Дороги выбора - Юлия Галл

Киани стала вырываться, довольно серьезно заявляя, что я мешаю ей сосредоточиться, но отпустить её было выше моих сил, и взяв ее лицо в свои руки и нежно произнес:

- Я люблю тебя. Я ревную, когда ты говоришь такие слова другим мужчинам.

- Но Мирх… - Киани растеряно смотрела на меня, а потом её губы растянулись в улыбке. – Мирх мой друг. Очень важный друг, я не перестану говорить ему, что люблю его. Но Дар, я люблю тебя.

Я застыл. Казалось, одни и те же слова, и произносит их один и тот же голос, человек. Но тогда, в комнате у постели рабыни, я слышал нежность с нотками благодарности и печали. А сейчас…

Магия слов смешалась с магией чувств, пронзительных в своей искренности и чистоте. Я чувствовал, как они резонируют с моим сердцем и видел, ощущал ту разницу, что испытывала Киани ко мне.

- Я тоже люблю тебя. – Я не знал, что услышит и почувствует Киани от моих слов, но то, как ее улыбка стала светлее, а глаза счастливей, понимал, что мы на одной волне, и мои чувства и слова услышаны.

- Что еще ты помнишь? – спросил я. – Неужели только ту ночь.

- Помню, как ты приходил ко мне порталом, ты куда-то торопился, приходил всего на полчаса, но я помню, как была счастлива тогда.

- Да, в то время род решал позволить ли мне вернуть память.

- Да, память. Я помню! – Киани радостно улыбнулась новым воспоминаниям и тут же нахмурилась. - Как все прошло? Тебе не было больно? Владыка Фарх все сделал аккуратно?

- Разумеется. Я довольно спокойно все перенес. Думал, что, чем быстрей справлюсь, тем быстрей вернусь к тебе.

- Ты обманываешь меня. У тебя синяки под глазами, и сам ты очень похудел.

- Кто бы говорил. Ты сама, твоя память? Мне говорили не тревожить тебя, говорили, еще неделю точно не будешь узнавать.

- На оружейной площади. Я не узнала, кто ты. Только поняла, что ты очень много значишь для меня.

- Поэтому сбежала покупать рабов?

- Я испугалась. Наша встреча стала прорывать память. В голове все смешалось. Ваня стал вести себя агрессивно. Лиэри предложила уйти, и я вспомнила про рабов.  

- Да, я помню, целую группу отправить за раз, это сколько же энергии ты потратила?

- Да вроде немного. У меня все внутри бурлило и клокотало, а этот выброс просто ослабил напряжение. А тут дети плачут, страх…

- Всех законников выкупают люди Карама и возвращают домой. Кого не успевают выкупить, выкрадывают и опять же отправляют домой.

- Мой вариант быстрее.

- Несомненно, - засмеялся я. Я не переставал покрывать лицо и шею Киани поцелуями. И ее напряжение почувствовал моментально.

- Почему ты не захотел, чтобы я была рядом, когда ты все будешь вспоминать?

- Я не хотел, чтобы ты видела меня слабым. Не знал, как все пройдет. Не хотел заставлять тебя переживать за меня. Боялся, что потеряю контроль, ты такая хрупкая, нежная, я боялся зацепить тебя.

- Ты не жалеешь, что вспомнил?

- Я жалею, что не сломал печать раньше!

- Сломал? – пораженно прошептала Киани, ее руки взметнулись вверх, тонкие пальцы коснулись висков, тонкая магия сканирования полилась из них, но я перехватил руки, прижал их к губам.

- Все хорошо, родная. Правда, все хорошо. Не трать силы. Я в полном порядке.

- Тогда почему не даешь проверить себя? – насторожилась любимая. Я приложил ее ладошки к своей груди, туда, где, оберегаемое ее даром жизни, билось сердце.

- Потому что ты уже помогла раньше, всегда помогала. Вот только понял я это слишком поздно. Ты столько успела пережить без меня.

- Но сейчас-то ты рядом, – улыбнулась она.

- И останусь так навсегда.

- Я удачно выбрала себе телохранителя.

- Я могу быть не только телохранителем, - прошептал я, вновь целуя ее и передавая все свои чувства, что будоражили тело и душу.

Она покачнулась, и я просто подхватил ее на руки, молча, не разрывая губ, понес к кровати и осторожно уложил.

- Тебе нужен отдых, – тихо прошептал ей.

- Нет, я не хочу спать. Я боюсь. Вдруг я опять тебя забуду, дядя опять напоит нектаром. И ты, вдруг ты исчезнешь. Вдруг сейчас это просто моё воображение. И завтра…

- И сейчас и завтра я останусь рядом с тобой.

Я снял с ее ног туфли, поправил подушки.

- Тогда ляг рядом. Не хочу быть одна, и… И я больше не хочу пить нектар. Хорошо? Я больше не хочу вечно хихикать.

Я засмеялся и, кивнув, присел на кровать.

- Засыпай, я буду рядом. Клянусь.

- Нет, не так.

Киани передвинула подушки, отодвинулась от края и похлопала ладошкой рядом с собой.

- Хочу слышать, как бьется твоё сердце, - тихо прошептала она. – Ты тоже должен отдыхать, так почему не вместе.

- Потому, что ты пока еще не моя жена, – заметил я, борясь с искушением принять ее предложение.

- Все еще хочешь делать все правильно? – Задумчиво протянула Киани.

- Нет. Ко всем тварям мрака, такую правильность! – Решил я. Сапоги, ремень и жилет полетели на пол. Я сел рядом с сидящей в удивлении Киани, облокотился на подушки и раскрыл ей объятья.

- Спать! До утра осталось пара часов, - заявил я любимой. Счастливо улыбнувшись, она скользнула мне на грудь, прижалась и тихо прошептала:

- Люблю тебя.

- Я сильнее...

Киани только рассмеялась,  а через пару минут ее дыхание выровнялось, и она уснула. Меня же переполняли мысли, чувства и предчувствие, и оно не подвело. Полумрак комнаты сгустился и из него шагнул белоснежный конт:

- Ревнуешь к словам? – хмыкнул он, присаживаясь на кровать рядом с Киани.

Сейчас на нем не было защиты, и я чувствовал его сущность. Вот только отступать не собирался.

- Ревновал, - поправил я конта. – Раньше. Но ее чувства ко мне совершенно другие.

- Да, то, что ее связывает с тобой, светится иначе и ощущается тоже. Знаешь, я не думал, что она тебя вспомнит так быстро. Но один твой взгляд, и она пошла напролом. Стерла действие нектара, перенаправила на других его магию. Ты очень много значишь для нее.

- Она значит для меня не меньше, – прошептал я, обнимая Киани, доверчиво льнувшую к моему боку.

- Береги её, иначе…

Я почувствовал угрозу, сердце сбилось с ритма, мысли ухнули куда-то во тьму. Ужас охватил каждую клетку моего тела.

- М-м… – недовольное мычание Киани оборвало все разом. Я снова смог связно мыслить, дышать, говорить. Моя любимая по-хозяйски закинула на меня ногу и руку, потерлась щекой о рубашку.

Конт усмехнулся, покачал головой и уже мягче посмотрел на меня.