Смерть наудачу - Владимир Михальчук

Итак, предположительно, Жазмилия обращается к Длинному. Больше не к кому – только к горькому пьянице. Остальные детективы ни за что не пойдут против городского главы: каждый боится за целость собственных ягодиц.

Люэн, возможно, из-за хронического запоя или по причине глубокого финансового кризиса берется за дело. Он узнает какие-то подробности о жизни Дамнтудэса. Собирается двигаться дальше – желание клиента закон. (Я был уверен, что Длинный не отказал госпоже Жазмилии; в ином случае он бы не внес не начатое дело в свои записки.) Но считает задание невыполнимым, о чем сообщает в секретной книжечке.

И тут на горизонте появляется новая заказчица. Вероятно, платит она больше, да и задача пахнет керосином не настолько, сколь супружеская неверность самого Мэра. Мак-Паско извиняется перед госпожой Жазмилией, мотивируя отказ более выгодным предложением. И все же у него имеется некоторая информация о делишках Дамнтудэса. Уж не потому ли Зарилия обратилась к нему? Чтобы отвести любопытный нос детектива от своего высокопоставленного любовника!

А дальше у меня пока размытое пятно. Из фактов ясно, что Длинный, имевший привычку исследовать личную жизнь своих клиентов, узнает о причастности Зарилии к дому некроманта. Поддельное имя (еще предстоит узнать, зачем девица пользовалась фамилией хват-майора харр Зубарева) не обманывает Люэна.

Вероятно, Длинный озадачен: последнее дело сопряжено с предпоследним заказом. Зарилия харр Зубарева оказывается кем-то из окружения господина Люкзара. Мак-Паско вспоминает, что некая Лейлилея дел-ар Люкзар предположительно является любовницей Дамнтудэса. Даже не предположительно – точно! Несколько минут назад я в этом убедился самолично.

Люэн бесстрашно суется в логово врага. И там встречает шпионов Княжества Хаоса. Между ними завязывается драка – отсюда и пятна крови в жилище некроманта. Каким-то образом Длинному удается выбраться и вернуться домой…

– Эй! – заорал я, собираясь с мыслями. Забренчал наручниками о батарею. – Мне срочно надо поговорить с Мэром!

За дверью кто-то хмыкнул. Больше ни звука.

– Эй! Дело государственной важности! Валибур находится в отчаянном положении!

– Заткнись ты там, – неохотно ответили мне. – С тобой будут говорить только тогда, когда захотят.

Я не сдавался.

– Позовите Мэра, уроды! Скажите, что я готов сдать соучастников нападения на посла! Дело очень срочное!

– Ты их и так в скором времени сдашь, – хрипловато сообщили из-за двери. – Уже послали за мастером допросов.

У меня екнуло сердце. Мастера допросов – о-го-го какие страшные личности. Вооружены множеством серебряных иголок, топориков, спиралек и лезвий. И не знают усталости, изверги. Выбьют признание из любого оборотня.

В частности, я не сомневался, что признаюсь во всех тяжких и смертных грехах, едва в меня вонзят десяток граммов серебра.

– Передайте Мэру, что… – мой голос сломался, – … кхэ-кхэ… я знаю о его связи с Лейлилеей! Если он тотчас не придет, некоторые бумаги передадут его жене.

– Чего он там бормочет? – спросил кто-то.

– Иди лучше доложи… – прошептали тихо, но все же так, что я смог расслышать. – А то вдруг что…

За дверью раздались удаляющиеся шаги.

– Если ты наврал, демонский… – грязно выругался оставшийся охранник, – мы тебя и без мастера уделаем – мало не покажется.

Тирада завершилась красивейшей многоэтажной конструкцией из мата и описания пикантных постельных сцен.

Не прошло и десяти минут, как замок проскрипел. Цилиндрик провернулся, штифты выскочили из пазов и скрылись во внутренностях двери.

В проеме появилось невозмутимое лицо с острыми чертами. Рассеченный глубокой ямкой подбородок медленно повернулся к коридору.

– Заприте нас, – сказал Дамнтудэс.

– Очень рад нашей встрече, – признался я.

Мэр молчал, пока дверь не захлопнулась и не застрекотал замок. Тогда личоборотень щелкнул пальцами.

По комнатке просквозил ледяной ветерок. Без сомнений, какая-то магия против подслушивания.

– Мне ничего не стоит превратить тебя в бурую кашицу, – грозно заявил Дамнтудэс, прислонясь к дверному косяку. – И все же ты меня заинтересовал, шпион. Совсем страх потерял, вопя о каких-то моих связях.

– Да бросьте вы, – самоуверенный тон дался мне с заметным усилием. – По слухам, вы относитесь к той категории оборотней, которые сперва выслушают и лишь потом размахивают «Карателем».

– Большинство слухов преувеличены или ложны, – тон Мэра совершенно не изменился. А я ведь рассчитывал, что он немного подобреет.

Ну что ж, пришлось отступить и поменять тактику.

– Ну да, ну да, сообщество небожителей и светлейших политиков Валибура сегодня смогло в этом убедиться. Видели бы вы свое лицо со стороны, когда так мило болтали с госпожой дел-ар Люкзар: едва язык не вывалили от похоти… Слухи ошибаются! Вы не прелюбодей и никогда не изменяли благоверной Жазмилии… Настоящий невинный ангелочек…

– Заткнись! – Меня схватили за горло и приподняли над полом. Руки немедленно отозвались жгучей болью – магические браслеты сдавили запястья. – Ты тоже не святой. К помеченному твоей аурой магарбалету добавились несколько сотен свидетельств того, что ты повредил магенератор защитного купола сцены.

Демоны мне в почку! Я ведь действительно исследовал коробку топливного элемента. А потом еще и сидел на нем вместе… Ну конечно же! Вместе с Зарилией!

Это подтверждало мои подозрения. В запутанном деле исчезали загадочные пятна. Зато прибавлялось разноцветных кругов перед моими глазами.

В одних местах меня стискивали магиталлические браслеты. В другом – костлявая ручища многовекового старца.

– Отпу… с-с-сти-и-ите… – попросил я.

Трещали шейные позвонки, во рту проступила теплая горечь.

Мэр некоторое время душил меня, видимо наслаждаясь видом беспомощной жертвы. Затем отпустил.

Я упал, ударившись спиной о батарею, меня стошнило.

– А ведь вы далеко не тот прозорливый политик, о котором так любила пописывать пресса тысячелетие назад. Бессмертные тоже стареют… Говорят, чем длиннее жизнь – тем слабее психика. И к старости вы превратились в маразматического идиота, падкого на распутных женщин. К тому же напрочь потеряли мозги.

Вопреки моему страху, что меня таки убьют, Мэр не сдвинулся с места. Раскаленные угольки его глаз сверкали в темноте.

– Если ты думаешь, что оскорбления подействуют на меня, – ошибаешься. Я оставлю тебе немного времени – встретишься с мастерами допросов, познаешь бесконечную пытку боли, расскажешь о своих сообщниках, шпион. И лишь потом весь город придет посмотреть на дымок из трубы крематория. Это все, что останется от твоего окровавленного трупа.

– Весьма заманчивое предложение, – я приподнялся на локтях, приняв более удобную позу. – Вот только едва я умру, весь Скандалнет наводнится записями одного милого разговора.