Штык - Ежи Тумановский

Постепенно становилось всё жарче, а дышать — всё труднее. Штык ощущал, как на лбу выступают капли пота, как пересыхает горло и появляется жжение в носу. Ветер внезапно сменил направление и накрыл маленький отряд облаком бледно-жёлтого дыма, от которого немедленно начали слезиться глаза и перехватило дыхание. Земля под ногами тоже стала сухой. Каждый шаг крошил вроде бы монолитный пласт земли в мелкий серый песок, из-за чего казалось, что под ногами постоянно что-то проваливается.

Впереди что-то непрерывно оглушительно трещало, а где-то далеко справа шипело, как скопище гигантских гадюк.

Но своих провожатых Штык пока всё ещё слышал.

— Нельзя больше влево, — говорил Хомяк, — потерпи ещё немного, давай прямо хоть немного пройдём.

— Хватает, прям хватает, — отвечал Буль, но переставал давить, и некоторое время они шагали прямо.

— Всё, легчает с моей стороны. — Хомяк сам начинал смещаться влево и тянул за собой весь отряд.

— Ну спасибо, едва вытерпел, — отвечал счастливым голосом Буль, с трудом переводя дух. — А может, дальше вот на ту палку двинем? Видишь, из земли торчит?

Ухватившись за куртки своих солдат, Штык медленно брёл, низко опустив голову, постепенно проваливаясь в какое-то опустошённое, похожее на транс состояние. Дозиметр стрекотал непрерывно, и от этого звука, от этого монотонного движения и жаркого пыльного воздуха перед глазами медленно набухала чёрная клякса. А за этим чернильным пятном, где-то там, в беспросветной темноте, вдруг начало проявляться мужское лицо. Сперва просто наметился общий контур, потом просветлели глаза, за ними линия носа и губы. Серые глаза-точки смотрели требовательно, словно спрашивали: кто и зачем рассматривает то, что видеть нельзя. Мужчина выглядел измученным, но спокойным. Как человек, потративший все свои силы без остатка, потом сумевший сделать запредельный рывок на остатках воли и всё-таки решить невыполнимую задачу.

Затем перед глазами появилась двойная светящаяся спираль, и лицо на её фоне поблекло. В ушах появился шум падающей воды, капель дождя и странные ритмичные всплески. Чувство жажды притупилось, словно звук живой воды смягчил страдания от жажды, напоил если не тело, то разум абсолютно реалистичной звуковой галлюцинацией.

Через какое-то время иллюзия пропала. Как долго она длилась, Штык не знал. Он в состоянии полной прострации переставлял ноги, не ощущая страданий ни от жажды, ни от жары, ни от пыльного, перемешанного с дымом воздуха.

В один из моментов движение вдруг прекратилось, и Буль совершенно измученным голосом, сказал:

— Ну и куда теперь? Со всех сторон просто страх как колет.

— Похоже, что всё, прохода больше нет, — едва слышно отозвался Хомяк. — Давай немного передохнем, попробуем вернуться к той фиговине, что песком плевалась, и там двинем через кучу камней, как я сразу предлагал.

Некоторое время они стояли, сцепившись руками и слегка покачиваясь от резких порывов обжигающего ветра. Попробовав поднять голову и оглядеться по сторонам, Штык вдруг отчетливо осознал, что не знает, сколько времени они провели на Поле Чудес. Вокруг было темно как ночью, но постоянные вспышки красного, жёлтого и синего огня превращали эту ночь в какой-то дикий, фантасмагорический карнавал.

— Смотрите! — сказал вдруг Хомяк. — Смотрите! Там кто-то идёт!

Штык повернул голову в ту сторону, куда показывал пальцем «рядовой». Прямо среди электрических разрядов и огненных вспышек медленно брёл человек. Его куртка была порвана в нескольких местах и, кажется, даже прострелена.

В правой руке человек держал автомат с погнутым и разбитым оптическим прицелом. Понимая, что тихо сходит с ума, Штык разглядел сквозь контур тела незнакомца вспышку электрического разряда.

— Привидение! — шепотом вскрикнул Буль и присел на корточки.

Словно услышав Буля, «привидение» остановилось, осмотрелось по сторонам и вдруг уставилось прямо на людей. Цепенея от ужаса, Штык смотрел в знакомые серые глаза-точки, и, словно в ответ, перед мысленным взором вдруг начала расплываться чёрная клякса.

Но ничего страшного не произошло. Призрак вдруг приложил руку к голове, постоял так несколько секунд и вдруг повернулся в сторону ближайшей к людям аномалии. Сделав быстрый жест, словно перечеркивая косым крестом лёгкое багровое марево, парящее в воздухе, как огромная медуза, призрак сделал вид, что поднимает что-то с земли и бросает перед собой. И тут же следом быстро прошёл через багровое свечение.

— Кто-нибудь понимает, что он делает? — озадаченно вопросил Хомяк.

— Кажется, я понимаю, — сказал вдруг Штык. — Слышал когда-то, что якобы есть такие матерые сталкерюги, что знают, как временно деактивировать аномалии. Сам не видел, всегда думал, что это байки.

Тем временем призрак вернулся и остановился у небольшого холмика. Он словно всматривался куда-то в даль, потом что-то беззвучно выкрикнул, резко дёрнулся, упал навзничь, изогнулся в судороге. И исчез.

— Такое впечатление, что пулю в грудь получил, — сказал Буль. — Видимо, так и погиб. Ну что, попробуем рецепт от покойничка?

— А вы видели его лицо? — спросил Хомяк. — Человек погиб, но выполнил свой долг — вот какое у него лицо. Сделал всё, что смог, и получил как награду две пули в грудь. Вот это смерть! Настоящая. Не в кровати со стаканом воды.

Хомяк поднёс руку к груди, словно показывая, куда должны попасть пули для «правильной» смерти. Глядя на его восторженное, почти благоговейное лицо, Штык вдруг понял, как неверно представлял себе внутреннюю суть Хомяка.

— Слышь, ты, пламенный любитель трупов, может, попробуем рецептик от привидения? — громко переспросил Буль.

Хомяк без звука поднял с земли камень, постоял в нерешительности, пытаясь сообразить, как правильно его кинуть в аномалию, потом немного наклонился и сделал резкое движение рукой, словно пуская «блинчики» на воде.

Камень мелькнул над багровым свечением и вдруг рассыпался в мелкое крошево, осыпав аномалию фонтаном ярких искр. И аномалия исчезла, как не было её.

— Получилось! — обрадовался Буль. — Ну, теперь пойдём как по бульвару!

— Стоять! — схватил его за рукав Хомяк. — Проверить сперва надо. Я его не чувствую, но тут со всех сторон так дергает…

— Да что тут проверять? — возмутился Буль. — Была аномалия? Была. Привидение показало, как её грохнуть? Показало. Вперёд!

— А привидение тебе справку об окончании курсов уничтожителей аномалий показало? — Хомяк, чувствуя некоторое превосходство, говорил твёрдо и уверенно. — Я не думаю, что аномалию так легко убить. Иначе не было бы никаких аномалий. Это скорее как конденсатор: мы можем заставить его разрядиться.

— Ну, завел пластинку. Не умничать надо, а действовать!

— Ефрейтор Буль! — В другое время Штык с удовольствием посмотрел бы на эту перепалку, но сейчас время было явно неподходящим. — Старшим до выхода с Поля Чудес временно назначается рядовой Хомяк.