Сдаюсь на вашу милость - Екатерина Полянская

Кот помалкивал, но смотрел как-то подозрительно.

Весть о нашем браке наделала не много шума. Ант был прав, от Эда ожидали чего-то подобного. Посмеялись, отпустили пару шуточек, кое-кто получил в нос… позавтракали и поехали дальше. Ситуация поменялась только для меня: путь я продолжала как жена богатого человека, первая, что тоже важно, и держаться требовалось соответственно. Чтоб их всех с этими традициями!

Дворцовый комплекс окружало несколько стен, и у каждых ворот нас продержали некоторое время. Антшесс с капитаном, перебивая друг друга, четырежды пересказывали нашу историю. Каждый раз человек в форме ходил к кому-нибудь более главному спрашивать, что с нами делать. Было жарко, шумно, нервно и вообще удивляюсь, как мой Змей еще никого не покусал. Я же клевала носом и готова была уснуть прямо стоя.

Через два часа мы переступили порог холла. Мы — это невеста с семьей и пара охранников. Больше никого не допустили.

Там у Эддара забрали плащ и напоили нас всех прохладной водой с едва уловимым фруктовым привкусом.

— Повелитель желает немедленно видеть девочку и ее опекуна. — Из аркообразного прохода возник невысокий тип в широких бледно-желтых одеждах. Мы попытались пойти все вместе, но он заступил мне дорогу. — Только их. Кота тоже заберите. Вас проводят в гостевые комнаты.

Ненавижу султана. Ненавижу церемонии.

Хорошо, что нам с Антом не придется здесь жить!

В итоге один из воинов пошел с ними, а другой отправился со мной. Хотел и Пада помочь нести, но тот вцепился в меня когтями и зашипел. Ай! Мое лучшее платье! Точно состригу когти.

— Ма-у-у-у!

— Ну и наглая тварь, — оценил солдат. — Вряд ли госпоже позволят ее оставить.

Тотем в моих руках замер.

— Повежливее, этот кот дорог девочке как память о родных, — одернула холодно я.

Служанка помогла мне устроиться, попробовала выудить немного информации, не преуспела и ушла. Воин остался по ту сторону двери. Я отцепила от себя шокированного кота и присела на один из низких диванчиков.

Потекло мучительное ожидание.

И оно казалось бы еще дольше и тяжелее, если бы тотем не нудел:

— То есть как ей не позволят меня оставить?! А? Нас же нельзя разлучать… — Он сидел на полу напротив меня, обвив лапы внушительным хвостом и прижав ушки к лобастой голове.

Рыжее очарование, как есть.

— Эйза?

— Успокойся, Эд все решит. — Я почему-то была полностью в этом уверена.

Сколько у нас уже было проблем — и ничего, стараниями василиска все улажено.

Кошак зыркнул на меня недоверчиво, шевельнул усами и отправился инспектировать покои. Огромные, они были поделены на мужскую и женскую половины. Я осталась сидеть в общей гостиной, поэтому пока так и не узнала, чем они отличаются. Зато обратила внимание, что перед котом будто сами собой открываются двери. А он словно и не замечает этого. Привязывание к Шанет явно пошло ему на пользу. Он стал сильнее.

Он обошел каждую комнату, обнюхал каждый угол, судя по звукам, запрыгнул куда-то и спрыгнул обратно. Я поймала себя на том, что прямо сейчас больше слежу за передвижениями пушистого нарушителя порядка, чем маюсь в ожидании. Кот же появился в пределах видимости через несколько минут, недовольно помахивая хвостом. А брезгливое выражение его морды не поддается никакому описанию!

— Мне здесь не нравится, — с непередаваемым чувством собственной важности изрек тотем.

Честно говоря, мне тоже. Что никак не отменяет необходимости срочно припомнить кое-кому хвостатому его место!

— Скорее всего, когда будут утрясены все формальности, Шанет переведут в гарем.

Логика. Ну а где еще воспитывать девочку?

Редкий зверь, впрочем, толковал не об этом.

— Во дворце, я хотел сказать.

— Станешь любимым котом султанши, выпросишь себе новый, — обрисовала не такие уж нереальные перспективы я.

Идея ему, кажется, понравилась. Вон как глазищи сверкнули.

— До этого еще дожить надо, — остался реалистом тотем. — Шанет, я имею в виду. Представляешь, сколькие здесь захотят смести беззащитную девочку с пути?

Ведет к тому, чтобы мы с магом остались? Невозможно, увы. Да и не хочется, при всем теплом к ним отношении. Ни мне, ни мужу.

— Вот и позаботься, чтобы этого не случилось, — подсказала я. — Тотем ты или воротник с хвостом?

От обиды кот даже бока втянул.

— Ты ничего не понимаешь…

— Но верю в тебя. — И, протянув руку, почесала страдальца за ухом. — В вас обоих.

Думала, разговор на этом окончен, можно начинать снова ждать остальных от султана, но Пад нашел что еще сказать:

— Кстати… Эйза, а почему я тебя не чувствую?

— А должен? — насторожилась я.

— Ну… Ты же теперь входишь в семью.

Неловко. Последнее дело обманывать котиков, но куда деваться? В семью-то я вхожу, только не в ту. Как раз хотела сказать, что раз Эд принадлежит магии, на меня это тоже как-то распространяется… Но открылась дверь, являя мрачного Змея и зареванную Шанет.

И нашего охранника, который заглянул в проем, как-то странно оглядел нас с котом и с непонимающим видом отпрянул.

— Что это с ним? — задергалась я.

Если он подслушал, о чем мы тут говорили…

Отвечал Антшесс, глядя не на меня:

— Пад, когда ставишь полог тишины, делай так, чтобы какие-то звуки оставались, иначе получается подозрительно. — Кот с ужасом уставился на него, и Ант быстро уточнил: — Спокойно, я уже все поправил.

Виновник едва не случившегося бедствия плюхнулся на хвостатый зад и растерянно заморгал.

Ага, силой он не управляет, как же! Скорее совсем не верит в себя. Что странно, учитывая его самомнение и любовь к своей со всех сторон пушистой и примечательной персоне.

— Как прошло?

— Предсказуемо. — Муж завалился рядом со мной на диванчик, закинул руки за голову и вытянул ноги. Потрясающая у него все же способность в любом месте и обстоятельствах держаться по-хозяйски. — Султан попросил передать Шанет на его попечение. Я посопротивлялся для вида, но уступил. Нам милостиво позволили часто навещать родственницу.

Короче говоря, все прошло по плану.

Несколько дней — и мы отправимся в свою собственную жизнь. Но да, будем часто навещать.

— Почему тогда у нее глаза на мокром месте? — Представители мужского рода — оба! — кажется, только после моих слов это заметили.

Шанет всхлипнула громче.

— Они не разрешают мне оставить Падишаха!..

— Что?! — ужаснулась я.

Вздыбленная от страха шерсть делала и без того немаленького кота еще больше.