Сердце Ворона - Дэвид Геммел

Через два часа они преодолели всего две мили, и теперь уже и Кэлин начал ощущать усталость. Колл Джас весил немало и к тому же спотыкался.

В конце концов они решили, что Кэлину надо идти одному и прислать помощь. Найдя укромное место неподалеку от реки, юноша разжег костер, собрал кучу сухих веток и устроил вождя ригантов как можно удобнее, накрыв его своим плащом и дав ему заряженные пистолеты. После этого он пустился в путь налегке, минуя главную дорогу.

Час спустя, усталый и запыхавшийся, Кэлин добежал до первых ворот частокола. Солнце уже садилось, и, подойдя ближе, юноша увидел два направленных на него мушкетных дула.

— Чего хочешь, южанин? — спросил голос.

— Колл Джас ранен. Мне нужны люди, чтобы принести его сюда, — ответил Кэлин.

Одно мушкетное дуло исчезло. Ворота отворились, и в проеме возникла высокая бородатая фигура Райстера.

— Где он?

— Примерно в пяти милях отсюда, если идти по дороге, в роще у реки. На него напали какие-то варлийцы. У него перебита рука и рана в плече. Джас потерял много крови.

— Подожди здесь, — сказал Райстер.

Деревянные ворота закрылись. За частоколом прозвучали сигналы рога. Кэлину показалось, что по перевалу пронеслось эхо, но потом он понял — это повторение сигнала другими часовыми. Ничего не оставалось, как ждать, и юноша присел на камень.

Через некоторое время ворота снова заскрипели. Из них вышел Райстер в сопровождении полудюжины мужчин. Один вел за собой маленького, круглопузого пони.

— Покажи нам, где он, — холодно приказал Райстер. Злость заставила Кэлина подняться. Он посмотрел горцу в глаза:

— Мне не нравится твой тон, так что говори повежливее. Райстер прищурился, но все же выдавил из себя улыбку и низко поклонился:

— Будь добр, отведи нас к нашему вождю. Это тебя устраивает?

Сарказм еще больше разозлил Кэлина, но он заставил себя сдержаться.

— Если бы Колл Джас не нуждался в помощи, я бы показал тебе, что меня устраивает. Возможно, мы успеем поговорить об этом попозже.

К реке шли долго. Никто не разговаривал. Было уже темно, когда они заметили наконец догорающий костер и спящего неподалеку вождя ригантов. Лицо его казалось почти белым в свете огня, и он долго не просыпался.

Очнувшись, Джас распорядился отыскать и захоронить тела убитых.

— Никаких знаков не оставляйте, просто закопайте, — сказал он.

Двое горцев помогли ему подняться и сесть на спину пони. Джас вцепился в гриву животного здоровой рукой и покачнулся. Райстер и еще один из воинов встали по обе стороны от пони, чтобы поддерживать своего предводителя. Другие отправились в лес, выполняя приказ.

Кэлин подобрал свои пистолеты и зашагал следом за пони. Он был недоволен собой. В который раз ему не хватило сдержанности и умения управлять чувствами. Недостаток учтивости со стороны Райстера спровоцировал вспышку злости, последствия которой могли оказаться значительно серьезнее вызвавшей ее причины. Ригант мог вызвать его на поединок, и на этот раз дело, не исключено, закончилось бы смертью одного из них.

— Что с тобой? — спрашивал он себя. Когда ты научишься обуздывать свою гордость и придерживать язык?

Никогда, ответил себе Кэлин. Гордость — это единственное, что у меня есть, и если мне суждено умереть за нее, то так тому и быть.

Два с четвертью часа спустя Джаса сняли с пони и перенесли на кровать. Женщины помогли раздеть вождя, разрезав пропитанную кровью и прилипшую к телу рубашку. Руку разрезали и извлекли из раны сплющенный кусок свинца. Потом женщины занялись раной на спине, а уж затем очистили и зашили глубокую царапину, оставленную зубами собаки. Пуля из мушкета Энсона Гиза перебила левую ключицу и застряла у плеча, совсем неглубоко, так что достать ее не составило особого труда.

Внизу Кэлин Ринг сидел на скамье, а Райстер нетерпеливо расхаживал по комнате. Некоторое время оба молчали. Затем высокий горец остановился.

— Ты неправильно меня понял, — сказал он. — Я беспокоился о вожде, но вовсе не собирался оскорбить тебя и задеть неуважением.

Кэлин кивнул.

— Это все моя натура, — горько улыбнулся он. — Когда-нибудь она меня погубит,

Райстер протянул руку:

— Спасибо, что помог Коллу. Между прочим, как ты наткнулся на него?

Кэлин ответил на миролюбивый жест бородатого горца:

— Я оказался там случайно и услышал выстрелы в лесу. Думал, что это охотники, а так как шел без приглашения, то решил, что лучше всего объяснить, куда и зачем я иду. На тропинке увидел, как Колл напал на троих противников. Одного он застрелил из пистолета, другого заколол мечом, но тут его ранили из мушкета выстрелом в спину.

— И ты убил еще двоих.

— Да.

— Эти твои пистолеты — отличные штучки. Сам я никогда не стрелял, но слышал, что они бьют удивительно точно.

По лестнице сошла одна из женщин с перепачканными кровью руками. Кэлин Ринг поднялся. Женщина была средних лет, со строгими чертами лица и пепельно-серыми волосами.

— Он спит, — сказала она. — Но я хотела бы, чтобы его посмотрела Обитательница Леса. В раны попала ткань от рубашки. Может начаться нагноение. Я видела такое раньше.

— Я пошлю кого-нибудь к Птице Печали, — сказал Райстер. — Возможно, она дома.

Женщина ушла в кухню.

— Где Чара? — спросил Кэлин.

— В Западных Холмах. Она там уже больше месяца ухаживает за бабушкой. Старушка неудачно упала и теперь лежит без движения. К тому же у нее отнялась речь. Парализована левая сторона тела. Думаю, она умирает. Бал тоже там. Для них это большое горе, они любят ее.

— Это мать Колла?

— Нет, она мать его второй жены, Лайны. Лайна умерла десять лет назад при родах. Ребенок тоже. Жаль, не было Обитательниц Леса.

— Кто такая Обитательница Леса? Райстер пожал плечами:

— Женщина из племени викка, очень таинственная. У нее домик возле озера Птицы Печали, но кое-кто считает, что она по большей части обитает в мире теней, где до сих пор живут и сидхи. Не знаю, так это или нет, но она искусная целительница и может видеть будущее.

— У нас на юге тоже есть такая. Только мы называем ее Ведуньей, и живет она в лесу Древа Желаний.

— Да, Гримо рассказывал о ней. Завтра я отправлюсь к озеру и узнаю, там ли она. Если хочешь, можешь пойти со мной.

— Что ж, я не прочь. Оттуда близко до Западных Холмов?

Райстер хмыкнул:

— Она очень рассердилась, услышав, что ты ушел. Может быть, и не простит.

— У меня есть благословение ее отца. Как думаешь, это поможет?