Игры в жизнь - Александр Чубарьян

— Сейчас на том склоне термик поймаем, — послышался в наушниках голос Крейзи.

— Чего? — не понял Вампир.

— Ничего. Сиди и кайфуй! — проорал Крейзи, и Вампир про себя выругался.

Через двадцать минут они уже были на высоте около семисот метров. Страх не проходил, и Вампир молчал, слушая, как довольный Крейзи орет в микрофон:

…Разбежавшись, прыгну со скалы

Вот я был, и вот меня не стало

И когда об этом вдруг узнаешь ты

Вот тогда поймешь, кого ты потеряла…

— Заткнись! — крикнул Вампир.

Крейзи понял состояние Вампира, сам когда-то был чайником и взлетал в первый раз.

— Не ссы! Расслабься! Лучше покричи чего-нибудь.

Вампир подчинился и с минуту орал бессвязные фразы, а потом…

Страх прошел, на его место пришло необычное ощущение чего-то свободного, захватывающего дух.

Вампир вдруг понял, что это действительно кайф: тело расслабилось, и Вампиру даже показалось, что он летит сам, без парамотора, без параплана, без сидящего за спиной Крейзи.

Словно ангел.

От этой мысли Вампиру стало смешно, и он расхохотался.

— Ты чего? — раздался обеспокоенный голос Крейзи, подумавшего, что его пассажир сошел с ума.

— Летим!!! Крейзи, летим!!!

Крейзи облегченно вздохнул: все нормально, страх перед высотой прошел.

— Сейчас в облака заходим.

И правда, через пару минут они вошли в облака. Густой туман со всех сторон окружил обоих парапланеристов, Вампир опять почувствовал… нет, не страх, скорее неуверенность.

— Слышь, Крейзи, — позвал он пилота. — А в нас самолет не въе…тся?

— Мы не в том коридоре летим, здесь нет самолетов, — ответил Крейзи, смотря на пристегнутый к поясу GPS — прибор-навигатор.

Вампир успокоился.

На губах и щеках он почувствовал капельки влаги, освежающей и немного щекочущей.

— Дождь идет?

— Нет, здесь влажность высокая. Смотри, Вампир, скоро на точку выходим.

Шум мотора стих.

Они начали опускаться. Через несколько минут Вампир различил стоящий на земле черный «БМВ» Тимура и фигурки нескольких человек, стоящих вокруг него. Страха перед высотой уже не было, была радость и гордость за себя, за то, что смог преодолеть этот страх.

Приземляться они не стали, Крейзи достал рацию и крикнул в нее:

— Птица, Птица, я Небо, прием!

— Небо, я тебя слышу! — Голос Лебедя услышал в наушниках и Вампир.

— Птица, все в порядке, летим обратно.

— Небо, как пассажир?

— Отлично!

— Хорошо, Небо. Ждем вас на первой точке.

Знакомый рев мотора — и снова в облаках. Через двадцать минут они были там, откуда взлетали.

Там уже их ждали Тимур и Лебедь, у которого в руках был знакомый футляр от кинокамеры.

Лебедь передал футляр Вампиру и еще раз напомнил про осторожность с оружием. Вампир согласно кивнул, и Тимур с Лебедем уехали опять на точку, а Вампир стал помогать Крейзи собирать параплан.

И снова разбег, снова взлет, но уже не было страха, был лишь восторг от полета, от такого прекрасного ощущения свободы.

А когда они поднялись в облака, Вампир открыл пристегнутый стальной цепочкой к поясу футляр и стал осторожно собирать винтовку.

Держать ее было жутко неудобно, но Вампир исхитрился и уложил ствол себе на ноги, зажав его между коленями.

— Собрал? — спросил Крейзи.

— Да. А что?

— Спускаемся. Готовься.

Они вышли из облаков, но мотор Крейзи не выключал и парил на одной высоте.

— Давай, — мы на точке.

Вампир ничего не видел, но раз так говорит прибор…

Он откинул одной рукой забрало и прильнул к окуляру оптического прицела.

Тот и впрямь оказался мощным. Вампир четко увидел и машину, и стоящих возле нее Лебедя, Риту, Дена, Макса. Сбоку от перекрестия электронная таблица показывала расстояние до объекта и еще какие-то данные.

Крутой прицел.

Только Вампиру эти данные на фиг были не нужны.

Вампир покрутил слегка колесико прицела, и тот, не теряя четкости, приблизил стоящих на земле людей.

Теперь можно было различить даже номера на машине.

Перекрестие прицела сместилось на голову Лебедя. Как легко сейчас нажать на спуск и одним движением пальца…

Нет. Если и надо будет так сделать, то не сейчас.

Вампир усмехнулся и чуть повернул винтовку в сторону. Теперь он видел и два кулька с нарисованными на них силуэтами фотомоделей разного цвета.

Одна девка на красном фоне, другая на зеленом. Сначала красный, потом зеленый… Ствол слегка подрагивал, удержать такую тяжесть было непросто.

Вампир выдохнул и навел прицел на один из кульков. Плавно нажал на спуск и сразу же перевел прицел на второй кулек.

Еще выстрел. Вампир не видел, попал ли он второй раз; он крикнул в шлемофон «Поднимай!» и прижал винтовку к груди.

Параплан сразу стал набирать высоту и через три минуты уже скрылся в облаках.

— Ну как? Попал? — услышал Вампир голос Крейзи.

— Не знаю. Наверное.

Еще несколько часов назад Вампир помышлял над тем, не промахнуться ли ему специально, чтобы все-таки выполнить акцию в «классике», но теперь…

Теперь он, полностью попавший в плен непривычных и завораживающих ощущений полета, хотел связать этот полет с выполнением акции.

Наверное, такое желание испытывает поэт, узнавший, что может писать музыку, и пытающийся положить на нее свои строки.

— Птица, Птица, я Небо, прием!

Рация находилась у Крейзи, но он, поднеся ее ко рту, приблизил тем самым ее к микрофону, встроенному в шлем.

— Небо, прием.

— Как результат, Птица?

Вампир замер, боясь пропустить хоть слово. Впрочем, оно было одно.

— Молодцы! — раздался голос Лебедя; это означало, что все прошло так, как задумывали.

— Йехуууууу! — заорал Крейзи.

— Хай-яяяяяя! — вторил ему Вампир. Оставалось две проблемы: первая — это погода, вторая — это наличие жертв на улице в нужный момент.

Погода не подвела.

Вторую проблему решили быстро: три тысячи долларов и угроза потерять свою жизнь и жизнь дочери заставили секретаршу Никольского в нужный час вывести обоих на улицу, под небо, где парили их убийцы.