Эти ведьмы не горят - Изабель Стерлинг

– Их в Салеме нет. По имеющимся данным, они улетели во Флориду два дня назад, сразу после пожара. Мы считаем, что они охотятся на семью Кровавых Ведьм под Брейдентоном. Мы их остановим. – Арчер наконец заглядывает мне в глаза. – Очень жаль, что я не смог обезвредить их раньше.

– Вам должно быть жаль. – Горло сжимается, и я откашливаюсь, чтобы избавиться от нервного комка. – Что вы принесли?

Арчер протягивает мне пакетик, словно только что вспомнил о нем, и заливается краской.

– Лорен просила передать. Она хотела навестить тебя, Ханна, но твоя мама не позволила. Кэл тоже шлет наилучшие пожелания. – Он протягивает мне пакетик.

– Когда вы собирались рассказать мне о Кэле? Давно он на вас работает? – Я вспоминаю, какое удивление изобразил Кэл, когда я намекнула, что ему, вероятно, нравится Арчер. Сейчас реакция парня куда понятнее.

– Мистер Моррисси поступил на службу в Совет восемнадцатилетним. Напарниками мы стали месяц назад, когда я приехал в Салем. Кэл очень нам помог: мы смогли достаточно быстро выйти на тебя и Веронику. Без него я не успел бы доработать отслеживающий наговор.

– Пожалуйста, передайте Кэлу мою благодарность. Вряд ли я в ближайшее время доберусь до работы.

Когда Арчер кивает, я ложусь удобнее и сосредоточиваю внимание на подарке Лорен. Скотч срываю дрожащими руками. Разворачиваю голубую папиросную бумагу и вижу серебряную цепочку с подвеской-камешком. И записку.

– Вы ее читали?

«Риска нет? Я смогу прочесть послание, не сорвавшись? Что же Лорен написала?»

– Не спеши. Я подожду.

На карточке – почерк начальницы. Стоит прочесть первую строку, как на глаза наворачиваются слезы. Я смаргиваю их, старательно обуздываю эмоции и читаю.

Ханна!

Прими мои глубочайшие соболезнования. Понимаю, это мелочь, но, надеюсь, ожерелье немного тебя утешит. Оно с черным турмалином из моей личной коллекции. В самые трудные минуты он всегда давал мне необходимую поддержку. Пусть турмалин придаст тебе сил. Если я могу хоть чем-то тебе помочь, пожалуйста, обращайся.

Благословляю тебя!

Лорен

Сердце екает так, что становится трудно дышать. Папа всегда держал на тумбочке оберег из черного турмалина. Но камешек уже не найти: наверняка пропал на пепелище, в которое превратилось все наше имущество. Я сжимаю ожерелье в ладони.

– Ханна, ты как, ничего?

Смотрю на Арчера. Надо же, чуть не забыла о его присутствии.

– Да. – Я смахиваю слезы. Магическая сила до сих пор ко мне не вернулась, но подарок Лорен подпитывает энергией. – Хочу кое-что сказать вам об Ордене.

Арчер кивает, продолжай, мол.

– Охотники… У них новые планы.

– О чем ты?

– Они разрабатывают препарат. Средство, которое лишит кланы магической силы. – Содрогнувшись, я прижимаю турмалин к сердцу. – Навсегда.

Детектив чертыхается.

– Холл говорил, на каком они этапе? Когда препарат будет готов окончательно?

– Не знаю. Бентон сказал, что наша с Вероникой гибель должна стать знаковой. Тогда Охотники больше не будут прятаться. – Я зажмуриваюсь, призываю воздух, но не чувствую ничего. – Их неведомый препарат действует сильно.

Арчер что-то записывает в блокнот.

– Я запрошу пробу крови, которую у тебя взяли при поступлении сюда. Мы проведем анализ и выясним, с чем имеем дело. Грядет война.

– Детектив Арчер!

– Да?

– Все так серьезно?

Он вздыхает.

– Да, Ханна, серьезно. – Он встает и запускает руки в карманы. – Но это не первая попытка Охотников нас уничтожить. Без боя не сдадимся.

30

Мне здесь не нравится.

Передо мной – фермерский коттеджик с белым сайдингом и желтыми наличниками. Вроде бы сама приветливость, а меня от него воротит. «Мы тут временно». По крайней мере, я повторяю это снова и снова, только легче не становится.

Это не мой дом.

– Пошли, Ханна! Честное слово, все не так плохо, как кажется.

Мама ведет меня к парадной двери и широко ее распахивает. Переступает порог, оставив дверь открытой.

После того как меня выписали из больницы, мы жили в отеле, но потом Совет в кои-то веки сделал что-то полезное и нашел нам съемное жилье. Я делаю глубокий вдох, и воздух подпитывает меня энергией. Пять дней прошло с тех пор, как меня едва не сожгли заживо. Пять дней – и магическая сила только начинает возвращаться. Капля за каплей.

– Ханна, давай! – зовет меня мама. – У меня для тебя сюрприз.

– Иду! – Я плетусь по кривой подъездной дорожке и поднимаюсь по ступенькам на крыльцо. Мама отчаянно бодрится, но я вижу, что скрыто за бравурной маской. Очень хочется ей помочь. Хочется помочь нам обеим. – И где невероятный сюрприз?

Она показывает в конец коридора.

– В твоей новой комнате. Вторая дверь слева.

«В твоей новой комнате». Сдерживаю острое желание напомнить матери, что новую комнату не хочу. Мне нужна моя старая комната, старая одежда, старая жизнь. Но мама старается, и я тоже должна.

Уродский бежевый ковер продавливается под подошвами моей обуви. Я толкаю дверь и морщусь от скрипа.

– Сюрприз! – Джемма скачет ко мне на одной ноге, приподняв вверх загипсованную. – Рада видеть, что ты снова в строю. А то все сачкуешь, сачкуешь!

Приветствия режут мне слух, но я растягиваю губы в улыбке и позволяю сжать себя в объятиях, таких крепких, что спина трещит.

– Что ты тут делаешь? – Стараюсь, чтобы вопрос прозвучал тепло, но не уверена, что получилось.

– Слегка жилище обустраиваю. – Подруга свистит, из-за шкафа выходит Морган с костылями Джеммы в руках. – Мы решили, что немного домашнего уюта этой комнате не помешает.

– Что вы?..

Внезапно я понимаю, что именно они сделали.

Шкаф полон, буквально забит вещами, которые мне нравились. Здесь и футболка с изображением кубика Рубика, и худи с логотипом Массачусетского университета. Мои любимые джинсы и брюки для йоги. Точнее, новые экземпляры, дублирующие сгоревших любимчиков.

– Как вам это удалось?

– Заслуга в основном Джеммы. Она подслушала, как твоя мама говорит Арчеру, что тебе необходима новая одежда, и сказала, что покупками можем заняться мы. – Морган протягивает Джемме костыли. – Мы не хотели устраивать тебе засаду.

– Но засада была изюминкой замысла. – Джемма закатывает глаза и ковыляет к шкафу. – Смотри, я купила даже футболки с идиотскими прикольными надписями. Я заставила Морган соврать, что они для нее.