Месть Змеи - Кертис Джоблинг

– Я знаю, вам пришлось долго притворяться перед лордом-медведем и остальными, – продолжал тем временем Ринглин, – но то существование для вас закончилось. И что это была за жизнь? Я помню испуганного сопливого мальчишку в Бивенз Тауэр, готового наложить в штанишки при виде собственной тени. Ваш талант дал вам возможность развиваться в другом направлении. Вы ничего не потеряли, но достигли всего.

– Как ты можешь говорить, будто я ничего не потерял? – огрызнулся Гектор, взмахнув своей почерневшей рукой. – Ты что, никогда не видел мою руку?

– Мне мало что известно о некромантии, Черная Рука, но я хорошо чувствую и распознаю могущество. У вас есть дар, и я не сомневаюсь, что вы могли бы остановить недуг, разрушающий вашу плоть. Только зачем? – он схватил почерневшую руку Гектора. – Эта рука – знак отличия и могущества, она должна вселять страх в сердца ваших врагов. Ваше имя будет известно каждому, и оно станет повергать в трепет всех, включая ваших союзников!

– А как быть с теми, кого я когда-то любил? Что мне делать с герцогом Берганом? Ведь он не такой, как Вега или Манфред, он до сих пор заботится обо мне.

– Старый Медведь будет говорить вам то, что, как ему кажется, вы хотите услышать. Он прекрасно видит, что вы изменились, и не верит вам с тех пор, когда вы предали Совет Волка. Не думаете же вы, что Медведю есть место в вашей нынешней, новой жизни?

– Но я знал его с детства. Он был лучшим другом моего отца, и я называл его дядей. Он всегда опекал меня. Разве ты не почувствовал, как он радовался, когда мы спасли его от Стрелков в том ущелье?

– От Стрелков, которых вы сами и послали туда – незамысловатая уловка с целью вновь завоевать доверие Медведя. Но представьте, что он будет чувствовать и думать, когда узнает о вашем двуличии и той игре, которую вы затеяли? Вы в самом деле считаете, что после всего этого для вас останется местечко в сердце Медведя? А ведь он обо всем узнает, Черная Рука, причем довольно скоро.

– Скоро, – эхом откликнулся от окна Два Топора. Угр-гигант проговорил это, не поворачивая головы, продолжая пристально наблюдать за раскинувшимся перед ним заснеженным миром и садящимся на западе красным солнцем.

Гектор тряхнул головой. Он все еще колебался, даже сейчас, стоя на пороге своего величайшего триумфа.

«Прислушайся к этому парню, братец. Он дело тебе говорит».

– Ваша прежняя жизнь окончена, Черная Рука. Ваши старые друзья теперь для вас мертвы. Проявите решимость, которая в свое время помогла вам завоевать мое сердце и сердце Айбела, сделала вашими друзьями этих угров. Не сворачивайте со своего пути!

Всякий раз, когда Гектор пытался похоронить свои чувства к тем, кого когда-то любил, из глубины его памяти на поверхность вновь и вновь пробивалось одно имя. Вега и Манфред были потеряны для Гектора, как и та девушка, Бетвин, оказавшаяся на стороне тех, кто предал его. И королева Амелия, обманутая Советом Волка, тоже потеряна. Даже бедняге Бергану придется ответить за свою причастность к этой мерзкой группе изменников. С потерей Гретхен и Уитли он уже смирился, воспоминания о них становились все более туманными, голоса подруг детства больше не звенели в голове Гектора. И лишь одно имя продолжало жить в его памяти, время от времени вспыхивало в ней, прожигая, словно раскаленной кочергой, почерневшее мертвое сердце магистра.

– А как быть с Дрю?

– Волк мертв, Черная Рука, – вздохнул Ринглин. – Последний из Серых Волков исчез, об этом можно говорить с такой же уверенностью, как и о том, что день сменяется ночью. В последний раз его видели во время кровавой резни в Хай Стебл, много месяцев назад. Если бы он выжил, то за такое время непременно должен был вернуться или хотя бы дать о себе знать. Если он действительно был таким, каким вы его…

– Он был великим человеком.

– Вот именно, был. Теперь ушел. Ну и дайте ему уйти, отпустите его. Перестаньте думать о том, что он может воскреснуть их мертвых. Отбросьте эти сомнения раз и навсегда. Сосредоточьтесь на том, что вам предстоит сделать. Решающий момент недалек, милорд, ваш звездный час приближается. В такое время сомнения и колебания не пристали барону Редмайра, королю Таскана…

– И будущему лорду Айсгартена, – добавил со своего места Два Топора.

Гектор и Ринглин одновременно повернулись и направились к угру. Даже жирный Айбел соизволил подняться на ноги, скатившись с кровати, и тоже встал рядом.

– Ты видишь их? – дрожащим от нетерпения голосом спросил Гектор.

– Они на месте, как вы приказали. Похоже на то, что они здесь уже давно, может быть, несколько дней. Ожидают вашего прибытия.

– В таком случае они, должно быть, полудохлые, – сказал Ринглин. – Быть столько времени там, в горах – не сахар. От одного только холода погибло, я думаю, немало бастийцев.

– Их плоть слаба, – усмехнулся Два Топора, – у угров сильна. Угры не боятся холода.

Гектор поежился, представив себе, какой должна быть ночь, проведенная на продуваемых всеми ветрами горных склонах. Вместе с отрядом Бергана магистр досыта хлебнул этого лиха, а ведь они пробирались у подножия гор. Айсгартен расположен намного выше, на склоне могучей горы Стракенберг – здесь гораздо холоднее. «Кто может выжить в этом ледяном аду? – подумал Гектор и тут же с улыбкой ответил самому себе: – Никто, кроме воинов из северного Таскана».

– Они знают сигнал? – спросил Ринглин.

– Один звук моего рога, и они придут, – ответил Два Топора и вновь уставился на горы за окном. Несмотря на то что приближалась ночь, заснеженные склоны все еще серебрились, отражая падающий на них лунный свет.

– Оставшиеся гвардейцы Кабана, – приподнятым тоном спросил Гектор, – где они?

– В общей гостиной, внизу, милорд, – ответил Ринглин, возвращаясь к более официальной манере общения со своим господином. – Одно ваше слово – и они займут свои места.

– А Карвер? Он где?

– В соседней комнате, – усмехнулся Ринглин. – Похоже, этот дряхлый гофмейстер Джанек в самом деле принял лорда воров за благородного.

– Доверять Карверу нельзя, разумеется, – сказал Гектор. – Это шпион. Он напросился в Айсгартен вместе с нами с единственной целью – следить за мной. Любой друг Веги – мой враг.

– Что прикажете сделать с ним?

Гектор пошел мимо своих людей к двери, задержался, чтобы прихватить наброшенный на спинку кресла толстый зимний плащ.

– Убейте его.

– И девчонку тоже?

– Разумеется, нет, Ринглин! – сердито ответил Гектор, застегивая плащ. – Мы же не звери! Свяжите ее и засуньте куда-нибудь подальше. До прибытия наших друзей в здешних тюремных камерах должно быть много свободного места.

Ринглин и Айбел бочком протиснулись мимо лорда-кабана и выскользнули в коридор. Убрать Карвера следовало быстро и бесшумно, и телохранители Гектора идеально подходили для такой работы. Гектор выглянул в пустой коридор, повертел головой, а парочка убийц тем временем уже была возле двери комнаты Карвера. В пухлой руке Айбела блеснул серповидный нож, в каждой руке Ринглина покачивалось по одному длинному прямому кинжалу. Айбел осторожно повернул ручку на двери комнаты Карвера – та оказалась запертой. Он оглянулся в сторону Гектора, ожидая его приказаний. Гектор подошел ближе, утвердительно кивнул. Из-за спины магистра выскользнул Два Топора и тоже направился к комнате Карвера. Айбел прижался к стене напротив запертой двери, затем сильно оттолкнулся и ринулся вперед. Затрещали ломающиеся доски, створки двери скрипнули и слегка разошлись. Айбел и Ринглин толкнули дверь, желая распахнуть ее настежь, и с удивлением обнаружили, что изнутри она заставлена мебелью. Гектор тревожно оглянулся по сторонам.