Ратник. Крестоносец - Андрей Посняков

Ну, уж сейчас покуда было не до него… у них луки… Да и меч уже в чужих лапах.

— Быстро к машине, Максюта!

Они бросились в лес, укрываясь от стрел за деревьями. Бежали, петляя, как зайцы.

— Быстрей. Максюта, быстрей!

Враги замешкались — поначалу пускали стрелы, и уж потом — пусть даже через какое-то мгновенье — поняв, что стрелой никого не достать, кинулись в погоню.

Ратников оглянулся… Черт! Был бы меч…

Ладно… вот она, машина, верный «УАЗ»! Стоит себе на пригорочке…

Рвануть на себя дверь… Ключи — на месте. Покачать бензинчику…

— Давай-ка, Максюта, подтолкнем… Тут чуть-чуть всего… Ага! Поехала!

Теперь — в салон. Педаль… Передачку… Вторую…

Уф!!! Завелась!!! Заурчала!

— Ну, едем! — Миша плавно отпустил сцепление и прибавил газу.

Двигатель взвыл!

Тати опешили… кинулись врассыпную от мчащегося прямо на них автомобиля! Интересно — что подумали? Ладно, не до того сейчас…

Та-ак… где тут можно проехать… Пожалуй, здесь… Ага! Вот он — меч! Остановиться… выскочить… подобрать…

Развернуться…

Пара стрел пробила тент! Опомнились, суки…

Развернувшись, Михаил снова бросил машину на татей — а просто некуда здесь было больше ехать!

— Давайте, дядя Миша, давайте! — возбужденно кричал Максик. — Дави их, гадов!

Рычал двигатель. Вражины бросились врассыпную.

— Дави их!

Взобравшись на пригорок, Михаил посмотрел в зеркало — разбойничков не было видно. Затаились, заразы…

— Дядя Миша! — неожиданно севшим голосом вдруг произнес Макс. — А дорога-то — с колеей!

С колеей? И в самом деле… И вон, у дерева — мусор! Яркие пластиковые пакеты, бутылки…

Неужели…

— Ушли, дядя Миша! Ушли! — радостно завопил подросток. — Ну, ведь ушли же!

Точно… Ратников остановил машину… двигатель зачихал и заглох, но это уже было неважно, ведь в самом деле — ушли. Да, судя по мусору, по наезженной лесовозами колее, беглецы уже были дома.

— А эти… — повернув голову, осторожно поинтересовался Максим. — Они за нами здесь не погонятся?

— Ну, это, я полагаю, вряд ли!

Михаил устало улыбнулся и, выбравшись из машины, хлопнул дверцей.

— Пошли, Максюта… Сначала — ко мне, до моей усадебки тут совсем ничего — напрямик рядом.

Парнишка улыбнулся:

— Пойдемте. Ой, дядя Миша! А меч вы что, в «УАЗе» оставите? Ведь украдут же!

— Это ты прав, — Ратников поспешно вытащил из салона клинок. — Нельзя оставлять, украдут — точно.

В небе ярко сверкало солнышко, жарило…

В усадьбе, на огороде, Маша, склонившись и подоткнув юбку, деловито полола грядки.

— Марьюшка… — подойдя, тихо позвал Михаил. — Маша…

И почувствовал, как вдруг сдавило горло…

— Милая… дай-ка обниму тебя!

— Ой… — оторвавшись от грядки, девушка, кажется, ничуть не удивилась. — Мисаиле…

— Марьюшка!

Заключив юную супружницу в объятия, Ратников принялся с жаром целовать ее, не обращая внимания на стоявшего позади Макса.

— Марьюшка… душа моя… Маша…

— Что это с тобой?

Маша наконец положила наземь тяпку.

— Здрасьте! — вежливо поздоровался Максик. — Мама моя к вам, случайно, не заходила? Или бабушка?

— Нет, — Маша окинула удивленным взглядом обоих. — Никто не приходил. А что, должны были? А вы вообще что так быстро вернулись? Я еще и щи не начинала варить… ты ж, Мисаил, сказал — чтоб ближе к обеду вернешься. А сейчас-то еще утро… И как вы только так быстро успели? И… лохматые вы какие-то… и одежка…

Одежка… Хорошо еще — меч догадались положить пока у крыльца.

— Быстро? Вернулись? — что-то наконец сообразив, Ратников со всех ног бросился в дом…

На часах — пол-одиннадцатого… На отрывном календаре… на календаре…

Тридцатое июля на календаре! Того самого года…

Господи… теперь понятно…

Ха! Так они ж, выходит, в тот же самый день и вернулись! Как будто и не было ничего… не было…

Медленно опустившись на порог, Ратников обхватил голову руками и громко захохотал.

— Что такое? Чего вы смеетесь-то, дядя Миша? — недоумевающее спросил вбежавший в сени Макс.

Михаил лишь махнул рукой:

— На календарь посмотри, Максюта! Вон, на стенке висит… с «Моторхедом»…