Сын безумия - Алексей Бергман

Рогатая шапка медленно сползла астрологу на лоб, но тот окаменел и даже не моргнул, когда головной убор, символизирующий колдовскую власть, упал на каменные плиты и откатился в сторону.

Звук стукнувшихся об пол костяных рогов вывел герцога из задумчивости, и, покосившись на колдуна, он буркнул:

— Как символично…

Потом, неожиданно для всего двора и грубо нарушая протокол, хозяин замка встал и сделал шаг вперед — кончик полосатого хвоста зацепился за изогнутую пряжку сапога, и мягкая шкура, сползая с трона, потащилась вслед за господскими ногами. Какой-то расторопный паж упал на колени перед Ранвалом и быстро отцепил одежду мертвого зверя.

Но герцог даже не заметил. Сбежав по каменным ступеням, он подошел к коленопреклоненному Зафсу и сделал то, что уж точно войдет в легенды. Он протянул руку победителю, и Зафс, после секундной заминки, взял предложенную ладонь и с помощью герцога поднялся на ноги.

Двор, который только что безмолвствовал, разразился восторженными криками. Подобострастно раскланиваясь, придворные спешили выразить почтение достойному бойцу, спешили первыми засвидетельствовать искреннюю приязнь и едва не затоптали лежащего на полу воина с Южного континента.

И это тоже было символично — проигравшего топчут.

Зафс, разведя руками сгрудившуюся толпу, наклонился, легко поднял безвольное тело соперника и обратился к Ранвалу:

— Мой герцог, вашему бойцу нужен покой. Куда мне отнести славного воина?

— Тебе покажут, — спокойно отозвался правитель и щелчком пальцев подозвал того же расторопного пажа. — Проводи. Пусть отлежится в казармах.

Несколько придворных, видя расположение герцога, суетливо бросились на помощь Зафсу, но легис, поведя плечом, отстранил их и в одиночестве — если не считать бывшего противника — пошел за юным провожатым.

Солдат уносил солдата. И нес его к таким же солдатам. Окончание турнира бесповоротно застряло в символизме…

За дверями зала на помощь Зафсу, отложив копья, бросились несколько стражников, и их подспорье легис принял. Переложил на их руки воина и коротко сказал:

— Позаботьтесь о нем. Он славный воин.

Стражники быстро, стараясь не попасться на глаза высочеству, унесли тело противника Зафса, и на легиса тут же почти упала Даяна:

— Как я боялась за тебя!

«Я обещал, все будет хорошо. Не надо плакать. Все закончено. А твой герцог… Твой герцог большая умница. Как говорили на планете твоих предков, мама, — умеет сделать из лимона лимонад».

«Он удивил меня».

«Ранвал — мужчина. Настоящий. Я думаю, с ним можно будет найти компромисс».

В уютной детской комнате на ярком толстом ковре сидели принцесса Аймина, ее сын принц Тархем и двойняшки. Ранвал строжайше запретил сестре присутствовать на третьем поединке, и послушная Аймина отправилась навещать племянников вместе с их двоюродным братом.

Худенький и отчего-то немного печальный мальчик совсем не выглядел старшим в этой троице. Сакхрал привычно верховодил игрой, Верлена мило щебетала, рассказывая, как привольно живется им в густой дубраве на берегу прозрачной речки.

Аймина вдруг почему-то подумала, что у этих детей похожие судьбы. Они все трое царской крови и все растут практически без отеческой ласки. Ранвалу в полной мере этого не позволила Даяна, Кронхам отказался сам. Все то же и одновременно не похоже. Дети растут с мамами, об отцах больше слышат…

И когда Даяна в сопровождении Зафса и приведшего их слуги вошла в комнату, она была сильно озадачена словами своей подруги:

— Даяна. Ты должна дать возможность герцогу принять участие в воспитании его детей.

— Аймина… я не понимаю.

— Он имеет те же права, что и ты, — четко и даже резко произнесла принцесса и добавила более мягко: — Он скучает, леди…

Верлена и Сакхрал прыгали вокруг матери, теребили ее за юбку, но Даяна, остолбенев от слов принцессы, лишь рассеянно гладила их по головкам.

— Мама, мама! Смотри, что папа подарил мне! — выкрикивал Сакхрал.

— Мама, мамочка, ну почему тебя так долго не было?! — причитала Верлена.

— Мама, давай играть в солдатиков! Тархем принес мне пушки! Совсем как настоящие!

— Мамочка, а мы скоро поедем домой?

Зафс, только что связавшийся по коммуникатору с профессором Эйринамом и узнавший, что в лесном доме все идет своим чередом, искоса взглянул на мать.

Даяна растерялась. Она так долго ждала встречи с детьми, столько выстрадала в разлуке, но неожиданно место радости заняла печаль. Теперь леди Геспард представляла себе, что испытывает Ранвал, расставаясь с детьми в лесном домике. Сев в кресло и посадив на колени Верлену, Даяна неожиданно заплакала.

«Что мне делать, Зафс?!»

«Спроси Верлену. Это ее будущее».

«Верлену?! Она — ребенок!»

«Моя сестра не обычная девочка, мама. Спроси ее совета».

И маленькая сестричка легиса, словно подслушав мысленный обмен матери и брата — а это было совершенно невозможно, на шее ребенка по-прежнему висел черный камень, который даже своей близостью слегка экранировал Даяну! — заговорщицки прошептала:

— А Сакхрал, мамочка, хочет остаться в замке. Здесь солдаты, здесь пушки, папа обещал подарить ему лошадку… Но ведь и ты подаришь ему лошадку? Дома…

— Да, — рассеянно кивнула Даяна и посмотрела на младшего сына, уже отбежавшего от матери и вновь увлекшегося игрой в войну.

— А он сказал — у папы лучше!

— А ты… А ты, Верлена…

— Пусть остается.

— Но как же ты?

— Зачем мне пушки? — резонно заметила девочка. — Ты мне лучше курочек купи, мы их с Бабусом кормить будем…

— А Сакхрал? Что будет с ним?!

— Он мальчик, мамочка, — наморщив круглый лобик, произнесла Верлена. — Ему солдаты, папа, пушки… Лошадка тоже…

— Ты не боишься за него?

— Не-а, — мотая рыжими кудряшками, отвечала дочь. — Тархем за ним присмотрит. Они — друзья.

— Тархем? А папа?

— Папа тоже. А мы будем их навещать. Часто-часто! Бабус будет кормить моих курочек, а мы поедем навещать… Папа купит нам карету. Я знаю. Красивую, с голубыми цветочками и окошечками в золотых рамках…

«Окошечки в золотых рамках!! Как тебе это нравится, Зафс?!»

«Это не нравится тебе, мама. Но Верлена подсказала наилучший выход. Дети сами решили, как им быть. Пусть отец воспитывает сына-наследника, а ты воспитывай Верлену».

И вечером за семейным ужином Ранвал и Даяна наконец пришли к соглашению. Спокойный и благодушный герцог согласился на все условия и, главное, внимательно выслушал дочь, какая именно карета — с голубыми цветочками и золотыми окошками — должна быть изготовлена в каретной мастерской замка.