Пожиратель Душ - Антон Орлов

Как он дерется в полную силу – это Ник однажды увидел. Случайная встреча, из тех нехороших встреч, которых лучше бы не было.

Они приближались к размытому розовому закату. Осока цвета ржавчины в последних лучах солнца отливала золотом, топи таращились в небо неподвижными темными зрачками. Спиридон резво бежал, на ходу обрывая молодые побеги. Ник уже привык к быстрой езде, хотя, по настоянию Дэлги, по-прежнему пристегивался.

Суматоха справа, где щетка бледно-зеленой поросли тянется и тянется, закрывая северо-западный горизонт. Сначала послышался хруст стеблей, и в небо с гвалтом поднялась стая пестрых длиннохвостых птиц, потом из травяной чащи на простор выскочил другой лугурд и помчался наперерез. На спине у него тоже сидел всадник – голый по пояс чернобородый мужик, косматый, с мощным мускулистым торсом.

Ник думал, они столкнутся, но Дэлги и этот тип, похожий на беглеца из психушки, в последний момент придержали своих лугурдов.

– Ждраштвуй, друг! – крикнул чернобородый. – Откудова едешь?

– Из Ганжебды.

– И я тоже в Ганжебде побывал, охотники жубы выбили! Ух, лютуют… Беж них было шпокойно и хорошо, а теперь наштал бешпредел, как говорят пришлые люди иж Окаянного мира. Шлыхал я про этого Доната, да не думал, что он к нам пожалует!

– Это Донат тебя без зубов оставил? – поинтересовался Дэлги.

– Не, его ученик, молодой ижверг! Как подпрыгнет, да как дашт мне каблуком в жубы – и вшо тут, а то бы я его жашиб… Хвала ночи, уполж я и шпряталшша, он не нашел. Чего шмеёшша, человечье отродье? Иш тебя такой удар в рыло шражу бы вышиб и можги, и душу, а я ишшо убежал!

Ник, спохватившись, согнал бестактную улыбку.

– Вот и езжай к себе домой, – посоветовал Дэлги. – Как доберешься до места, тебе не нужны будут зубы. А мы своей дорогой поедем.

– Туда и еду, время-то иштекает, – подтвердил собеседник. – Шлышь, друг, прожьба к тебе… Поделишшь пропитанием! Иж-жа этих окаянных охотников ничего иж Ганжебды не жахватил, было не до того, а дома хорошо бы шражу брюхо набить, воштановить шилы, шам жнаешь… Вот и прошу тебя добром, выручай, поделишшь провиантом!

– У меня нет провианта для дележки, – ответил Дэлги холодно.

– Я же вижу, что ешть! – мужик с выбитыми зубами негодующе затряс головой, и его лугурд начал беспокойно приплясывать на месте. – Я вшо не прошу, ты немножко отдай. Поделишшь по-хорошему!

Странно, что он клянчит еду, хотя вокруг ее полно. Дэлги по дороге постоянно охотится, бьет дротиком дичь, которую умеет превосходно готовить, и съедобных плодов здесь тоже хватает. По словам Дэлги, вся Ганжебда кормится тем, что болото пошлет, разве что лепешки пекут из муки такери – злаков, которые выращивают на залитых водой плантациях наподобие рисовых. Этот тип похож на местного жителя, так почему он сам не найдет что-нибудь съедобное?

– Проезжай, – голос Дэлги стал еще жестче. – Здесь для тебя ничего нет.

– Так нельжя, друг! Ешли так, не друг ты, а хуже охотника! По-хорошему прошу, поделишшь человеком! Отдай руку или ногу, а оштальное шебе оштавь. Мне бы швежего мяшка пожевать, когду вернушшь домой и шнова штану шамим шобой… Жнаешь ведь, человечье мясо ничем не жаменишь!

Так это оборотень! А Дэлги он, как и Люссойг, принимает за другого такого же оборотня…

– Это мой человек, целиком, со всеми потрохами, – теперь Дэлги говорил с угрозой. – Если хочешь жить, проваливай!

– Не нужны мне его потроха, кушай шам на ждоровье, а мне руки-ноги хватит. Я же шправедливой дележки прошу!

– Ты меня уже разозлил.

– Не друг ты, а шкряга! Предлагал я тебе по-хорошему поладить, ты шам не жахотел… Давай тогда по-плохому! Кто кого убьет, тому и человек доштанетша, и мяшо побежденного!

Чернобородый оскалил обломанные зубы и вытянул из ножен, подвешенных у лугурда на боку, меч с длинным широким лезвием. Дэлги вытащил свой меч. Ника начал пробирать озноб: несмотря на комичность диалога, ситуация серьезная. Смертельно серьезная.

– Ник, все в порядке, – оглянувшись на него, шепнул Дэлги. – Сейчас убью урода, и поедем дальше.

– Он же оборотень!

Дэлги хмыкнул, насмешливо сощурив свои болотно-зеленые глаза.

– А я, по-твоему, кто?

Лугурд оборотня опустился на брюхо, Спиридон проделал то же самое. Хозяева привязали их к корягам.

– Следи за этой скотиной, – велел Дэлги. – У них начинается брачный сезон, эти оба самцы, могут подраться. Если начнут – сразу отбегай в сторону, чтобы тебя не затоптали.

Бородатый оборотень издал рев, потрясая мечом. Одет он был простенько и со вкусом: драные шорты с такими прорехами, что женщинам его лучше не показывать, грязные кожаные сапоги с некогда позолоченными шпорами. Когда он с воинственным воплем ринулся в атаку, Дэлги отступил в сторону, и тот пролетел мимо. Впрочем, тут же затормозил, развернулся и снова атаковал. На этот раз Дэлги парировал удар.

Ник завороженно наблюдал за схваткой. Такого он еще не видел!

Оба двигались в бешеном темпе. Клинки стали размазанными, полупризрачными – словно лопасти стальных вентиляторов. Сшибаясь, они на мгновение-другое материализовывались – большие, тяжелые, отражающие солнечные блики предметы, а потом снова превращались в свистящие и звенящие вихри. Болотный оборотень рычал и устрашающе гримасничал, длинные волосы Дэлги разметались, как у дикаря.

Ник сознавал, что сейчас решается его судьба, и от исхода поединка зависит, жить ему дальше или нет, но все равно смотрел на это представление почти с восторгом. Оно того стоило!

Досмотреть до конца ему не дали. Лугурды, поглядев на сражение двуногих, тоже затеяли выяснять отношения. Привязь не позволяла им подраться по-настоящему; они ревели друг на друга и вытягивали шеи, при этом каждый норовил кусануть противника.

Лугурд, на котором ездил оборотень, был крупнее и злее. Он ухватил плоскими коричневыми зубами Спиридона за холку, тот плаксиво кричал и мотал головой, пытаясь вырваться. Тяжелые капли крови шлепались на траву.

Когда головы сцепившихся лугурдов пригнулись к земле, Ник решил заступиться за своего. Он уже привык к Спиридону, тот был для него не кошмарным чудищем на паучьих ногах, а домашним животным вроде лошади. Подскочив к ним, он ударил чужого кулаком по носу.

– Ты, пусти его! Кому сказали, пусти!

Лугурд разжал окровавленные зубы, выпустил Спиридона, который сразу отпрянул, и заревел на Ника. Тот попятился. Разъяренное животное потянулось к нему с намерением укусить, но получило плашмя мечом по голове и тоже подалось назад.

– Да ты совсем сумасшедший! – Дэлги схватил Ника за плечо. – Зачем полез к ним?

– Я разнять хотел… – до него дошло, что дуэль, видимо, закончилась, раз Дэлги с ним разговаривает. – А где этот?

– Оглянись.