Бубновая гильдия - Ксения Баштовая

— Почему? Все очень просто. Ни одна из гильдий, а тем более моя, таким не занимается. Я чту Кодекс чести гильдий и не хочу, чтобы завтра ко мне нагрянула городская стража, а послезавтра — собрался Совет гильдий. Так что… Я пришлю кого-нибудь забрать мои вещи. — И, уже выходя из таверны, тролль оглянулся: — Ашсьен, я надеюсь, ты понимаешь, что если из моих вещей хоть что-нибудь пропадет, завтра на твоем трупе обнаружат метку исполненного заказа Пиковой гильдии…

Дверь захлопнулась, отозвавшись гулким эхом, и наг обессиленно опустился на пол, тоскливо обвившись радужным хвостом. Он был разорен.

Настроение у Киринта было хуже некуда. Мало того, что тролль проспал за ночь часа два, не больше, так еще и Фрина с утра заявила, что она тяжело больна и вообще ничем по дому заниматься не будет. Конечно, единственным ее заболеванием было острое воспаление хитрости, но не будешь же выгонять девчонку пинками на улицу? Так что вести Звездочку к кузнецу Киринту пришлось самому.

Мастер споро сбил разболтавшуюся подкову и, пока Киринт изучающе-скучающим взглядом скользил по стенам кузницы, начал прилаживать вторую.

В какой-то момент троллю надоело рассматривать закопченные стены, он выглянул на улицу и… замер, увидев того самого гоблина, которого показала Фрина. Одетый в богатый охотничий костюм, незнакомец о чем-то тихо переругивался с молодой горной эльфийкой. Девушка, слушая сбивчивую речь гоблина, сидящего на коне, брезгливо поджимала губы, морщилась, но, похоже, уступать не собиралась. Наконец гоблину надоело стоять на месте, и он направился куда-то вниз по улице. Эльфийка поспешила за ним.

Киринт, не раздумывая ни мгновения, рванулся за ними, крикнув кузнецу:

— Приведешь лошадь к тридцать второму дому по улице Скхрона.

Роз разберется с оплатой.

Клиенты появлялись в особняке донны Эштас ближе к вечеру, когда спадала летняя жара, поэтому светлая эльфийка очень удивилась, когда слуги доложили, что к ней пришел посетитель. Женщина сделала легкий, нерабочий макияж и спустилась в холл. Каково же было удивление донны Эштас, когда она увидела на пороге главу Трефовой гильдии.

Отослав слуг, эльфийка осторожно поинтересовалась:

— Алексар, что ты здесь делаешь?!

— Илейшериа, ты будешь смеяться! — вздохнул тролль, опираясь на дверной косяк. — Представляешь, я продал свой дом, новый пока не купил, а таверну «Под сводами Храма» пришлось срочно покинуть. Пустишь пожить?

По губам главы Червовой гильдии скользнула усмешка:

— А расплачиваться чем будешь? — сладко мурлыкнула она, меряя трефового туза оценивающим взглядом.

— А ты как думаешь?

— Н-ну проходи… — рассмеялась она и посторонилась, пропуская его в дом.

Айзан, Рихар и Хэлле уже минут двадцать обсуждали, как попасть в особняк графа Папирэани. Джейт же в этот спор благоразумно не вмешивался.

— А я говорю, надо зайти с главного входа! — прошипел Рихар, бросая мрачные взгляды на огромное здание, украшенное колоннадой. — Просто постучать… а потом перерезать глотку каждому, кто встанет на пути.

— Собираешься залить кровью весь особняк? — фыркнула квартеронка.

Пиковый король пожал плечами:

— А что тебе не нравится?

— Все! — отрезала девушка.

Эльф тихо выругался (Джейт пренебрежительно фыркнул и чуть слышно пробормотал: «Учиться, учиться и еще раз учиться!»), а потом неожиданно резко спросил:

— По-твоему, я не смогу этого сделать? Да мне это раз плюнуть!

— М-дя… — задумчиво протянул Джейт, ни к кому особо не обращаясь. — Если бы понты могли светиться, в Алронде бы стояли белые ночи.

Киринт окинул задумчивым взглядом особняк. В отличие от Айзана, Рихара, Джейта и Хэлле, притаившихся подле одного из черных ходов, тролль стоял в небольшом переулке, выходящем прямо на главный вход в здание. Около получаса назад гоблин, отдав поводья коня горной эльфийке, пришедшей с ним, проскользнул в дом. Горная отвела лошадь куда-то в сторону, ну а тролль, следовавший за этой парочкой на почтительном расстоянии, остановился в переулке.

Требовалось попасть внутрь… Только вот как?

Мысль, что на дом можно напасть, наемник отмел сразу. Ничего хорошего в перспективе вырезать всех обитателей особняка, как, впрочем, и в том, чтоб тайком пробираться по комнатам, тролль не видел.

Идея пришла внезапно. Довольно хмыкнув, Киринт посмотрел по сторонам и, порывшись в карманах, нашел старый, заляпанный жиром лист бумаги… Месяца три назад Фрина составила список необходимых для дома покупок. Что-то Киринт приобрел, о чем-то попросту забыл — и вот теперь бумага могла пригодиться.

Окинув взглядом короткий (всего-навсего из пятидесяти наименований!) список, составленный «сестренкой» Роза за пару минут, тролль аккуратно сложил его. Конечно, для полной достоверности пригодилась бы печать, да вот где ее взять?

Киринт вздохнул и направился к парадной двери особняка.

Леорис с трудом приоткрыл глаза. Голова буквально раскалывалась от боли…

Когда юному виконту было около восьми лет, его начала мучить жуткая бессонница. Что только не перепробовали родители! И сказки рассказывали, и отварами поили, и магов приглашали. Бесполезно. Мальчишка целыми ночами пролеживал в постели, уставившись пустым взглядом в потолок… Болезнь прошла сама собой. Три месяца ребенок маялся, не в силах заснуть, а потом все как рукой сняло! О тех жутких, тягучих ночах у Леориса практически не осталось воспоминаний, лишь тихий шепот кормилицы, неспешно рассказывающей древние сказки, да головная боль, возникающая после глотка сон-травы, приносившей облегчение всего на час, не больше.

Вот и сейчас… Леорис зажмурился, пережидая новый толчок боли, а потом резко распахнул глаза. И удивленно стал озираться, пытаясь понять, где он оказался. Небольшая комната, грубо оштукатуренные стены и два горных эльфа, не отрывающие подозрительных взглядов от привязанного к стулу виконта.

— Надо же! Очнулся! — фыркнул один, мальчишка лет шестнадцати на вид. — Ну что, джальдэ,[14]будешь деньги отдавать?!

Второй, хрупкий полукровка, только хмыкнул насмешливо.

Виконт замотал головой, судорожно пытаясь понять, видел ли он когда-нибудь эту странную парочку, и пришел к неутешительному выводу, что не видел. С трудом отмахиваясь от головной боли, он осторожно поинтересовался:

— М-мы знакомы?

Если бы в этот момент виконта Айдорского увидел его отец, он бы собственноручно придушил сына. Нынешний граф Хитанский, получивший сей титул после гибели старшего брата в Ночь Алого Платка, в свое время прошел очень длинный путь от простого солдата до полковника личной гвардии императора Гьерта, а потому ему был совершенно непонятен миролюбивый характер Леориса. Он и в Алронд его послал, надеясь, что сын, обученный у лучших мастеров фехтования, ввяжется в пару-тройку дуэлей и хоть чуточку укрепит характер. Увы, чаяниям бравого вояки, похоже, сбыться было не суждено…