Команда ТелеVIP - Дмитрий Мансуров

— Забавно… — расковыряв ручкой заделанную дырку, Владимир подхватил выпавшую из отверстия вместе с кусочком шпаклевки прозрачную капсулу. На пол и костюм медленно оседали крохотные белые крошки. Следователь перехватил капсулу большим и указательным пальцами правой руки и повертел ее, разглядывая со всех сторон.

Прозрачный пластик, через который хорошо видно приборчик, напоминающий видеокамеру микроскопических размеров.

Напоминало разработку спецслужб.

— Ничего себе… — пробормотал следователь: не хватало еще переступить дорогу спецподразделениям. — Интересно мне знать, чем занимался Григорий, если здесь наставили дорогущие видеокамеры?

— Можно посмотреть? — алкоголик вытянул шею, стараясь получше разглядеть чудо современной шпионской техники.

— Не советую. — Следователь вернул микрокамеру на место, понимая, что теперь придется лично познакомиться с представителями данной спецслужбы: его изображение наверняка поступило на компьютеры, и вскоре в родную квартиру заглянут три человека в белых очках и алюминиевым чемоданчиком — выяснить причины, согласно которым возникла необходимость выковыривания служебного оборудования из специально созданного тайника. А вслед за этим (если троица не пристрелит следователя ради сохранения служебных тайн) останется получить приказ от непосредственного начальства прекратить расследование и забыть об увиденном. — Иначе троица придет за тобой, и я сомневаюсь, что пилот решит спасти твою проспиртованную душу.

Недовольный алкоголик буркнул три слова, но аппетиты любопытства поумерил.

— Слушай, — сказал следователь. — Если троица решит снова заглянуть в квартиру Григория — дай мне знать.

— А как? — спросил алкоголик. — У меня телефона нет, к соседям стучаться приходится или на телеграф бежать.

— Неважно, как ты это сделаешь, — пояснил Владимир, — для меня главное — чтобы ты сообщил, чем троица занимается в квартире и что из нее вынесет.

— Ну, это я сразу могу ответить: они вынесут чемоданчик. А что в нем — одному богу известно. — ухмыльнулся алкоголик. — В квартиру Гриши я не полезу — не хочу получить от троицы по лбу за все хорошее. Сам говоришь — они могут меня в круиз на тот свет отправить.

— Ты не забыл, что украл пятьсот рублей? — напомнил следователь. Алкоголик встрепенулся.

— Конечно, не забыл! Я буду помнить об этом, пока они не закончатся! — воскликнул он. — Но ты не думай, что из-за этой бумажки я полезу на рожон. За пятьсот рублей у нас теперь дают пятнадцать суток или пару раз по морде. Не больше.

Следователь слегка кивнул головой: несмотря ни на что, алкоголик прав. Богатые депутаты не считают воровство пятисот рублей у бедняков преступлением, а если троица на самом деле отправит алкоголика на тот свет, то лучше от этого станет только соседям.

«Что ж… придется ждать завтрашней смены, когда непосредственное начальство поставит точки над «и» — решил Владимир.

— Спасибо за помощь! — сказал он на прощание. Алкоголик изрядно удивился и даже немного протрезвел от вежливых слов. — Надеюсь больше не увидеться с тобой в моем кабинете.

— Я тоже надеюсь! — отозвался алкоголик. — И это легко устроить: не хватайте меня больше, и я не стану вам докучать.

— А ты не давай нам повод тебя хватать, — отпарировал Владимир.

Алкоголик мрачно усмехнулся:

— Вам не нужен повод, чтобы кого-то схватить.

— Не скажи, — следователь покачал перед ним указательным пальцем. — Где доказательства?

— Готовь камеру, сейчас продемонстрирую! — уверенно ответил алкоголик. — Только напьюсь для храбрости и выйду на улицу. И даю слово — через двадцать минут я окажусь в вытрезвителе.

— Но повод-то есть: милиция хватает всех, кого штормит в ясную погоду.

— Вот… нашли, до чего докопаться… А если у меня ностальгия по штормам? Я, может, о море скучаю, — философски заметил алкоголик. — В мире столько проблем, а вы тратите драгоценное время на перевозку поклонников Бахуса. За что?!

— Выходи трезвым — тебя ни одна собака не тронет, — возразил Владимир.

— Тронет, — воскликнул алкоголик. — По привычке.

— Тебя не переспоришь… — отмахнулся Владимир. — Так и быть, путешествуй к своему циррозу печени, а мне пора.

— И тебе удачного путешествия к нервному срыву!

Владимир пристально посмотрел на алкоголика.

— Скажешь, нет? — возразил тот. — Я цирроз заработаю, но мне хоть приятно пить. А ты получаешь удовольствие от работы?

Владимир не нашелся, что ответить.

Алкоголик закрыл дверь, раздавив одного таракана, а следователь поспешил к выходу: из квартиры настолько несло перегаром, что требовалось срочно чем-нибудь закусить, а то начальство устроит взбучку за пьянку во время работы.

На следующий день Владимир отправился на работу, полный надежд на встречу с представителями спецслужб — и пусть они запретят заниматься делом об исчезновении жильца, но он точно будет знать, что к чему, и с чистой совестью передаст им собранные материалы.

До обеда следователь терпеливо ждал, когда его вызовут на ковер по данному поводу, но никто и словом не обмолвился о произошедшем, словно действия Владимира совершенно не затрагивали интересы спецслужб. Он отлично понимал, что спецслужбы не оставляют без внимания выковыривание подотчетных средств наблюдения. Так не бывает.

— Надо было забрать видеокамеру себе, — сердито пробормотал следователь, — тогда они точно заявились бы.

И когда начальство вызвало его на разговор, следователь почувствовал заметное облегчение: пусть его сейчас пропесочат, но зато пояснят, какими делами занимался пропавший Григорий.

Но начальство (вот сволочи!) не сказало о парне и спецслужбах ни слова, а заговорило о других проблемах. Владимир почувствовал себя уязвленным: спецслужбы его проигнорировали, посчитали мелкой сошкой, не стоящей их драгоценного времени!

«Или не сволочи? — подумал он, выходя из кабинета начальства в коридор. — Может, поняли, что я сам обо всем догадаюсь и сделаю правильные выводы? Или молчат, потому что они — не наши спецслужбы?.. Твою мать… Не хватало еще в эту дрянь влипнуть!»

Перед глазами прошли видения о международных заговорах и секретных агентах с лицензией на убийство. Владимир сглотнул и крайне медленно открыл дверь в свой кабинет — вдруг успели заминировать?

Обошлось.

Сев за стол, Владимир запоздало сообразил, что в доме напротив может сидеть киллер, и его сердце сжалось от ужаса. Он уставился на настенные часы и в прострации стал следить за секундной стрелкой в ожидании рокового выстрела.

Но стрелка совершила круг, совершила два, три, четыре, а киллер все не стрелял.

«Либо он не может прицелиться, либо никакого киллера там нет, — пронеслась мысль, и Владимир облегченно выдохнул. — При такой работе мнительным стать — что раз плюнуть… А вдруг киллер спрятал в кабинете замаскированную бомбу?!»