Демоны Антарктоса - Джереми Робинсон

— Ты не можешь, — сказал он, взяв ее за руку.

Уитни подняла голову. Энки вновь начал снижаться.

— Я не хочу, чтобы мама тебя потеряла, — сказала она. — Ведь вы только что нашли друг друга.

— Я твой отец, Мира. Это мое дело.

Уитни показала на лежащую Эйми.

— Она нуждается в тебе больше, чем во мне, папа. Неужели ты не видишь дара, который получил после стольких лет?

Но решимость Меррилла лишь окрепла.

— Нет, ты не можешь. Ты еще не готова.

Уитни поняла. Отец тревожился о ее бессмертной душе. Она улыбнулась.

— Если Бог существует, если Он столь милосерден, как ты думаешь, тогда для меня еще остается надежда.

Глаза Меррилла стали влажными.

Уитни поцеловала его в лоб.

— Отпусти меня.

— Нет. — Пальцы Меррилла сжались так крепко, что Уитни пришлось вырвать руку.

Слезы брызнули из его глаз. Он в последний раз видел свою дочь. Оба это понимали. Меррилл на глазах слабел, сказывалось действие пурпурной пыли.

«Тем лучше», — подумала Уитни. Она не хотела, чтобы он увидел, как все закончится.

Энки вновь несся ей навстречу. Она схватила две гранаты, перебежала на корму и, дернув чеку, швырнула одну в сторону исполина. Недолет! Фонтан воды ударил вверх и рассыпался брызгами, не причинив гиганту ни малейшего вреда.

Теперь, когда она не прикрывала лицо рукавом рубашки, наркотик действовал стремительно. Мышцы Уитни стали непослушными, в мозгу проплывали странные образы. Она заставила себя сконцентрироваться, но в этот момент ее подхватили две могучие руки. Ветер разметал ее волосы и засвистел в ушах. И все же она помнила, что нужно сделать.

— Неужели ты думаешь, что от нас можно сбежать, дочь Ноя? И что ваше жалкое оружие для меня опасно?

— А кто сказал, что я метила именно в тебя?

Энки зарычал от злости.

— Бог попросил передать тебе послание, — засмеялась Уитни.

Черные крылья развернулись, и исполин, словно громадный нетопырь, завис в пятидесяти футах над водой. Желтые глаза вперились в Уитни.

— И в чем оно состоит?

Уитни постучала пальцем по железной пластине на его груди.

— Я положила его сюда.

Энки открыл рот, чтобы съязвить, но почувствовал, что под доспехом перекатывается что-то твердое.

— Что ты сделала?

— Тебе следовало бы надеть шлем, — пробормотала она заплетающимся языком.

В первый раз она увидела на лице исполина выражение ужаса. Сейчас это бездушное мерзкое существо превратится в прах. Энки разжал руки и поднес их к голове, а потом стал судорожно срывать доспехи, однако они не поддавались.

Мира летела вниз, чувствуя, как желудок сжался и все тело холодеет то ли от наркотика, то ли от пронзительного ветра. Через долю секунды сверху ударила волна жара, ускорившая падение. Потом ее окутала ледяная пелена. Угасающее сознание с трудом складывало кусочки головоломки в подобие чего-то целого. Она упала в озеро? Но не было ни жжения в легких, ни шума в ушах. Она медленно погружалась в пропасть. Какое мягкое дно — именно такой была ее последняя мысль.

Перед глазами Меррилла клубился туман, но он все-таки успел увидеть последние мгновения жизни своей дочери. На его глазах Энки подхватил ее и взвился в воздух. «Что он собирается сделать? — подумал Меррилл. — Может, хочет съесть ее живьем?» А потом… Мирабель упала в воду с огромной высоты. А через мгновение властителя Антарктоса разнесло на куски. Обугленный, лишенный головы труп рухнул в озеро — подобно демону, низвергнутому с небес. Меррилл подполз к борту, пытаясь разглядеть в воде тело своей девочки. Там, где она упала, озеро было гладким и блестело как зеркало.

Его дочь утонула.

У Меррилла не осталось сил даже для рыданий. Он повалился на палубу рядом с остальными. Лодка медленно дрейфовала по течению, которое несло ее к океану.