Лунные хроники. Мгновенная карма - Марисса Мейер

Четвертый тюлень, Чип, не такой решительный. Он не спеша высовывает голову из клетки, осматривается по сторонам. Оглядывает толпу и робко, неуверенно выбирается наружу. А потом просто сидит на песке и озирается, словно в замешательстве. Розе и Квинту приходится вытащить из фургона пару досок и с их помощью подталкивать Чипа к воде, как загоняют в хлев упрямого поросенка.

Наконец Чип, кажется, улавливает идею и потихоньку продвигается вперед. Один из других тюленей высовывает голову из воды, словно ждет, когда друг присоединится к нему.

Чип плюхается в океан.

Толпа взрывается радостными криками.

В течение следующих десяти минут тюленей еще можно видеть недалеко от берега, где они играют и ныряют вместе, наслаждаясь новообретенной свободой. Мы все любуемся ими, пытаясь запечатлеть как можно подробнее с помощью наших камер и телефонов.

А потом они уплывают.

Сердце раздувается до размеров ананаса. Я глубоко вдыхаю, пытаясь навсегда закрепить эти мгновения в памяти. Запах океана, порывы ветра, отблески солнечного света. В уголках глаз собирается влага, и. вроде бы, хочется думать, что это от ветра, но оказывается, не я одна вытираю слезы. На самом деле, оглядываясь вокруг, я с удивлением вижу, что даже Майя все еще здесь, и ее глаза тоже поблескивают.

Она ловит мой взгляд, и мы обмениваемся улыбками, одинаково смущенные тем, что наши эмоции прорвались наружу, но и странно связанные этим неповторимым моментом.

Мое внимание привлекает женщина в задних рядах, которую я раньше не замечала.

Дыхание перехватывает. Это же та самая старушка, которая нашла сережку.

Она стоит достаточно далеко, как будто и не участвуя в нашем маленьком празднике, но я уверена, что ей удалось увидеть, как выпускают животных. Улыбка, блуждающая на ее морщинистом лице, говорит об этом.

Я сглатываю и пытаюсь отыскать взглядом Майю, но она уже ушла. Я озираюсь по сторонам и замечаю ее уже у выхода на променад. Ее плечи поникли, а руки засунуты в передний карман той самой толстовки оверсайз.

Я снова смотрю на старушку. На ней тот же пояс с лопаткой, бутылкой воды и маленьким мешочком для находок.

Я напоминаю себе о тех гадостях, что Майя говорила о Джуде.

Я напоминаю себе, что эта милая старушка собирала мусор на нашем пляже не потому, что ей обещали что-то взамен, а просто потому, что это правильно.

Но потом я вспоминаю, как у Майи перехватило горло, когда она рассказывала, что серьги ей подарила бабушка.

В моем сердце вспыхивает война – короткая, но ожесточенная.

Люди начинают расходиться. Многие поговаривают о том, чтобы отправиться в «Ява Джайв» выпить кофе. Я протискиваюсь сквозь толпу и бросаюсь вслед за старушкой, которая тоже уходит.

Когда я подхожу к ней, она настраивает диск на своем металлоискателе.

– Прошу прощения?

Она поднимает глаза, и видно, что ей не сразу удается вспомнить, кто я такая, но потом узнавание отражается на ее лице теплой улыбкой.

– И снова здравствуй.

– Здравствуйте. Э-э… что вы думаете о возвращении животных в океан?

Не знаю, зачем я это говорю, но, наверное, лучше начать со светской беседы, чем сразу приставать с просьбой.

– Это потрясающе, – говорит она. – Я люблю Центр спасения и то, что они делают. Знаешь, за все эти годы, что я брожу по пляжам, мне довелось найти трех выброшенных на берег тюленей и калана. Хорошо, что у нас поблизости есть место, где могут прийти им на помощь.

– Вы тоже спасаете животных? О! Поразительно. Да вы прямо-таки героиня.

Она посмеивается.

– Всего лишь та, кто действительно любит этот город и его пляжи.

– То, что вы делаете, просто замечательно. Я имею в виду, помогаете содержать пляжи в чистоте. Наша уборка прошла на ура, но… вы, вероятно, собрали больше мусора за эти годы, чем все мы, вместе взятые.

Она пожимает плечами.

– Это помогает мне отвлечься от проблем. И к то– му же, мне нравится охотиться за сокровищами. – Она похлопывает по ручке металлоискателя. – Ты бы удивилась, если бы узнала, сколько всего тут можно найти.

Я вижу свой шанс и внутренне собираюсь, стараясь не слишком явно выказывать нетерпение.

– Кстати, об этом. Одна моя знакомая, из нашей школы, кое-что потеряла здесь пару недель назад. Сережку. С бриллиантом.

Женщина вскидывает брови.

– Эта вещь очень дорога для нее. Серьги принадлежали ее бабушке, которая умерла, и… в общем, это печально. Вы случайно не находили ничего подобного?

В какой-то миг, самый короткий, я думаю, что она солжет. В конце концов, настоящая бриллиантовая сережка, возможно, самая ценная из ее находок. Что с возу упало, то пропало, верно?

Но тут она делает шаг ко мне, даже с какой-то пылкостью.

– На самом деле, да. Я действительно нашла бриллиантовую сережку. Сразу после нашего разговора с тобой. Вон там. – Она указывает на то же место, где я видела ее подбирающей что-то ценное.

– О! Здорово. – Меня радует, что она совсем не расстроилась, узнав, что найденное сокровище принадлежит кому-то другому. – Это просто замечательно. Она будет счастлива!

– Но у меня ее больше нет.

Я выдерживаю паузу.

– Что?

– Я уже продала ее. Обычно я так и делаю, когда нахожу что-нибудь ценное. Отношу в ломбард на Седьмой улице. Я бы вернула вырученные за нее деньги, но… – Она морщится. – У меня и денег больше нет.

– Неужели? Но… это было только вчера вечером. – Я мысленно прикидываю. Если она продала сережку сегодня утром, а потом пришла сюда… значит, у нее оставалось не больше двух часов на то, чтобы потратить наличные. Что она могла сделать с такими деньгами? Мне отчаянно хочется спросить, хотя я знаю, что это не мое дело.

– Я знаю. Деньги обычно не так быстро ускользают из моих рук, – улыбается женщина. – Но, когда я вижу достойную цель, такую как помощь Центру спасения животных, не могу отказать себе.

Она жестом указывает на палатку.

Я слежу за ее взглядом. Роза беседует с журналистом. Квинт укладывает лишние мешки обратно в коробки. Шона…

Шона завинчивает крышку на стеклянной банке, почти доверху наполненной деньгами.

– О, понимаю.

Я с благоговением смотрю на женщину. Она находит бриллиантовую сережку – повезло, так повезло, – и продает за наличные. А потом сразу же отдает эти деньги Центру спасения животных?

Уму непостижимо. Может, номинировать ее на причисление к лику святых или что-то в этом роде?

Заметив мой взгляд, она смущенно качает головой.

– Просто мне больше не нужны деньги. Я получаю хорошую пенсию, мои дети выросли, у них свои семьи. У меня есть все, чего я могла бы желать в этой жизни. Когда случаются такие неожиданные находки, кажется, что само мироздание посылает их мне, чтобы я могла сделать с их помощью что-то хорошее. Я видела, как ты вчера раздавала флаеры, а сегодня стала свидетелем освобождения этих животных… ну, просто слишком много знаков от вселенной, которые я не захотела игнорировать.