Орда. Книга 1. Месяц седых трав - Андрей Посняков

– Мы все здесь. – Юноша кивнул на откинутый полог юрты. – Зайдем поговорим?

– Кто – все? – Китаянка сверкнула глазами. – Да и некогда мне сейчас разговаривать.

– А ты не торопись, Мэй Цзы, – усаживаясь на кошму, Баурджин показал девушке место рядом с собой. – Войска Темучина вернулись, а вот татары, которых ты ждешь, опоздали!

– Я? Жду татар? Не перегрелся ли ты на солнце, любезнейший князь?

– Ну, садись же! Унтер-офицерская вдова… Позволь посмотреть твои стрелы…

Мэй Цзы напряженно уселась рядом:

– Как ты меня назвал?

– Унтер-офицерская вдова… которая сама себя высекла!

Глаза китаянки грозно сверкнули.

– Ну, говори, говори… Что еще скажешь?

Баурджин ловко вытащил из ее колчана стрелу с тремя светлыми зарубками на древке, у самого оперения:

– Так я и знал.

– Что знал?

– Зачем ты убила Чжэн Ло?

– Я?! Убила?! – Девушка вскочила на ноги… и тут же уселась обратно. – Да, убила, – всхлипнув, прошептала она. – И ты хорошо знаешь почему…

– Не плачь, Мэй Цзы, – усмехнулся юноша. – Твои слезы так же лживы, как и ты сама! Хочешь, расскажу о тебе все подробно?

– Расскажи, – китаянка презрительно скривилась, – интересно будет послушать.

– Только сначала избавлю тебя от кинжала и лука… Кинь-ка их во-он в тот угол.

– Пожалуйста! – Мэй Цзы покорно исполнила просьбу. – Может, мне и халат бросить туда же? Могу… – Она развязала пояс и, распахнув полы халата, демонстративно обнажила грудь. – Может, кое-что вспомним?

– Не сейчас, Мэй Цзы, не сейчас… Можешь пока подпоясаться.

– Как скажешь.

Девушка запахнула халат и исподлобья посмотрела на собеседника:

– Ну? Я готова слушать.

– Прекрасно! – потер руки нойон. – Итак, начнем с самого начала, по порядку. Несчастный Чжэн Ло, которого ты обвиняла в разных гнусных грехах, на самом деле был совсем не плохим человеком и искренне желал честно выполнить поручение своего императора. И выполнил бы, если б не ты, Мэй Цзы! Нет, не перебивай, помолчи! Кстати, ты тоже поначалу еще не определилась, что лучше, что выгоднее для твоих хозяев – убить Темучина или разгромить его войско. Рассудив, ты, конечно, решила, что хорошо бы сделать и то, и другое – только вот как не попасться самой? И тут взгляд твой случайно упал на мальчишку Цзы Фая! Вы ведь с ним очень похожи, неправда ли?

– Болтай, болтай…

– У тебя на такой случай имелась змея, кобра, – мне кажется, Цзы Фай как-то увидел ее и потому был обречен. Опасаясь его, ты спрятала змею в самом надежном месте – в яме с пленниками, куда так вовремя попал твой связник. А потом, когда наступил удобный момент, ты забрала кобру обратно… Шаман Кокэчу? Он тоже был в деле? Без его помощи вряд ли бы все прошло столь гладко…

Мэй Цзы фыркнула:

– Не знаю, о ком ты говоришь!

– Могу больше не рассказывать, – обиделся юноша. – Только люди Джэльмэ будут с тобой говорить по-другому!

– Ой, – девчонка скривилась, словно бы пожевала лимон, – может, обойдемся пока без угроз, а? Продолжай, раз уж начал. Знаешь, тебе бы баллады складывать – здорово получается, клянусь всеми богами!

– Спасибо за комплимент. Значит, о роли Кокэчу ты говорить не желаешь. Ладно, поедем дальше. Ты сейчас сказала – баллады, а я говорю – стихи. Ты ведь явно направляла Чжэн Ло там, у реки. Приказывала ему останавливаться, что-то разглядывала, а он послушно «переводил» твои приказы в стихи. Искала броды? И видно, нашла… Правда, пользы от них теперь немного.

– Это почему же?

– Я же сказал – все войско вернулось обратно! Прислушайся? Слышишь звяканье сабель и ржанье коней? Пусть теперь твои дружки татары осмелятся появиться у реки… Сколько их? Два тумена? Всего лишь два…

– Но как вы…

– Ага! Вот и проговорилась, девушка! Как мы ухитрились разобраться с врагами так быстро? А среди них полно предателей, знаешь ли!

– Так я и знала… – Мэй Цзы уселась на корточки и уткнула лицо в ладони. – Так я знала! – раскачиваясь, повторяла она. – Что теперь делать, что? – Вытирая слезы, она вдруг жалобно взглянула на юношу. – Мне будут пытать, да? Впрочем, я не боюсь пыток. Знала, на что шла… Ведь Темучин – мой враг! Враг моего народа! Что ж… Я приму смерть.

– Не торопись умирать, Мэй Цзы, – тихо вымолвил Баурджин. – Скажи мне, где на самом деле Джэгэль-Эхэ и что вас связывало?

– Кто? Что?! О, боги! – Девушка неожиданно расхохоталась. – Что связывало?! Да пояс же! Красный пояс, знак ханского…

Услыхав снаружи чьи-то голоса, китаянка замолкла, подождав, пока голоса удалились.

– Знак ханского – чего? – переспросил юноша.

– А, ты хочешь знать? А мне вот что-то думается, что я слишком задержалась в этом кочевье… Пора уходить. Прощай. Баурджин… ты славный юноша… Действительно славный. Девчонку свою найдешь в кочевье Камиля-Ургу… Если найдешь… Прощай!

– Прощай? Не слишком ли ты самонадеянна, Мэй Цзы?

– Нет, не слишком…

Мэй Цзы вдруг высоко подпрыгнула и, издав жуткий вопль, с неожиданной силой выкинула вперед левую ногу, угодив не успевшему даже удивиться парню пяткой в лоб!

Что-то яркое вспыхнуло на миг в глазах Баурджина, и наступила тьма…

Из которой вдруг стали выплывать, появляться – медленно, словно в холодном проявителе – до боли знакомые лица. Брежнев… Суслов… Никсон… Дети… Татьяна, жена… Или, нет, это, кажется, была Джэгэль-Эхэ… Красивая, как иностранная кинозвезда. Бриджит Бардо и Софи Лорен – вместе взятые! И вдруг откуда ни возьмись появились японские пикировщики. Старые, еще с выпущенными шасси. Как противно они гудят, Господи. Пикируют прямо в окоп. Вот сейчас сбросят бомбы! А в окопе… Нет, это и не окоп вовсе – овраг! Урочище Оргон-Чуулсу… И старый дацан! А рядом – Джэгэль-Эхэ. Обернулась. Улыбнулась. Исчезла. Куда ж ты уходишь, девочка? Не уходи, Джэгэль, не уходи!

Баурджин распахнул глаза…

– Ну наконец-то очнулся!

Рядом с юношей сидели друзья – Гамильдэ-Ичен, здоровяки, побратим-анда Кэзгерул Красный Пояс… Пояс… Мэй Цзы что-то говорила про пояса…

– Где девчонка?

– Джэльмэ велел своим лучником не дать ей уйти. Они достали ее уже в реке!

– Сколько я пролежал?

– Три дня.

– А татары?

– Так и не появились.

– Значит, и не появятся… Значит… – Баурджин неожиданно улыбнулся. – Значит, плохие лучники у Джэльмэ.

– А при чем тут лучники?