Амулет князя - Ольга Яновская

– А меня с собой возьмешь? – вдруг спросил Игорь.

Павел покосился на брата, вгляделся в мрачное лицо, стараясь запомнить его таким.

– Нет. У меня билет в один конец. Ты не сможешь примерить на себя новый мир и вернуться домой, как после отпуска. Мне невероятно повезло, что удалось отыскать зачарованную цепь. И магии в ней хватит только на один переход. Я больше не вернусь сюда.

– Угу, – протянул Игорь. – И одним пропавшим без вести станет больше.

Павел кивнул, разглядывая сухую травинку. В последнее время Игорь был мрачен и неразговорчив. Он не верил, что рассказанная Павлом история случилась с ним на самом деле, но боялся, что брат снова исчезнет, как в прошлый раз. Он не хотел потерять его и остаться один на всем свете.

– Кстати, – сказал Павел. – Ты познакомишь меня со своей подругой? Скрываешь ее. Боишься, что уведу?

– Конечно, – серьезно кивнул Игорь. – Вон какой богатырь стал.

– Скоро женитесь?

Игорь смущенно хмыкнул, но расплылся в улыбке.

– Не оставаться же холостяком.

– Рад за тебя, братец.

Подозрение в глазах брата веселило Павла. Он уже все решил и прощался с единственным родным человеком.

* * *

На следующее утро Павел стоял на балконе и смотрел на темное небо. У его ног спал волк, безмятежно порыкивая во сне. Соболев с улыбкой посмотрел на зверя. «Наверное, снится охота, – подумал он. – Вон как клыки показываются. Соскучился по лесу и свободе. Ничего, потерпи немного. Надо дождаться первого луча солнца, и мы будем дома».

Встал Игорь, прошлепал в тапочках по коридору.

– Собрался уже? – спросил он.

Смущенный Павел обернулся, в утреннем сумраке сложно было разглядеть брата. Соболев поправил куртку, смахнул несуществующую пылинку со штанов и отвернулся к улице. Где-то загудела машина, ей ответил трамвайный звонок, звонко процокали женские каблучки по тротуару.

– Думаешь, я не догадался, что ты вчера прощание затеял? – усмехнулся Игорь. – Не дурнее тебя. Понимаю, что цепочку волшебную нашел, и сегодня хочешь улететь в свою сказочную страну.

– Игорь… Я ведь все объяснил…

– Ну да… Послушай-ка, у меня было время подумать. И я решил, что поеду с тобой.

– Куда? – опешил Павел.

– На кудыкину гору! – рявкнул раздраженный брат. – В твою волшебную страну.

– Нет, постой, – Павел замахал на брата руками. – Я же сказал, что вернуться ты не сможешь. Оставайся дома. Женишься, заведешь детишек, будешь жить, как все!

Игорь помолчал, по губам блуждала легкая улыбка, и Павел хорошо знал, о чем он сейчас думает.

– Остаться и упустить такую возможность! К тому же я хочу посмотреть на твою девушку.

– А как же твоя?

– Мы расстались. Я говорить не хотел, как-то к слову не пришлось.

Горизонт окрасился розовым, потянулись золотые всполохи солнечных лучей, ночной мрак с неохотой отступал, цепляясь за свечки домов, вытянулись длинные тени.

– Я все решил, – тихо сказал Игорь, – и готов идти за тобой.

Павел с удивлением разглядел, что брат одет по-походному, только на ногах стоптанные домашние тапочки. И рассмеялся. Его смех подхватил Игорь. Они смеялись весело, задорно, хлопая друг друга по плечам, смахивая с глаз выступившие слезы и хватаясь за бока.

Волк зарычал, недовольный, что его бесцеремонно разбудили. И братья, отсмеявшись, вмиг посерьезнели и посмотрели на приближающийся солнечный свет.

– Готов? – тихо спросил Павел.

Игорь встал рядом с ним и сжал его руку. У ног крутился обеспокоенный волк, поглядывая на людей.

Игорь оглянулся на сонную квартиру.

– Значит, мы никогда не сможем вернуться назад? – спросил он.

В ответ Павел покачал головой.

– Как-то не верится, что все взаправду.

– Уверен, что хочешь? – в который раз спросил Павел. – Потом не исправишь.

– Да что ты меня, как девку, пытаешь, – нервно откликнулся брат. – Сказал же, что иду с тобой. Я за последний год чего только не передумал. Нет уж, я уверен.

– Тогда закрой глаза и крепко держись! – крикнул Павел, зажмурился и отчаянно захотел оказаться около мельницы, увидеть рыжеволосую Аниту, вдохнуть ставшие родными замахи летнего леса…

* * *

Никита еще сонный ввалился в дом старейшины и едва не упал. Была раннее утро, и его чуть не силой вытащили из постели.

Михей оторвался от книги, посмотрел на него и снова опустил глаза.

– Тебя спрашивают у ворот, – бросил он. – Говорят, что-то важное.

– Дядя, где Ярослава? Она ушла на задание две недели назад. Скажи, куда ты ее послал?

– Почем мне знать?! – рявкнул Михей так, что посыпалась пыль с книг. – Завели привычку своевольничать! Думаешь, эта девчонка спросила меня о чем-нибудь? Она просто собралась и ушла!

– Не может быть.

Никита отступил, боясь даже поверить в такое. За сестрой водилось много сумасбродных выходок, характер тот еще! Но сорваться с места и исчезнуть, не сказав ни слова, – это перебор даже для нее.

– Она что-нибудь сказала?

– Только то, что отыскала убийцу, – нехотя ответил Михей. – Сыщик, видишь ли, сыскался. Я пытался остановить ее, но она даже слушать не стала! Не силой же ее держать.

– Отыскала убийцу? Сказала, кто он?

– Послушай, племянничек, я и так слишком мягок с вами. Любому из Серых Псов за такие выходки давно бы шкуру спустил. Люди недовольны.

– Чем? – мрачно осведомился Никита.

– Ступай-ка лучше к воротам. Узнай, кто пришел и чего хочет. И возвращайся в дом. Никаких заданий в ближайшее время. Посиди тут, подумай.

– А Яра? Вдруг ей помощь нужна?

Михей постучал пальцами по столу, посопел и ответил:

– Ступай.

Никита выбежал из дома и торопливо пошел к воротам. Настроение было хуже некуда, кто бы ни пришел, для него же лучше, если что-то действительно важное.

Он миновал ворота и огляделся. На пригорке паслись два коня. Никита отметил, что кони холеные, дорогие. Значит, гости не из бедных. Это может быть выгодно. И более внимательно пригляделся к людям.

Чуть в стороне стояли двое мужчин, закутанных с головы до ног в плащи. И к одному из них, словно лиана, прижималась девушка. Никита не сразу узнал Аниту, из-под капюшона выбилась рыжая прядка, девушка оглянулась и радостно улыбнулась. Рядом с ними высился Тит, мрачный, словно тюремная башня.

Никита нахмурился. Не так давно Анита ходила хмурая и утирала слезы, вспоминая Волчонка. А сейчас повисла на каком-то мужике и счастлива, как кошка. Недолго же она страдала по прошлой любви!