Пиратская угроза - Вячеслав Кумин

— О нет, только не это!

— Тогда в чем дело? Ты продвигаешься по… службе. В следующий поход ты уже пойдешь командиром эскадрильи, а не простым пилотом. Деньги опять же… даже купил мне билет в первый класс.

После захвата Фрегата экипаж «Примы» снова «залег на дно». Лара, как и обещала, тут же прилетела к нему на Мексиш, и они вдвоем вновь валялись на каменистом пляже, купаясь и загорая.

— Это все пустяки… Я вообще надеялся, что уже смогу стать свободным человеком без Закона на хвосте, но нет, не получилось.

— Все, что ни происходит — к лучшему.

— Мне бы твой оптимизм. Но ты права, меня бы замели, Оникс на это очень прозрачно намекнул с заделом на будущее.

— Тем более… Ты говорил, он отправляется куда-то на крейсер?

— Да.

— А кем?

— Без понятия, но точно не механиком, — грустно засмеялся Иннокент.

— Но как ты считаешь?

— Я не удивлюсь, если командиром крейсера. И это меня сильно беспокоит. Ведь если начали назначаться командиры и формироваться экипажи, то рано или поздно они начнут действовать.

— Да, с такой мощью они запросто могут нападать не то что на отдельные корабли или даже конвои, а на целые планеты.

— Вот и я про что. Только не пойму — зачем.

— Ладно, Каин, давай не будем забивать себе голову мыслями, на которые все равно не найти ответа. Пойдем лучше купаться…

— Пошли.

Ночью Каин подскочил в кровати от шума выбитой двери. Вскрикнула Лара. В комнате гостиничного номера замелькали тени. Бывший капитан инстинктивно попытался организовать сопротивление, вскочил и потянулся к тумбочке, где лежал его пистолет, но все тщетно. Врагов оказалось больше, они просто блокировали его и завладели оружием. Еще несколько мгновений — и их уже вязали.

— Что происходит?! Кто вы такие?! — кричала Лара, изо всех сил сопротивляясь неведомым нарушителям их уединения.

— Заткнись и не дергайся.

— Что вам надо?! Не трогайте меня!

Раздался звук пощечины.

— Я сказал, заткнись, тварь!

Тут уже дернулся и что-то закричал Каин. С ним обошлись куда более жестко и двинули под дых так, что он согнулся и закашлялся. А чтобы они и дальше не кричали и не нарушали спокойствия других жильцов гостиницы, им вставили кляпы.

— Вот теперь можно поговорить более спокойно, — сказал кто-то, но очень знакомым голосом.

«Обер?!» — удивился Иннокент.

Когда зажегся свет, Каин понял, что не ошибся. Обер оказался единственным, кто не пользовался маской.

— Еще орать и выступить будешь, Ригель? — с ухмылкой спросил он.

Каин отрицательно повертел головой и, когда ему вынули кляп, спросил:

— Ты что творишь, Обер?

— Ничего такого страшного не произойдет, Ригель, и пользовать твою девчонку у тебя на глазах не будем. Вообще не будем, если все будет нормально. А если не нормально, то уж извини… повеселимся немного, прежде чем в расход пустить.

— Ты сейчас сам понял, что сказал? Лично я — нет.

— Сейчас все поймешь. Давайте, ребятки, разворачивайтесь…

Два разбойника, которые до этого времени стояли в сторонке и не принимали участия в скручивании пленников, открыли небольшой чемоданчик, оказавшийся переносным полиграфом и стали доставать всяческие приспособления.

— Обер, ты что! И так ясно, что я засранец…

— А кто сказал, что это для тебя? С тобой все ясно, ты действительно засранец, каких поискать. Нет, Ригель, это для твоей девчонки.

— Для Лары?!

— Именно. Уж больно подозрительны ее действия… Ты извини, Ригель, ничего личного. Я хотел и с тобой разобраться после того случая с неподчинением, но Оникс запретил, и это не месть. Что касается нее, то я человек приземленный и не верю во вселенскую любовь, да еще такой добропорядочной девушки к таким преступным элементам, как ты, все мы. Если прошлая встреча еще могла оказаться случайностью, то вторая уже наводит на определенные мысли. Тебе не кажется?

— Нет, не кажется…

— А нам кажется.

— Но я ее сам пригласил и билет оплатил…

— Это ровным счетом ничего не значит. Женщины — такие существа, что им не составляет труда вертеть мужиками, как им вздумается, так что мы об этом зачастую даже не догадываемся и считаем, что все наши действия сотворены исключительно по собственному разумению.

Иннокент еще раз бросил взгляд на Лару. Теперь от паники не осталось и следа, что немного удивило Иннокента. Более того, ее лицо приняло какое-то отрешенно-сосредоточенное выражение, глаза смотрели словно в пустоту, губы что-то беззвучно шептали…

«Наверное, в ступор впала, — подумал он. — Не каждый день к тебе врываются посреди ночи, вяжут и кляп суют».

— Лар, все будет в порядке… не бойся…

— Да, бояться нечего, — подтвердил Обер, — если она действительно преподаватель. Ну а если это ее легенда…

Он многозначительно замолчал на полуслове и дал знак боевикам. Те грубо усадили Лару на стул, и один из дознавателей вколол ей какой-то препарат. А потом налепили датчики от полиграфа. Все это Каин прочувствовал на себе не раз и не два.

Начался допрос.

— Твое имя?

— Л-лара Сеченова…

— Место рождения?

— Планета… Этон. Город Донск…

— Где ты работаешь?

— Колледж…

— Не врать! Где ты работаешь?!!

— К-колледж…

— Не врать, тварь!

Допрашиваемый ударил Лару по лицу. Каин вскочил, но его посадили обратно на кровать, пригрозив пистолетом.

— Обер…

— Заткнись. Мы делаем свою работу. Лучше не встревай.

— На кого ты работаешь?! — продолжился допрос. — Говори! Не молчать! Кто твой начальник?!

— Ректор…

— Не врать!

Допрос продолжался еще час, может, больше, до тех пор, пока Лара не потеряла сознание.

— Ну что? — спросил Обер у дознавателей. — Какие результаты?

— В целом показатели соответствуют норме правдивости…

— То есть она говорила правду?

— Да.

— Что, совсем никаких оснований для подозрений? Не мне вам говорить, как конфедераты пытаются проникнуть к нам, на какие только ухищрения не идут…

— Ничего такого… Есть разве что превышающее значение среднестатистической задержки с ответами от ноль пять до полной секунды, — сказал второй. — Лично я еще в своей практике подобного не встречал. Но это, скорее всего, чисто индивидуальная реакция.