Звезда моей души - Татьяна Устименко

— А я что? — нашлась Ребекка. — Я ничего! — Она отвернулась и принялась преувеличенно сосредоточенно ощупывать свои парные клинки.

— Кхм! — Беонир уязвленно откашлялся. — А я тоже ни при чем… Тьфу, то есть не пора ли нам отправляться в путь?

Все дороги куда-нибудь да ведут, причем каждая из них, безусловно, имеет конкретное, вполне очевидное начало, а также весьма определенное окончание. Утвердившись в столь логичном теоретическом выводе и уже опробовав на практике его первую часть, я не переставала надеяться, что даже эти запутанные эльфийские подземелья когда-нибудь да закончатся и в итоге выведут нас в нужное место.

Все вышеперечисленное не вызывало у меня ни малейшего сомнения, но проблема заключалась в другом: чем именно может завершиться наш опасный маршрут и не пожалеем ли мы о том, что выбрали именно эту дорогу? Вот такие вопросы и вертелись у меня в голове, пока оставаясь без ответов, ведь личный, пусть даже самый горестный, опыт является незаменимой штукой, способной формировать наши характеры. Что касается шишек и синяков, полученных в ходе сего нелегкого процесса, так ведь за одного битого трех небитых дают. Не так ли?

Высокий сводчатый коридор, освещаемый лишь небольшими колониями крупных слизняков, испускающих приглушенный молочно-белый свет и по-хозяйски расположившихся в трещинах каменных стен, тянулся бесконечно, явно намереваясь опровергнуть все мои постулаты. Я совсем уже было собралась подробно расспросить Беонира относительно масштабов эльфийского подземелья, как внезапно стены расступились и перед нами открылся огромный зал-развилка, снабженный множеством разбегающихся в разные стороны проходов.

— Опаньки! — Ребекка беззвучно шевелила губами и водила пальцем, пересчитывая разветвленные ходы. — Кажется, судьба здорово переборщила, выполняя мое желание.

— Какое еще желание? — с любопытством осведомился Беонир, удовлетворенный замешательством моей охранницы. Похоже, на сей раз ему действительно удалось ущемить ее бережно лелеемую, ранее абсолютно непробиваемую самоуверенность.

— Возможность выбора, — пояснила я. — Здесь он настолько велик…

— …что хоть завыбирайся! — сердито фыркнула лайил. — Тут аж четырнадцать коридоров! Да в этом месте и сама богиня Банрах заплутает… Все, я пас!

— Сдаешься? — радостно выпалил Беонир, чрезвычайно довольный сложившейся ситуацией. — Значит, один-ноль в мою пользу! Ну, упрямица, хоть теперь-то ты признаешь, что без меня вам не обойтись?

— И ты знаешь, куда ведут все эти коридоры? — не поверила Ребекка, складывая губы трубочкой и испуская скептичный свист. — Ой ли?

— Знаю! — горделиво напыжился юноша, осознавший, что настал его звездный час, и решивший «ковать железо, пока горячо». — Я теперь — ваша единственная надежда, ибо без меня вы тут до смерти плутать будете!

— Беонир, — мягко произнесла я, — поверь, мы считаем твою помощь неоценимой и выражаем искреннюю благодарность.

— Ага, — юноша обвиняюще вытянул палец и указал на протестующе нахмурившуюся Ребекку, — так я вам и поверил. Да ваша поддельная благодарность прямо на лицах написана, особенно — на ее хитрой рыжей морде!

— Сам ты морда! — тихонько огрызнулась лайил. — Эй, чего привязался-то, какого рожна тебе нужно? Прикажешь мне ради твоего удовольствия в лепешку расшибиться?

— Ну зачем же такие страшные жертвы? — милостиво ухмыльнулся Беонир. — Мне хватит и поцелуя.

— От Йоны? — Ребекка предприняла слабую попытку отмазаться от расплаты, конечно не увенчавшуюся успехом.

— От тебя! — лучезарно улыбнулся юноша. — Давай договоримся так: если я сумею привести вас к первому испытанию Йоны — ты меня поцелуешь, а если нет — то я тебя. Соглашайся, а иначе я с места не сдвинусь!

— Еще чего, — строптиво проворчала девушка, кривясь, словно ей предложили поцеловать болотную жабу. — Раскатал губищи, блохастый! Ничего тебе не обломится.

Беонир демонстративно отвернулся и начал тихонько напевать какую-то насмешливую песенку.

— Ребекка, — я жалобно потянула воительницу за рукав, — ну пожалуйста… — В моем голосе прорезались всхлипывания.

— Ладно, ладно, только не реви. — Лайил подняла вверх обе руки, объявляя безоговорочную капитуляцию. — Я совершенно не переношу девчоночьи слезы. Брр, с детства детей не люблю! Я согласна, но учти, — она намеренно выделила интонацией последнюю часть произносимой ею фразы, — я делаю это лишь ради Йоны.

— Заметано! — хитро подмигнул Беонир. — Мы пойдем одиннадцатым коридором.

— Это почему еще? — немедленно усомнилась Ребекка. — Чем он лучше других?

— По кочану! — почти рявкнул юноша, заставив меня не к месту вспомнить наш монастырский огород и все связанные с ним конфузы. — Потому что только там есть выходы на другие уровни — к Лазарету и Библиотеке. Ты собираешься устраивать подобные допросы перед каждой развилкой? Поверь, я отлично знаю эти коридоры, спокойно нахожу тайники с веревками и путеводные знаки.

— Да, собира… — начала несговорчивая лайил, но осеклась, ибо Беонир вдруг добавил:

— Так мы выйдем к подвалу дома Старого Сквалыги, а по известной мне легенде — именно поблизости от этого места и расположены эльфийские захоронки.

Ребекка с шумом захлопнула рот, так ничего больше и не сказав. Похоже, она сразу же поняла, о чем идет речь.

— А кто такой Старый Сквалыга? — недоуменно спросила я.

— Он — Старый Сквалыга, и этим все сказано! — с поразительным единодушием воскликнули Ребекка и Беонир. — Да его же весь город знает! Именно ему приписывают авторство известного изречения: «Деньги не пахнут, но чтобы их иметь — нужно иметь хороший нюх».

Я безразлично пожала плечами, показывая: вот такая я отсталая.

— Старый Сквалыга — глава гильдии Торговцев. Его так еще в молодости прозвали — за непомерную жадность. — Ребекка для пущей убедительности выразительно побренчала монетками у себя в кармане. — Рассказывают, будто он трех жен голодом уморил…

— И пять любовниц! — зловещим шепотом подсказал ниуэ.

— Да? А я и не знала, — заинтересованно откликнулась Ребекка, насупившаяся было из-за того, что ее перебили.

— Потому что ушлый старикан эти злодеяния еще до своей первой женитьбы сотворил. Тем не менее он — король торговых сделок. Ни к одному его договору невозможно придраться, Сквалыга не оставляет компаньонам ни единой лазейки. Продумано буквально все, до последней мелочи.

— Все равно он — Сквалыга! — упрямо мотнула головой воительница, не желая признавать за главой гильдии даже малейшего достоинства.

— Одно другому не мешает. — Юноша явно не желал начинать еще один диспут о чьих-то личных качествах. — В общем, Йона, он — самый богатый человек в городе. И вполне может позволить себе содержать свору крысокошек, хотя их разведение стоит кучу золотых риелей.