеси, – сказала я служанке, – настоящий, а не настойку ромашки. Месье Делорне взял такую ночью из аптеки и показывал нам.

Жизель кивнула и убежала обратно на второй этаж.

Я не заставлю Туссэна любить себя по-настоящему, ни одно зелье не поможет, но в отчаянии и на такую глупость решишься. Пусть хотя бы он искренне порадуется свадьбе и назовет женой любимую женщину. А я потом все сделаю, чтобы Туссэн не разочаровался. У меня еще будет та жизнь, о которой мечтала. Пусть без яркой страсти, но с нормальными отношениями. Выбирать мужчин нужно правильно. Хватит с меня обаятельных подонков и привлекательных мерзавцев. И демонов хватит! Не хочу больше.

Приворот подмешали в бутылку вина. Служанка положила его в корзинку между завернутым в матерчатый платок хлебом и сыром. Мне больше нравился виноград на закуску, но не в сезон за такой редкостью нужно идти разве что к торговцу-бесу, чтобы достал из Ада или мира Темных. Обойдусь. Чай не принцесса, обычная ведьма.

Я хотела отправить кучера с запиской для Туссэна, но рослого и крепкого Оноре поставили главным охранником у двух пленниц. Он молчаливо загораживал плечом дверь и всем видом показывал, что его отсюда вынесут только вперед ногами.

Интересно, окно комнаты кто-нибудь снаружи контролировал? А ведьмовские способности Камиллы учитывали? Она охранительница, как Изабэль, насколько я помнила. Ничем боевым не владела, но кто её знает? Под страхом смерти у всех таланты открываются. Я бы пол по досочкам разобрала и подкоп под фундамент сделала, чтобы сбежать.

– Твою кислую мину нужно в суп добавлять вместо капусты, – растягивая слова, сказал пьяненький Андрэ, – что случилось, сестрица?

На свидание я собралась, а мой заменитель мобильника вне зоны действия сети. Стоит напротив и никуда не собирается идти, чтобы передать записку.

– Замуж я выхожу.

– Это давно не новость, – хохотнул Андрэ. – За кого на этот раз? Торговцы, студенты и приличные люди закончились, ты до слуг и крестьян докатилась?

Огреть бы его корзинкой по затылку. Стоял, зубы скалил возле двери тетушки, заочно приговоренной к казни. Ни грамма сочувствия не испытывал, даже изображать горе не собирался. Ему-то чем Камилла не угодила? Они при мне не ругались ни разу.

– За Туссэна, – выцедила я сквозь зубы, – пока Филипп или месье Делорне еще чего-нибудь не придумали. Он звал меня на прогулку в парке, я обещала подумать. Вот собралась, как видишь, а послать за ним кучера не могу. Оноре исполняет приказ хозяина дома.

– Я пьян, но я понял, о чудо! – зевнул Андрэ и потер глаза. – Почему женскую болтливость не запретили, как опасное колдовство? Чего проще сказать: «Найди мне Туссэна, брат», и не мучить мою больную голову?

– Найди мне Туссэна, брат, – вздохнула я.

– Уже бегу, – огрызнулся он. – Бери Жизель, посадим её на козлы и вместе поедем. Я так уж и быть поберегу твою честь вместо компаньонки в последние дни до свадьбы.

Я благодарно кивнула и развернулась к выходу.

Для Андрэ пришлось брать вторую бутылку. Он от порога комнаты Камиллы косился на ту, что с приворотом, и я решила не испытывать судьбу. Зелье всего одно, новое аптекарь будет делать долго, а вина в погребах Дюбуа достаточно.

Брат пил всю дорогу. Я боялась, что свалится замертво, не доехав до постоялого двора, где жил студент. Пыталась урезонить Андрэ или заставить хотя бы реже прикладываться к бутылке и пару раз даже получилось.

В приземистое здание постоялого двора он отправился один, шатаясь и рискуя рухнуть лицом в грязь. Я сгорала от стыда, но другие жильцы и работники так привыкли к подобным сценам, что не обращали внимания. Господи, пусть донесет себя до комнаты Туссэна, не расплескав мысли, а потом хоть там засыпает. Как он выжил в Брамене ни разу не ограбленным и не избитым? Загадка похлеще тайны заклинания в Книге Рода.

Студента я ждала так долго, что вся извелась. А если он не выйдет? А если он сочтет верхом наглости такое вторжение в его планы? Женщине вроде как неприлично самой проявлять интерес к встречам. Нужно ждать мужской благосклонности до последнего. Проклятье, да где же он?

Жизель спустилась на землю и показала мне в сторону конюшни. Всадник в черном вывел гнедого коня и уселся верхом. Я узнала наряд Туссэна и заерзала на сидении. Согласился или ехал специально, чтобы вежливо отказать? Андрэ с ним не было. Плохой знак. Прогулки в парке не будет?

Сухая лоза корзинки жалобно затрещала, когда я вцепилась в ручку. Еще не поздно вернуть служанку на козлы и приказать гнать лошадей домой во весь опор. Очередного отказа мои нервы уже не выдержат. Смешно сказать, невеста с тремя женихами в итоге оказалась не нужна никому. Слишком долго выбирала. Правильно, наверное. Справедливо. Но до чего же гадко и противно.