Маг-новобранец - Людмила Горбенко

– Пятый! Да Пятый же! Что там у вас творится?

– Вы живы? Спасибо за напарницу, товарищ куратор,– выкрикнул я, стараясь перекричать зычный голосок Второй.– Чистое золото, а не помощница! Только что змия зверски уничтожила, а теперь ко мне подбирается! Вам случайно никого не надо убить? А то она может.

– Пятый, скотина! Как ты посмел рисковать моей жизнью? – продолжала орать симулянтка, уперев руки в бока и начисто забыв о своем раненом плече.

– Ты так агитировала за то, чтобы оставить идола в живых, что я решил вручить его судьбу в твои нежные ручки. И надо признать, эти ручки сумели то, что мне оказалось не под силу. У покойного змия ни одного зуба во рту не осталось.

– Ты меня вынудил! – взвизгнула чертовка.

– А меня вынудили обстоятельства! – прокричал я в ответ, любуясь ее раскрасневшимся лицом.

Наверное, мы бы еще долго отводили душу препирательствами, если бы не звук, раздавшийся в моем наушнике. Видно, скотина куратор применил запрещенный трюк, долбанув своим микрофоном по чему-то твердому. Видя, что я больше не отвечаю, а стою с блаженным выражением на окосевшем лице, напарница замолчала.

– Что? Что случилось?

– Пятый!

– Да? – покорно откликнулся я, прислушиваясь к колоколам, звенящим в черепной коробке.

– Вы целы?

– Более или менее, товарищ куратор.

– Тогда срочно летите к самой границе города. Начинается война. Это наш последний шанс ухватить чертенка, пока он окончательно не набрал силу. Малыш наверняка будет там. Люди в панике, накал их эмоций нарастает, купол над городом крепнет. Постарайтесь опередить Положительных. Мы и так уже получили предварительную ноту протеста из-за порчи реки со святой водой.

– Почему вы так уверены, что чертенок там будет? – удивился я.– Любой на его месте уже был бы далеко отсюда. Ведь для него купол проницаем.

– Как окажетесь на предполагаемом поле боя, сами увидите,– вздохнул куратор.– Настоящий лакомый кусочек, концентрат эмоций, причем не только человеческих. Наместник прямо светится от законной гордости – все растраты можно смело списывать, во главе войска стоит колонна магов под предводительством Мерлина. Старик в мантии, черной шляпе – все как положено.

– Кто? Товарищ куратор, кажется, у меня звуковые галлюцинации.

– Тебе не послышалось, сынок. Во главе городского войска идет Мерлин.

– Тот самый?

– Не совсем, но с обязанностями справляется великолепно. Я уверен, как только враги сумеют разглядеть его хотя бы в подзорную трубу, тут же попросят пощады. Если же они потеряют от ужаса речь, Мерлин обрушит на них всю мощь своих колдовских способностей.

– А кто враги? – влезла Вторая.

– Не успел уточнить у дежурных,– признался куратор.– Они подошли с другой стороны границы и уперлись в стену. Колонна состоит всего из пятисот воинов, но у них кроме пистолей и луков есть несколько мелких катапульт, механические рогатки и две большие осадные машины.

– Ого! – прикусила губку Вторая.

– Эй! – спохватился куратор.– Вы лететь-то собираетесь? Учтите, чем больше ест клон, тем сильнее становится!

Моментально забыв обиды и оказав Второй необходимую медицинскую помощь (проще говоря, наспех заклеив пластырем миниатюрную ранку), мы с напарницей полетели к краю города, туда, где в обычное время росла картошка, а сейчас собиралось войско.

Скажу сразу, летели мы быстро, но несколько раз по пути были вынуждены отвлечься. Да и кто не отвлекся бы на нашем месте!

Раньше я как-то не рассматривал свеженаколдованных мороков-зверушек внимательно, а зря, занимательное зрелище оказалось. По узким улочкам, водостокам, крышам и укромным внутренним дворикам расползлось великое множество странных существ, больше похожих на ожившие примеры из учебника геометрии.

Треугольные головы, квадратные туловища, шарообразные глаза, вылезающие из орбит,– и вся эта красота для усиления эффекта раскрашена яркими цветами, словно сахарные петушки.

Около пары особо занимательных чудиков напарница даже притормозила.

– Что они делают? – спросила она, дергая меня за рукав.– Вот эти груши с ногами?

– Видишь ли, милая,– замялся я.– Различия между мужскими и женскими особями в животном мире независимо от вида состоят в том, что…

– Про различия я знаю без тебя,– перебила меня напарница.– Ты мне скажи, что делают эти твари!

– Так я и говорю: вот этот оранжевый червячок на самом деле…

– Короче!

– Размножаются они, понятно? – прямолинейно гаркнул я, как доведенный до белого каления родитель, отчаявшийся объяснить в литературной форме бестолковому сынку нюансы полового вопроса.

– Они так размножаются? Бедненькие… – сочувственно прошептала Вторая.– О чем только думал Создатель, когда…

– Гм-гм! Упоминание великих имен всуе еще ни к чему хорошему не приводило!

– Но я…

– А также обращаю твое внимание на тот досадный факт, что их создатель не наш Создатель, а мы сами.

– Мы?

– Конечно. Ты выкопала где-то на задворках своего полоумного художника, я придумал дать жизнь его шедеврам, вот они и расползлись по улицам! Скажи спасибо, что парень явно тяготеет к анимализму. Будь он убежденным портретистом, этому городку пришлось бы несладко.

– Ему и так несладко,– упрекнула меня напарница.– Купол уже почти полностью черный от страха горожан. Да еще и война вот-вот начнется! А мы, между прочим, здесь застряли, за несчастными рыбками подглядываем.– И она, хихикнув, указала куда-то вбок.

– С чего ты решила, что это рыбки? – усомнился я.– Они сидят на ветке!

– Да какая разница!

Согласившись с напарницей, я быстренько взял ноги в руки, и мы прибавили скорость.

Рельеф поля боя позволял зрителям располагаться, как им угодно – видно было прекрасно, где ни стань.

Я разлегся на вершине холма, заняв местечко в партере, а Вторая устроилась неподалеку на травке. Достав из какого-то потайного нагрудного кармана (у меня в комбинезоне такого нет) пудреницу с зеркальцем, она принялась тщательно подкрашивать глаза тушью, которую выудила еще из одного кармана, бокового (которого у меня нет тоже). А зря.

Потому что зрелище, открывшееся сверху, стоило того, чтобы открыть рот и наслаждаться.

Всю прошедшую неделю по приказу Наместника на двух самых опасных границах города велись работы по возведению оборонительных стен. Несмотря на то что рабочие не опускали рук днем и ночью, стенки получились так себе. Хиленькие. Даже я, не имея строительного образования, сразу понял, что их легко можно расковырять парой качественных вилок.

Противник же потрясал в воздухе вовсе не столовыми приборами и выглядел очень, очень злым. Потому что под оборонительной стеной города во главе длинной колонны стоял не кто иной, как лично господин Великий Герцог.