Лихорадка теней - Карен Мари Монинг

Я посмотрела на В’лейна, взвешивая его слова.

— Раз уж мы теперь доверяем друг другу… Один камень находится у тебя, так?

— Да. Тебе удалось выяснить, где находятся остальные три?

— Да.

— Сколько?

— Все три.

— Ты знаешь, где остальные три? Мы ближе, чем я смел надеяться! Где они? У Келтаров, как я и полагал?

— Нет. — Фактически, они были у меня, надежно защищенные рунами, но мне было спокойнее, если он будет считать, что они у Бэрронса. — Они у Бэрронса.

Он зашипел — что у фейри означало отвращение:

— Скажи мне где они! Я отберу их и мы покончим с Бэрронсом раз и навсегда.

— За что ты его ненавидишь?

— Когда-то он устроил кровавую резню среди моего народа.

— Включая твою принцессу?

— Он соблазнил ее, чтобы узнать побольше о Синсар Дабх. Принцесса была очарована им и рассказала ему о нас очень много такого, что должно было оставаться тайной. Бэрронс давно охотится за Книгой. Ты не знаешь, зачем?

Я покачала головой.

— Я тоже. Он не человек. Он способен убивать фейри, и он ищет Книгу. Я убью его при первой же возможности.

«Удачи тебе в этом», подумала я.

— Он никогда не отдаст камни.

— Забери их у него.

Я рассмеялась:

— Невозможно, у Бэрронса не крадут. Ничего не выйдет.

— Если узнаешь где они находятся, я помогу тебе получить их. Мы сами займемся этим. Разумеется нам понадобятся Келтары, чтобы заключить Книгу, но больше нам никто не нужен, МакКайла. Как только мы завладеем ею и передадим королеве, она щедро вознаградит тебя. Все, что пожелаешь, будет твоим, — он сделал паузу и тактично добавил: — Она способна вернуть тебе то, что ты потеряла и о чем скорбишь.

Я с грустью посмотрела на море, пытаясь не попасться на соблазнительную приманку: Алину. Ровена настаивала на том, чтобы я работала только с ши-видящими. Лор требовал, чтобы я работала только с Бэрронсом и его людьми. Теперь еще и В’лейн хочет, чтобы я сотрудничала с ним и отгородилась от всех остальных.

Я никому из них не доверяла ни на грош.

— С того самого дня, как я приехала в Дублин, меня постоянно заставляют принять чью-либо сторону. Я не стану выбирать кого-либо из вас. Либо мы все сделаем вместе, либо вообще ничего не станем предпринимать. А когда приступим к делу, я хочу, чтобы ши-видящие присутствовали и, если в будущем что-то снова пойдет не так, мы знали бы как это остановить.

— Вовлечено слишком много людей, — резко сказал В’лейн.

Я пожала плечами.

— Приведи нескольких Светлых, если так тебе будет спокойнее.

Тепло внезапно сменилось холодом. В’лейн был очень недоволен. Плевать. Я чувствовала, что наконец появился готовый план действий, который сработает. У нас были камни и пророчество. Не хватало лишь Кристиана. Я не собиралась беспокоиться о том, что мы будем делать, как только книга окажется в темнице, и если королева получит возможность прочесть ее. За раз я могла справиться только с одним, кажущимся непреодолимым, препятствием и понятия не имела как нам найти Кристиана в Зеркалье. Жаль, что Бэрронс и на нем свою метку не поставил.

У меня оставался еще один вопрос. Он терзал меня все время нашего разговора. Я не могла избавиться от ощущения, что мне надо что-то узнать о себе — правду, которая наконец прояснит те сны, что преследовали меня всю жизнь.

— В’лейн, а как выглядел Крус?

Он дернул плечом, заложил руки за голову и поднял лицо к солнцу.

— Как и остальные Темные Принцы.

— Ты сказал, король создавал их все более совершенными. Крус чем-то отличался?

— Почему ты спрашиваешь?

— Да так, одна ши-видящая что-то такое сказала, — небрежно солгала я.

— Когда ты собираешься исполнить пророчество?

— Когда мы сможем собрать вместе всех Келтаров и я определю местоположение Книги.

Он посмотрел на меня.

— Скоро, значит, — пробормотал он, — это будет очень скоро.

Я кивнула.

— Это должно произойти как можно скорее. Я боюсь за королеву.

— Я спросила тебя о Крусе, — напомнила я ему.

— Так много вопросов о ничтожном принце, который прекратил существование сотни тысяч лет назад…

— И?

Уж не обида ли проскользнула в его голосе?

— Не будь он мертв, я бы испытал… что это так часто движет людьми? А, вот, — ревность.

— И все же, доставь мне такую радость, ответь.

Он помолчал и снова очень по-человечески вздохнул.

— Согласно нашим хроникам, Крус был самым прекрасным из всех, хоть мир никогда и не узнает об этом — такое совершенство пропало зря, так и не будучи никем увидено. Торк его королевского дома был украшен серебром, от его лика, как говорят, исходило чистое золотое сияние. Однако, полагаю, король испытывал к нему столь родственные чувства по той лишь причине — прежде чем позволил свей любви к смертной загубить все чем, они могли бы стать — что Крус был единственным из детей короля, имевшим с ним сходство. Как и у самого короля, у Круса были величественные черные крылья.