Магия и банды Токио - Макар Ютин

— Без претензий, — Рю выставил вперед пустые ладони в шутливом жесте, — На самом деле не все так плохо. Мы можем договорится, э-э-э, как там говорят? Наедине? Тет-а-тет? Ну, типа того.

— «Выполнишь для меня пару заданий, и мы в расчете», — Я с грустной иронией процитировал слова Сидоровича из одной старой игры.

— Хватит одного, — Заверил меня повеселевший сосед. Кажется, он всерьез предполагал, что я устрою истерику, а потом выставлю его на мороз с отпечатком сапога на заднице, — У меня как раз на примете есть одно дельце.

Я ничего не сказал, лишь вопросительно выгнул бровь.

— Видел заброшенный дом в конце улицы?

— Тот, что на отшибе? Довольно большой особняк. Не знал, что он заброшен, — Мне потребовалось пара минут, чтобы понять, о каком конкретно доме идет речь. Не потому, что забыл. Просто мысли путались, а в голове все мелькали сюжеты из жизни маленького Кано. Мать, что свалилась с нервным истощением после формальной отписки родственников, злой отец по возвращении с Хоккайдо. Похороны их обоих, где присутствовали только священник да полузнакомые коллеги с работы.

«Гребаная шизофрения. Так и кукухой поехать не долго! Это не мои мысли, не мои воспоминания, не мои, черт бы их подрал, чувства!!! Ксо, я ведь думал…»

— …Кано-кун? Кано-кун! — Вывел меня из оцепенения обеспокоенный голос Рю.

— С тобой все нормально? — Он наклонил голову и вгляделся в мои зрачки. Точнее, в светящиеся бельма на их месте.

— Да. Просто повтори еще раз, — Я отодвинул его голову в сторону и выпрямился в кресле.

— Дом. На отшибе. С гнилостной энергией, — Раздельно повторил сосед, — Надо пойти, посмотреть в чем дело. Пару дней назад несколько детей забрело туда, а потом один из них слег с неизвестной болезнью. Подслушал разговор мамаш во время домового собрания, — Пояснил он свой источник сведений.

— Ясно. А почему ты? — Я потер виски, поморщился, и сам же ответил, — Потому что ты здесь живешь, да?

— Шестой микрорайон официально за мной на все время обучения, — Обреченно сказал рыжий маг. Как минимум, половина эмоций в его тоне была совершенно искренней.

— А я?

— За тобой тоже, когда клан подпишет бумаги, — «Обрадовал» меня Харада. Как раз, положено не меньше трех магов на такую площадь. Жил здесь еще один ученик, но он через неделю выпускается и клал он на наши проблемы.

— Разве этим не должны заниматься взрослые маги? — Я пытался поймать ускользающие мысли, следить за ходом беседы, запомнить хоть какую-то информацию. Получалось плохо. Все забивала злость. Настолько сильная, что переходила в тревожность и еще больше давила на мозги.

— Реальные угрозы они отслеживают и оперативно уничтожают. А всякая мелочь не стоит их усилий, — Последние слова он явно процитировал, — Вообще, в префектурах очисткой занимаются местные кланы. Это вроде как престижно. Только в Токио и Киото нет своих гегемонов. Великие кланы занимаются своими делами…

— Ясно, — Я довольно грубо перебил его. В моем случае слушать долго — значит неправильно, — Дом, так дом. Что конкретно нужно будет сделать? — Я сцепил руки в бессильной попытке унять тремор.

— Да сходим втроем, проверим. Если есть духи или аякаси — упокоим. Ничего сильного там, по идее, быть не должно. Легкая прогулка, — Легкомысленно махнул рукой рыжий маг.

— Что ты тогда сам не справишься? И кто третий? — Безразлично спросил я.

— Так кузина моя, — Теперь парень отчетливо поморщился, — Вдвоем нельзя идти по правилам. Если начнется заваруха, то всех собак на нас повесят. Да и опасно. Правила кровью пишутся, сам понимаешь. Минимальная группа — трое магов. Оптимальная — пятеро. Максимальная — семь-десять, если малая площадь…

— Все-все, — Остановил я закусившего удила волшебника, — Верю, что в тебя эти «законы царя Хаммурапи» хорошо вбили.

— Ты бы знал, насколько, — Кисло добавил рыжий. А потом, с сомнением, предложил, — Может сходишь, посмотришь на дом? Проветришь голову, — Последние слова он произнес с отчетливым нажимом.

— Да, — Я встал с кресла прошел по комнате как сомнамбула, и вписался плечом в дверной проем, — Ты прав. Мне нужно охладить голову. На улице.

«Или в любом другом месте, где не будет гребаных триггеров!» — Мысленно взвыл я, — «В этой квартире так легко я от навязанной злости не избавлюсь. Как бы действительно биполярочки не случилось».

— Я тогда поиграю немного? — Неуверенным, слегка заискивающим тоном спросил Рю. Я подавил вертящуюся на языке резкую отповедь, посмотрел в его горящие энтузиазмом глаза и махнул рукой.

— Не забудь закрыть за собой дверь.

— Естественно! — Мгновенно отозвался начинающий геймер и скоренько выпроводил меня за порог. Я был не против. Честно говоря, за кадром оставалась и возможная опасность обнаружения Цуру, и усталость от насыщенного дня, и многое другое. Ненависть вела меня и давала сил. Слишком много лишних, ненужных сил.

К счастью, мне хватило ума, точнее, концентрации, чтобы захватить с собой куртку (вечером все еще оставалось довольно прохладно) и маску, чтобы потом нельзя было опознать подозрительную личность у заброшенного дома.

Я шел по улице словно наркоман: не обращал внимания на прохожих, не смотрел по сторонам. Только все сильнее и сильнее ускорял шаг, давал хоть какой-то выход гнилостным эмоциям внутри.

До конца микрорайона я обычно доходил минут за десять-пятнадцать. В этот раз мне потребовалось не больше семи. Я бы и вовсе прошел мимо приметного здания с толстыми деревянными воротами, если бы не глумливый окрик.

— Ко-одзу-уки-ку-ун! — Позвал меня знакомый голос. Я остановился так резко, словно влетел в стену. Так же быстро развернулся отрывистым, механическим движением, и вперил свои буркала в обладателя жеманного тенорка. Им оказался мой недобрый знакомый Йошимура Йоске. Он со своей компанией расселся на скамейках у калитки недалеко от основных ворот заброшки. Малолетние хулиганы развлекались тем, что пили какой-то слабый алкоголь, шумели, пинали ветхую деревянную ограду и кидались друг в друга пустыми банками.

— Я ж говорил, он здесь появится, — Заискивающим тоном сказал Йошимуре один из шестерок. Мелкий, юркий, ссыкливый даже на вид. Идеальный тип разведчика в городских стычках старого-доброго Токио.

— Ты говоришь это уже третий день, придурок, — Массивный бугай рядом отвесил крысенышу такого подзатыльника, что тот слетел со скамейки и брякнулся носом в асфальт.

«А вот нечего сидеть на скамейке с ногами», — Злорадно отметил я. Вопреки здравому смыслу, вид врагов заставил меня чуть ли не петь от радости. ВРАГИ. О КОТОРЫХ. МОЖНО. ПОЧЕСАТЬ. КУЛАКИ. Сейчас только это и имело значение. Сегодняшней ночью меня вела только ненависть и жажда причинить боль. Уже не важно кому.

Я огляделся вокруг. Пустынный спальный район. Редкие прохожие кончились еще час-полтора назад. Плюс дом на отшибе: никто не услышит и не увидит. Даже захоти я переиграть назад, избежать ненужной драки — раздраконенные подростки не дадут мне включить заднюю. А значит, придется драться.