Темный любовник - Дж. Р. Уорд

Жемчужины на груди потеплели.

Рэт очутился посреди мраморного дворика в итальянском стиле. Все вокруг отсвечивало матово-белым светом: фонтан, колонны и пол. Единственное яркое пятно — стайка певчих птиц на белом дереве.

Он закончил молиться и поднялся на ноги.

— Это ты, воин? — прозвучал за его спиной величавый женский голос. — Сколько лет, сколько зим?

Вампир обернулся.

И увидел миниатюрную фигурку. Черное шелковое покрывало укутывало ее с головы до ног. Она не шагала, а как будто плыла по воздуху. Рэту стало не по себе.

Он склонил голову.

— Как поживаете, Дева-Законоучительница?

— Ближе к делу, воин. Как твои дела? Пришел искать перемен?

Он кивнул.

— Я…

— Решил расстаться с Мариссой и отменить соглашение? Нашел себе другую шеллан и хочешь на ней жениться?

— Да.

— Твоя избранница — дочь Дариуса. Брата, который нашел покой в Забвении.

— Вы видели его?

Она усмехнулась.

— Не пытайся задавать мне вопросы. На первый раз прощаю тебя, воин, но впредь соблюдай приличия.

«Вот влип!»

— Прошу прощения, Дева-Законоучительница.

— Я освобождаю вас с Мариссой от обязательств. Соглашение отменено.

— Благодарю вас.

Наступила долгая пауза. Рэт ждал решения по второй части просьбы, считая ниже своего достоинства ее повторять.

— Скажи-ка, воин, почему ты не ценишь народ, к которому принадлежишь?

Он нахмурился, но потом опомнился и придал лицу бесстрастное выражение. Угрюмых взглядов Дева-Законоучительница определенно не допустит.

— Я задала вопрос, воин.

Он понятия не имел о том, к чему она клонит.

— Мой народ горяч и горд.

— Мне не нужны общие слова. Я спросила, как ты к нему относишься?

— Защищаю ценой собственной жизни.

— Но не желаешь встать во главе. Подозреваю, что соплеменники тебе безразличны, а сражаешься ты лишь потому, что любишь убивать, или потому, что ищешь смерти. Какое из моих предположений верно?

На этот раз его взгляд так и остался хмурым.

— Наша раса существует лишь благодаря мне и братьям.

— Не существует, а стоит на грани выживания. Численность населения сокращается. Осталась всего одна постоянная колония на Восточном побережье Соединенных Штатов. Но и там все живут изолированно друг от друга. Исчезли общины. Народные праздники не проводятся. Обряды соблюдаются неофициально, если вообще соблюдаются. Некому разобрать спор, некому дать вампирам надежду. И Братство черного кинжала проклято. Среди оставшихся воинов нет никого, кто бы не страдал.

— У братьев есть… сложности. Но силы им не занимать.

— А они должны быть еще сильнее. Ты не оправдал доверия, воин. Ты предал кровь своих предков. А теперь объясни, с какой такой стати я должна выполнить твою просьбу и сделать королевой полукровку?

Черное покрывало дернулось.

— Можешь оказывать ей поддержку, но не нужно обременять народ бесполезной королевой. Теперь уходи, воин. Мы закончили.

— Можно сказать слово в защиту? — выдавил Рэт сквозь зубы.

— Тебе в нем отказано.

Дева отвернулась.

— Я взываю к вашему милосердию. Умоляю вас.

Как он ненавидел себя за эти слова!

Судя по смеху, она обо всем догадалась.

Дева-Законоучительница приблизилась.

Ее голос был резок, как границы черного силуэта на фоне белого мрамора.

— Если уж собрался меня умолять, воин, то делай это как следует. Встань на колени.

Пылая ненавистью, Рэт заставил себя опуститься на землю.

— Таким ты мне нравишься больше, — пробормотала она, возвращаясь в доброе расположение духа. — Так о чем ты хотел просить?

Он проглотил проклятия и взял себя в руки.

— Я люблю ее и хочу, чтобы она стала мне равной, а не только согревала постель.

— Ну так и относись к ней как к равной. Для этого церемония не нужна.

— Я не согласен. — Он, помедлив, добавил: — При всем уважении к вам.

Наступила долгая пауза.

— Все эти столетия ты прекрасно обходился без моей помощи.

Рэт поднял голову.

— И вас это сильно раздражало?

— Не смей задавать мне вопросов! — одернула она. — Или я приберу твою полукровку раньше, чем ты успеешь оглянуться.

Вампир опустил голову и впечатал сжатые кулаки в мрамор.

Ему оставалось только ждать.

Молчание затянулось. Рэта подмывало посмотреть, не ушла ли она совсем.

— Я возьму с тебя обещание, — наконец произнесла она.

— Какое?

— Править своим народом.

У Рэта сперло дыхание. Он не смог спасти родителей, чуть не угробил Бэт, а Дева-Законоучительница хочет повесить на него ответственность за всю проклятую расу?

— Что ты на это скажешь, воин? Как будто у него есть выбор.

— Все, что пожелаете, Дева-Законоучительница.

— Ты не понял, воин. Это не прихоть, это приказ! — Она раздраженно фыркнула. — Встань. Ты протер кулаки до дыр и пачкаешь кровью мой мрамор.

Рэт встал и посмотрел на нее в упор. Он продолжал молчать, догадываясь, что за одним условием последуют другие.

Тон ее голоса вновь стал резким:

— Ты не хочешь быть королем. Это очевидно. Но должен им стать. Пришло время доказать, что ты достоин имени своих предков.

Рэт в отчаянии запустил руку в волосы. Подкравшийся неведомо откуда страх сковал мышцы. Голос Девы немного смягчился:

— Не беспокойся, воин. Тебе не придется торить этот путь в одиночестве. Обращайся, и я приду на помощь. Моя задача — поддерживать тебя во всем.

Ценное предложение. Без помощи не обойтись, он совершенно не умеет править. Убивать — это одно, он знает сто разных способов и с холодным сердцем отправит к праотцам любого, но попросите его обратиться к толпе, и все внутри перевернется от страха.

— Воин?

— Хорошо, я приду за советом.

— Пообещай мне еще кое-что.

— Какого ч… — Он дернул себя за волосы. — Извините, погорячился.

Она мягко рассмеялась.

— Ты всегда схватывал на лету.

— Буду продолжать в том же духе. Раз уж решил быть королем.