Дикий легион - Григорий Шаргородский

Приор до меня так и не добежал. Подняв облачко пыли, он резко развернулся и побежал обратно, выкрикивая команды. Бедлам мгновенно прекратился. Центурионы при виде живого и здорового легата ощутили уверенность в себе, а легионеры быстро вспомнили о дисциплине под грозными взглядами, рычанием, а порой и пинками своих командиров.

– Кот, ты с ребятами и Гобоем – тоже со мной, и пусть кто-нибудь подготовит колесницу, что-то мне надоело бегать на своих двоих. Да, еще, приведите ко мне хаосита, нам есть о чем поболтать.

– Илья, – наконец-то оживилась Тири, – он не вино…

– Тири, не лезь, куда тебя не просят. Иди вон помоги запрячь колесницу.

Хаосита долго искать не пришлось. Кот лично приволок горе-учителя, буквально транспортируя его волоком за шиворот. Бросив перепуганного мужика мне под ноги, декурион встал рядом с самым зверским выражением на зеленоватой морде. А когда за моей спиной появился вызванный Медведем Утес, хаосита начала бить мелкая дрожь. Все знали, что здоровяк относится к Тири с практически отеческой заботой, так что Ораду было о чем беспокоиться.

– Что ты сделал с Тири? – без вступления сразу перешел к делу я.

– Я ничего не делал, – залопотал хаосит. – Она сама провела ритуал посвящения, который нашла в книге, мне пришлось вмешаться только потому, что девчонка сделала несколько серьезных ошибок и могла погибнуть.

– Что за ритуал?

– Это полное посвящение нашей богине и установление прямой связи с первородным хаосом. Тому, кто прошел ритуал, открываются удивительные возможности даже без природного таланта и долгого обучения.

– И какова цена за короткий путь к силе? – сразу уловив суть, спросил я о главном.

– Сейчас она видит многое из того, что простому человеку не дано. Ее душа связана с хаосом, и прежней она уже не будет.

– Понятно, – раздраженно отмахнулся я, – чем ей это грозит?

– Жизнь ее теперь хранит сам хаос, но жизнь эта радостной не будет, – явно какой-то цитатой ответил хаосит, чем взбесил меня еще больше.

– Что значит не будет радостной?!

– Она не сможет создать семью.

– В смысле – стала бесплодной? – уточнил я. – Ну, это, конечно, беда, но и с обычными женщинами такое случается.

– Она не бесплодна, – мотнул головой Орад. – Любой мужчина, который разделит с ней ложе, умрет.

Даже так? Неприятно, конечно, но не смертельно. Хотя для женщины семья и дети значат больше, чем для мужчины, и выводы делать рано.

– А можно как-то вернуть все назад? – спросил я на всякий случай.

– За всю историю нашего ордена было больше сотни таких попыток.

– И сколько раз получилось? – поторопил я замявшегося хаосита.

– Три.

Да уж, безрадостная статистика. Ладно, проблемы Тири будем решать тогда, когда закончим с общей угрозой, но внушение этому энтузиасту все же нужно сделать:

– Слушай меня внимательно, теперь ты следишь за Тири и днем и ночью. Если заметишь, что с ней хоть что-то не так, – либо сам вмешиваешься и не даешь ей сотворить очередную глупость, либо предупреждаешь меня. В общем, в случае смерти девочки ты не проживешь и часа. Все понятно?

Хаосит согласно закивал, и на этом я вышвырнул данную проблему из головы.

За время моей беседы с Орадом передовой отряд успел подготовиться к выдвижению. Да и легион тоже подходил к финальной части сборов. Всех тормозили Тири и Турбо, которому дай волю, он даже бараки разберет и заставит диких переть панели на своем горбу. Что уж говорить о казне и наших продуктовых запасах. Жаль, что продуктов не так уж много, – никто не рассчитывал на такое авральное бегство.

Напомнив Медведю и Вайлету, что нужно поторапливаться, несмотря на жадность гнома, я забрался на колесницу и направил лошадь по дороге к рыбацкому поселку. Штурмовая декурия бежала впереди, освещая дорогу факелами. Разведчики как растворились в темноте, так до цели нашего пробега я их и не увидел, что было очень похвально. За колесницей, громыхая железом, двигалась центурия легионеров.

Не знаю, что в это время творилось в городе, но принцу явно было не до нас. Судя по всему, именно поэтому он и выделил на мое задержание такие малые силы, понадеявшись на коварство плана. И все же меня не покидало ощущение, что предоставленная нам судьбой фора катастрофически мала. В лучшем случае утром, а в худшем – через пару минут новый правитель королевства направит в погоню пару сотен гвардейцев с поддержкой конных рыцарей и магов.

Как бы то ни было, ускоряться нужно до предела.

Когда наша странная процессия остановилась возле хижины рыбака, то была встречена ощерившейся острым железом декурией легионеров. Дожидавшиеся утреннего выхода в море подневольные рыбаки показали себя с лучшей стороны и успокоились, лишь когда опознали меня и злобную морду Утеса.

– Где старик? – спросил я и получил ответ уже от самого рыбака, который, щурясь от света факелов, вышел из хижины.

– Что случилось, господин?

– Беда, мастер Волус. В городе переворот, и нашему легиону более не рады в вашем королевстве. Мы уходим, но на новом месте нам очень понадобится опытный рыбак. Вам нужно решить, помогать ли нам и уходить с насиженного места или отойти в сторону.

Старый рыбак задумался и через десять секунд уточнил:

– Там, куда вы уйдете, люди-то будут или придется всю жизнь смотреть на эти зеленые рожи?

Выражение изрезанного морщинами лица было таким добродушным, что резкие слова вызвали у диких лишь тихий смех.

– Если их нет сейчас, то скоро появятся, так что рожи будут разного цвета.

– Тогда я с вами. Не хочу, чтобы внук снова голодал. Что нужно делать?

– Вы знаете, где на реке находится зимняя стоянка боевых кораблей?

– Вон оно что… – хмыкнул старик.

Как оказалось, о стоянке он знал более чем достаточно, потому что еще в юности, как и все рыбаки, подрабатывал там чернорабочим. По его словам, в это время на стоянке не бывает больше сотни человек, включая мастеров по ремонту кораблей.

Если так, то ждать подхода всего легиона смысла нет.

После короткого военного совета я разделил разведчиков на две чести. Одна дожидается основной отряд легиона и прикрывает его арьергард, а вторая вместе с Гобоем пойдет снимать охрану корабельной стоянки. В случае неприятностей их поддержат штурмовики и легионеры.

Захват стоянки кораблей я успел увидеть лишь мельком, да и то только потому, что Гобой с разведчиками где-то опростоволосился. К берегу реки подходили по заросшей травой дороге, на которую указал старый рыбак. Когда в воздухе запахло тиной, старик просто ткнул в темноту пальцами и сказал, что до цели нашего марш-броска осталось метров сто и нужно гасить факелы, а то заметят.