Драконья ненависть - Евгений Малинин

Врал я о своих «припадках» вдохновенно, вплетая при этом и кое-что случившееся на самом деле, однако, мои последние слова повергли всех троих слушателей буквально в шок. Даже я сам замолчал, когда увидел какие у них сделались лица после моей заключительной фразы.

Несколько секунд над столом висело молчание, а затем дан Ольвер, как самый хладнокровный из присутствующих, смог выдавить вопрос:

– Я не ослышался?! Вы сказали, что очнулись на жертвенной плите в Священном зале Дворца троллей?!!

– Ну да, именно это я и сказал!.. – Спокойно подтвердил я.

– То есть… вас хотели принести в жертву Небесной Каре?!! – Изумление дана Ольвера еще возросло, хотя казалось, что увеличится это чувство больше просто не может.

– Ну почему «хотели», – усмехнулся я, – меня именно приносили в жертву, и должен вам сказать, что ощущения при этом возникают весьма неприятные!!

Едва я произнес эти слова, как дан Ольвер, не сводя с меня глаз, аккуратно положил рядом со своей тарелкой двузубую вилку и попросил сухим, профессиональным тоном:

– Дан Тон, я попрошу вас точно и подробно описать, какие именно ощущения вы испытывали на жертвенной плите?!

– Да зачем вам это?! – Удивился я.

В глазах дана Ольвера мелькнуло некоторое раздражение:

– Как же вы не понимаете?! До сих пор многие считают эту… э-э-э… жертвенную плиту и Священный зал Дворца троллей выдумками нечисти, призванными запугать и деморализовать людей, и тут вдруг появляется человек, который заявляет, что лично познакомился с этими… э-э-э… выдумками!! Как же я могу упустить такой случай и не узнать достоверных фактов.

– Ну что ж, – задумчиво протянул я, – ваш научный интерес мне вполне понятен… Слушайте!

И я рассказал моим гостям обо всех приключениях, случившихся со мной в Трольих горах, смазав, правда то, каким образом мне удалось освободиться. Когда я закончил, дан Тейнат жадно выпил бокал вина, а дан Ольвер, едва прикоснувшись к своему бокалу и задумчиво поглядывая на меня, медленно спросил:

– И как же вам удалось… выбраться из этого Священного зала?..

Я пожал плечами:

– Случайно… Те три тролля, в лапы которых я попал, как вы уже поняли, не слишком хорошо знали… э-э-э… процедуру жертвоприношения и, видимо, что-то напутали с заклинаниями. В какой-то момент я почувствовал слабину в магических путах, и мне удалось скатиться с плиты. К счастью, мой боевой топор, мой Ужас Камней, лежал рядом и, можно сказать, сам прыгнул мне в руку. Ну а дальше все было уже достаточно просто!

И я лихо махнул бокал вина, ставя точку в своем рассказе и объяснениях к нему.

Несколько минут мы помолчали. Дан Тейнат разглядывал меня с откровенным восхищением, а дан Ольвер о чем-то напряженно размышлял. Затем, верховный лекарь встряхнулся, потянулся к закускам и, словно бы между делом, произнес:

– Если бы ваши припадки начались после этого вашего приключения, я не сомневался бы ни минуты, что именно оно и является причиной вашего… э-э-э… недомогания. Однако, как вы сами сказали, что… – тут он прервал сам себя и бросил на меня острый взгляд, – на жертвенной плите вы оказались после удара по голове, а до первого… ну… припадка, вас по голове сильно не били?..

– В бою всякое бывало… – раздумчиво ответил я, – и по голове попадало не раз, но вы же знаете, доспехи у меня превосходные, так что…

– Просто, такого рода помрачения рассудка, бывают, как правило, именно после ударов по голове! – Авторитетно заявил дан Ольвер, – другие причины, я бы сказал, весьма редки и экзотически.

– Например? – Быстро переспросил я.

– Например отравление некачественной пищей, – столь же быстро ответил верховный лекарь, – но в вашем случае такого быть не могло – вы же питались из одного котла со своими… э-э-э… извергами! Бывает еще наведенная порча, но с этим разбираются маги, да и ваша магическая защита, как я понимаю, одна из лучших в Высоком данстве. Так что и эта причина отпадает.

– А каковы вообще причины заболеваний?.. – Поинтересовался я, – У лекарей имеется какая-нибудь классификация?

Дан Ольвер немного удивленно взглянул на меня, но ответил совершенно спокойно:

– Классификация безусловно есть.

Он немного помолчал, а затем принялся излагать самым настоящим лекторским тоном:

– Все причины сбоя в работе человеческого организма делятся на две большие группы: физическое воздействие и ментальное воздействие. Физическое воздействие также подразделяется на два крупных раздела: внешнее физическое воздействие и внутреннее физическое воздействие. Внешнее физическое воздействие включает в себя такое физическое действие, которое не приводит к полному разрыву кожного покрова и разделяется на удары, растяжения, сдавливания, перекручивания, ожоги, обморожения и тому подобное. Такие физические воздействия приводят, как правило, к возникновению поверхностных гематом, ссадин, растяжению связок и вывихам суставов, разрывам мышц, скрытым переломам, внутренним кровоизлияниям…

И тут дана Ольвера перебил слабый и какой-то булькающий голос старика Тейната:

– Мне плохо!..

Мы с верховным лекарем повернулись к забытому нами дану и увидели, что лицо бедняги стало белее февральского снега, на лбу и висках выступили крупные капли пота, а сам он обмяк в кресле и смотрит на нас умоляющим взглядом.

– Вот типичная реакция человеческого организма на вредное ментальное воздействие… – спокойно констатировал дан Ольвер, – я забыл, что у дана Тейната чрезмерно богатое воображение и слишком глубоко вдался в подробности…

В этот момент дан Тейнат закрыл глаза, и его голова мягко откинулась на спинку кресла.

Верховный лекарь поднялся со своего места, подошел к потерявшему сознание старику и, вынув из кармана небольшой, матово блеснувший пузыречек, сунул его под заострившийся нос дана Тейната.

– Повернувшись в мою сторону дан Ольвер улыбнулся и пояснил:

– Наша наука уже давно открыла способ вывода человека из состояния ментального поражения поверхностного уровня. Сейчас он придет в себя и не будет помнить ничего из нашего разговора – его психика, таким образом, полностью восстановится.

И действительно, не прошло и нескольких секунд, как лицо дана Тейната сморщилось, по шее прокатилась короткая судорога, и его глаза открылись.

Дан Ольвер немедленно спрятал в карман свой пузырек и наклонился над стариком:

– Ваши обязанности, дан Тейнат, весьма утомляют вас, – проговорил он с дружеской улыбкой, – вы засыпаете прямо за столом!

– Да-да, – кивнул старик, – Сегодня вообще выдался тяжелый день – то сообщили, что дан Тон пропал, то Столетняя башня оказалась запертой изнутри, а вар Эком не отзывается! А знали бы вы, что творится на кухне и в подвалах резиденции… Хорошо еще высшего дана нет в столице, а то я просто не знал бы, что делать!