Земля – Паладос - Алексей Гравицкий

— Что происходит? — воскликнуло существо из контейнера.

— …арибал, — закончил спут и впал в ступор.

— И ради этого я угнал пиратский корабль? — всхлипнул Исаак. — Ради какой-то собаки?

— Я не собака, обезьянка, — парировало существо. — Я инженер. Сословие Ри-А с уровнем Ма-Та, Купола Чо-Ра, нового экспансионного проекта Лоу-Па. Где Ма-ра-бол? Ма-ра-бол должен быть здесь, он сказал, что будет здесь, где он? Кто вы? Инопланетные сотрудники? Стажеры? Или вы здесь в связи с экспериментом?

— Я Антрацит, спут-регистратор, — пришел в себя от потрясения синекожий. — А это брат Исаак, человек — священник из Церкви Света.

— Я не священник, — сердито пробурчал Исаак.

— Ах, простите мою забывчивость, — повернулся Антрацит к рыжему.

— Значит, вы не из лаборатории? — Собакоподобный тоже начинал нервничать. — Тогда где сотрудники этой лаборатории?

— Какие еще сотрудники? — не понял Исаак.

— Послушайте, я не знаю, кто вы и как сюда попали, но я должен увидеть своего сопровождающего. Его зовут Ма-ра-бол, и я требую, чтобы он немедленно пришел сюда… Сейчас же!

— Но…

— Ма-ра-бол! — Арибал дернулся и выпрыгнул из ящика.

Исаак едва успел увернуться. Собакообразное существо шлепнулось на пол к его ногам на четыре лапы. Конечности говорящей дворняги беспомощно разъехались.

— Ма-ра-бол, где вы? — жалобно завопил арибал.

Исаак посмотрел на Антрацита.

— Эта штука на самом деле живая и говорящая?

— Может, это голограмма, — предположил спут.

— Сами вы голограммы! — обиженно возопил арибал. — А я Ру-пор.

— Эпохи?

— Остряк! Не рупор, а Ру-пор. Улавливаешь разницу? Я инженер. Меня поместили в неглубокий сон, кратковременная заморозка после недельного дежурства.

Морда арибала осветилась догадкой.

— Вот оно! Ну конечно! — Арибал по имени Ру-пор укусил себя за переднюю конечность, фыркнул, то ли от привкуса шерсти, то ли от боли.

— Не думаю, что вы спите, — покачал головой спут.

— Тогда почему я вас понимаю? Вы же инопланетяне, а я понимаю все, что вы говорите. Я не знаю инопланетных языков, значит, мне это снится. Черт, первый раз вижу сон под заморозкой, и тот дурацкий.

— Мы понимаем друг друга, потому что в наши тела встроены универсальные переводчики, — мрачно объяснил Исаак. — Добро пожаловать в реальный мир, сокровище.

Существо задумалось на мгновение, затем замотало головой:

— В ваши, может быть, но не в мое. Нет, это глупо. Ма-ра-бол, выключите вашу дурацкую машину, я уже готов проснуться.

— Ты не спишь, псина, мы только что открыли твой спальный ящик, — сказал Исаак.

Инопланетянин затравленно огляделся. Выражение на его морде сменилось на гримасу бесконечного панического страха.

— Где все? — чуть не плача, проскулил он и посмотрел на синекожего с надеждой.

— Не знаю, но ты, вероятно, пробыл здесь достаточно долго, — сказал спут.

— Что значит «достаточно долго»? Как долго? — В голосе арибала послышались подвывающие нотки. — Неужели меня здесь целый цикл продержали? Точно, продержали. Я чувствую. А я ведь предупреждал: четверть цикла, не больше — у меня дома дел целая куча, да еще и система в притоке пошаливает. А они… невежи, дилетанты.

— Боюсь, вы провели здесь больше одного цикла, — вставил спут и кивнул на лабораторное оборудование. — Судя по возрасту и конструкции этих машин… А также если принять во внимание, что арибалов не существует около полумиллиона лет.

— Что?!!

— Может быть, больше, — поспешил утешить Антрацит.

Назвавшийся Ру-пором оторопело посмотрел на спута, пытаясь уловить иронию, но синекожий был серьезен. Несчастный арибал опустил голову и потерянно проковылял в соседний сектор. По ту сторону перегородки тихо зашуршало, видимо, там была еще одна дверь.

— Куда он? — поинтересовался спут.

— Я откуда знаю, — отозвался Исаак. — Твое сокровище, с тебя и спрос.

Арибала отсутствовал долго, но ни Исаак, ни Антрацит не рискнули последовать за ним. Спут, немного придя в себя, принялся изучать лабораторное оборудование, фиксируя полученную информацию в цифровом журнале. Исаак тоже взялся исследовать комнату, но с другой целью — его интересовало все, что можно было продать на центральном галактическом базаре. Увы, ничего ценного он не обнаружил, а ведь счастье, казалось, так близко.

С тяжким вздохом рыжий уселся на край стола и принялся размышлять о том, как могла сложиться жизнь, найди он настоящий клад.

Прошло еще около часа, прежде чем снова прошуршало, и арибал высунул из-за перегородки черный влажный нос. Вид у Ру-пора был такой, словно его долго били по голове чем-то тяжелым.

— Нет… с ума сойти… этого не может быть… — пробормотал он. — Нет, этого просто не может быть!

— Я тоже так думаю, — хмуро кивнул Исаак. — Как представлю, что вместо кредитов и драгоценностей вынул из сундука шавку.

Синекожий поглядел на Исаака и укоризненно покачал головой. Но собакоподобный инопланетянин даже не услышал обидной реплики. Он был занят своими мыслями:

— Знал ведь, что не надо соглашаться на эти тесты. Черт!

— Какие тесты? — заинтересовался Антрацит.

— Один доктор по имени Ма-ра-бол приехал к нам в центральный Купол несколько дней назад… — Ру-пор осекся, поправился: — Во всяком случае, мне кажется, что это было несколько дней назад… и предложил работу в его лаборатории. Ничего, говорит, делать не надо, только спать. А я после двойного дежурства, мне так и так отсыпаться. Какая разница, просто спать или за деньги? А он предложил наличные.

Ру-пор вздохнул и опустился на пол.

— Я и согласился. Сел на транспорт и приехал сюда. Он меня встретил, долго что-то вещал, а потом попросил лечь на койку. Сказал, что ему нужно провести какие-то тесты, это займет совсем немного времени и я ничего не почувствую… Немного времени! Ну конечно! Негодяй!

Исаак покосился на спута.

— Слышь, — шепнул тихо. — Антрацитище, а как он может говорить «негодяй» и «черт»? Я думал, что это чисто человеческое выражение.

— Очень просто, — охотно пустился в объяснения спут. — Переводчики работают таким образом, что, если не удается точно перевести слово, они приводят значение, наиболее близкое к родному языку. Например, ты слышишь «задница», а я слышу «передняя нога».

— Передняя нога, — громко хмыкнул Исаак.

— Эй, вы! Не можете обсудить свои лингвистические различия чуть позже? У меня критическая ситуация, — прервал беседу Ру-пор.

— Я просто не знаю, чем тебе помочь, — повернулся к арибалу Исаак.