Общество Дракона - Лоуренс Уотт-Эванс

Арлиан постарался сохранять невозмутимость.

— Рабы убили надсмотрщика?

Литуил пожал плечами.

— Судя по всему. Точно мы так и не узнали.

— А что произошло?

— Другой надсмотрщик, которого звали Энир, пришел на работу, но его напарник не поднялся из шахты. — Арлиан с трудом сдержал вздох облегчения — Кровавая Рука уцелел. — Энир спустился вниз и обнаружил тело Клорикора. Рабы сказали, что произошел несчастный случай, но Энир утверждал, что Клорикора избили, а потом задушили его собственным хлыстом.

— Неприятная смерть, — заметил Арлиан, но не мог не признать, что Маслолей ее заслужил.

Ему больше не нужно мстить Маслолею; рабы разобрались с ним сами.

Конечно, если это был Маслолей.

— А как долго проработал здесь погибший надсмотрщик? — спросил Арлиан.

— Ну, наверное, лет пять или шесть.

Да, речь шла о Маслолее.

— А что стало с виновными рабами? — спросил Арлиан.

Литуил ответил не сразу, и по спине Арлиана пробежал холодок. Неужели рабов убили?

— Нам не удалось узнать, кто разобрался с Клорикором, — наконец проговорил Литуил. — Энир поднялся наверх, и мы решили не кормить рабов до тех пор, пока они не выдадут виновных. Но они продолжали утверждать, что надсмотрщик погиб случайно, а мы не могли допустить, чтобы они все умерли, и через несколько дней сдались. Энир сказал, что больше не может там работать, и не пожелал рисковать жизнью.

— И вам удалось найти новых надсмотрщиков?

Литуил кивнул.

— Мы не рассказали им о том, что случилось с Клорикором.

Арлиан подозревал, что новые надсмотрщики все равно узнали правду. Им наверняка рассказали сами рудокопы. Не исключено, что именно по этой причине один из них ушел.

Неожиданно в разговор вступил Ворон.

— Прошу меня простить, вы сказали, что ранения Клорикора описал Энир. Неужели тела больше никто не видел? Даже вы?

— Э… — Литуил с опаской посмотрел на Арлиана.

— Ну, отвечайте, — резко сказал Арлиан. — Неужели вы полагаете, что имеете право что-то от меня скрывать?

Он пристально посмотрел в глаза Литуила.

— Энир, обнаружив труп, в спешке поднялся наверх, — начал объяснять Литуил. — Он оставил его внизу. А потом… мы решили не кормить рабов.

Арлиан едва не упал, споткнувшись на ровном месте. Он вспомнил, как ему жилось в руднике, как постоянно хотелось есть. Пропуск даже одной кормежки причинял мучительные страдания.

Он прекрасно понял, что произошло с телом Маслолея.

— Они его съели, — сказал Ворон.

Литуил мрачно кивнул. Одного из стражников едва не вырвало.

— Очень неприятная история, — коротко заметил Арлиан, хотя Маслолей и получил по заслугам.

Интересно, подумал Арлиан, стал бы я его есть, если бы остался под землей, среди рабов, или предпочел бы голодать?

— Мы не ожидали, что они окажутся столь ужасными существами, — попытался оправдаться Литуил. — Нам и в голову такое не могло прийти!

Арлиан не нашел, что ответить, да и разговор стало вести труднее, поскольку им навстречу начали попадаться тележки. Воздух наполнился скрипом колес.

Шестеро мужчин отступили к стене, чтобы пропустить очередную тележку.

Через несколько минут они добрались до входа в колодец. Металлический каркас удерживал мощную бадью, висевшую на толстых веревках, — устройство позволяло за один раз поднимать несколько тонн руды. Стражник, одетый в кожу, стоял возле одной из балок и отступил в сторону, увидев нежданных посетителей. Стражник узнал Литуила, но не задал ни одного вопроса; его работа состояла в том, чтобы рабы оставались на своих местах, и ему не было никакого дела до чужих людей, пришедших вместе с хозяином.

Арлиан вдохнул прохладный застоявшийся воздух и ощутил запах пыли и камня. После жары его можно было бы назвать приятным и успокаивающим, если бы Арлиан не знал, что находится внизу.

Здесь заканчивается мир свободных людей, подумал он, заглядывая в колодец, освещенный мерцающими факелами и светильниками. Там, пятнадцатью футами ниже, начинался темный маленький мирок рабов-рудокопов.

Если руду только что подняли наверх, значит, они едят, получив взамен пищу. Большинство или даже все находятся где-нибудь неподалеку.

Арлиан подошел поближе к краю и крикнул:

— Эй, рудокопы! Слушайте меня!

— Милорд, — запротестовал удивленный Литуил.

— Проклятие, это еще кто? — послышался чей-то голос из темноты.

— Я лорд Обсидиан, — ответил Арлиан, не обращая внимания на Литуила. — Я владелец большей части рудника, и я хочу, чтобы вы внимательно выслушали мое предложение.

— Милорд, это…

— Заткнись, — не поворачиваясь к Литуилу, бросил Арлиан. — Ворон, позаботься о том, чтобы он молчал. Если потребуется, перережь ему глотку.

Арлиан услышал шорох клинка, покинувшего ножны. Больше Литуил не протестовал. Арлиан заметил, что стражники каравана убедили местного охранника сохранять спокойствие — один из них, по имени Стилет, сражавшийся бок о бок с Арлианом в Пустоши два года назад, приставил острие своего клинка к горлу охранника.

— Месяц назад вам приказали собирать пурпурные камни, которые называются аметистами, и отправлять их наверх вместе с рудой. Вы не послали ни одного камня. Я вас не виню — что вам предложили взамен?

— Ничего! — ответил один из более смелых рудокопов.

— Вот именно. Мне нужны эти камни, и я готов предложить вам в качестве платы кое-что чрезвычайно ценное. Я знаю, что все люди одинаковы, и не сомневаюсь, что на всякий случай вы собирали аметисты. Отправьте их мне сейчас, и если у вас наберется сто хороших камней, вы все получите свободу.

Когда эхо стихло, наступила ошеломленная тишина; и тут же запротестовал Литуил:

— Вы не можете так поступить!

Арлиан повернулся, положив руку на рукоять шпаги.

— Нет, могу.

— Но они не ваши рабы! Они принадлежат мне!

— Я за них заплачу, — ответил Арлиан, улыбнувшись жесткой, хищной улыбкой. Наконец-то он отомстит Старику.

Потом он вновь обратился к рабам:

— И еще одно — если один из вас умрет до того, как я получу сотню камней, цена вашей свободы возрастет до ста десяти аметистов! Каждая новая смерть будет увеличивать общее число камней на десять. Если вы начнете воровать друг у друга, постарайтесь, чтобы ваша жертва осталась в живых. Учтите, никто, кроме меня, не станет покупать у вас аметисты, а я заплачу вам свободой. Мне все равно, кто из вас найдет больше камней, — на свободу выйдут все или все останутся здесь. И чем быстрее вы найдете сто аметистов, тем быстрее покинете рудник! Сколько вам уже удалось собрать?