Долина каменных трав - Владимир Прягин

- Это полная чушь и глупость! Сударыня, вы переходите все границы!

- Да? А по-моему, всё логично. Вы - идеальная заготовка. Ледяные чары уже помещены в вас, осталось их заново активировать. И теперь это происходит - исподволь, пока ещё без вашего ведома. Или, может, вы всё прекрасно осознаёте, просто отказываетесь признать?

Этот поток обвинений стал полной неожиданностью не только для Виктуара, но и для меня - я стоял, отвесив от удивления челюсть. С Елизаветой же явно происходило что-то неправильное - голос её уже буквально звенел, а в волосах блеснул серебристый иней.

- Лиза! - опомнился я. - Вам надо успокоиться...

- Помолчите, Всеволод! Я хочу получить ответы от этого господина. И проверить его реакцию...

Она выхватила из мешочка стынь-каплю и сунула её Виктуару. Тот рефлекторно отдёрнул руку, словно опасался обжечься. Я ощутил дыхание морозного ветра - казалось, зима, пробудившись где-то в своей берлоге, вернулась в город и заглянула в сад. Стол, кресла, ступеньки покрыла изморозь, в чашках застыл недопитый чай. Хрусткая стужа сковала ветки стоящего рядом дерева, и лепестки, превращаясь в льдинки, со звоном посыпались на затвердевшую землю.

Потом замёрзло и само время. Студент с девчонкой стояли лицом к лицу, глаза их стеклянно заиндевели, и это было так жутко, что я мысленно заорал, швырнул в ледяное пространство вопль, зовущий весну обратно...

Послышался треск, как на реке, охваченное ледоходом.

Виктуар конвульсивно дёрнулся, отпрыгнул назад и, развернувшись, бросился прочь с веранды. Лиза покачнулась и начала оседать на пол - я подхватил её и усадил в ближайшее кресло. Иней вокруг стремительно таял, превращаясь в лужицы на столе и на половицах; холод отступал, тепло возвращалось.

- Что тут произошло?!

Светлана с Эдгаром подбежали к дому из сада, за ними одышливо семенил толстячок Панкрат. Я сказал:

- Лизе стало дурно.

- Бедная девочка! - испугалась хозяйка. - Сейчас я принесу нашатырь...

- Не надо... - Елизавета пошевелилась. - Мне уже лучше. Минутная слабость, не стоит так волноваться...

- Вам нужно прилечь, я провожу вас в комнату...

- Нет-нет, это совершенно излишне. Я лучше пойду домой.

Она поднялась, и Светлана, охнув, обратилась ко мне:

- Всеволод, тогда я вас попрошу - проводите Лизу. Глаз с неё не спускайте! Этот неожиданный обморок...

- Провожу, - согласился я.

Мы вышли из дома и побрели по улице. Тягостное молчание висело между нами незримым пологом; Лиза ёжилась, будто мороз никак не желал её отпускать. Когда мы поравнялись с крошечным сквером, она предложила:

- Давайте присядем, Всеволод. Я отдохну, а вы меня поругаете - я же вижу, вам очень хочется...

Мы заняли скамейку под липой, и я сказал:

- Лиза, я пытаюсь переварить увиденное...

- Понимаю, со стороны всё это выглядело несколько...

- Диковато, если сформулировать мягко.

- Я должна была его спровоцировать, чтобы он показал своё истинное лицо! А за мои слова мне не стыдно! Я говорила именно то, что думаю!

- Вы действительно верите, что этот студент - будущий человек-осколок?

- Вы же сами видели лёд! И чувствовали мороз!

- Я не знаю, как к этому относиться... Мороз появился вообще-то после того, как вы достали стынь-каплю... Может, народ не зря называет её ледышкой? Что мы о ней знаем, в конце концов?

- Насчёт стынь-капли - согласна, с ней надо бы ещё разобраться... Но ледяному колдуну в любом случае нужно новое тело, новый резервуар! Это известно точно! А студент, у которого загодя покопались в мозгах, подходит лучше всего...

- Виктуар-резервуар... - пробормотал я. - Простите, это тоже от нервов... Лиза, я просто хочу напомнить - парень до разговора с вами вёл себя совершенно нормально... Как все обычные люди...

- Кречет тоже превратился не сразу! Прорастание идёт постепенно, в течение многих месяцев! Может, на ранних стадиях человек и сам ничего не подозревает! И обычной проверкой тоже ничего не докажешь! Не увидит даже опытный дознаватель! А вот стынь-капля сразу почуяла...

Мы опять замолчали. Светило солнце, тёплый ветер гулял по скверу, а я подбирал слова, чтобы не обидеть девчонку. В итоге, однако, решил - лучше говорить прямо, иначе получится ещё хуже:

- Лиза, я соглашусь, что некоторые обстоятельства в истории с Виктуаром можно истолковать как косвенные улики... Но вы замечаете только их, а все аргументы против безжалостно отметаете... Простите, но это слишком напоминает навязчивую идею...

Она ответила после паузы:

- Вот вы, значит, как это видите... Впрочем, ничего удивительного... Вы не обязаны помогать мне - мы всего третий день знакомы... Что ж, ладно, разберусь как-нибудь сама - мне не привыкать...

Встав, она хотела сделать шаг прочь. Я осторожно поймал её за запястье:

- Постойте, Лиза, не надо так реагировать...

- Оставьте меня в покое.

Елизавета вырвалась; быстро, почти бегом удалилась в сторону перекрёстка. Я смотрел ей вслед, но она ни разу не обернулась. Тоненькая фигурка скрылась за поворотом; птицы из зарослей что-то кричали мне укоризненно.

ГЛАВА 6

Я медленно шёл по улице, пытаясь разобраться в собственных ощущениях. Мне было жалко Елизавету, на долю которой за последние месяцы выпало столько душевных переживаний; чисто по-человечески я вполне понимал её нынешний эмоциональных порыв, её отчаянную атаку. Потом я, однако, ставил себя на место студента - и вынужден был признать, что тоже вряд ли стерпел бы нападки со стороны сопливой девчонки...

А ещё я чувствовал - вся эта история уже затянула меня в свои мистические тенёта; теперь мне никак не вырваться, пока сюжет не получит свою развязку. И чем ближе к сердцу я принимаю происходящее, чем сильнее барахтаюсь, тем явственнее и резче будут последствия...

Мои опасения подтвердились буквально через пару минут.

Я подошёл к университету - величественное, но несколько замшелое здание с массивными контрфорсами и рядами арочных окон показалось из-за деревьев. На соседней улице виднелся трактир - излюбленное место студенческих посиделок.

А у трактира маялся Виктуар.

Он меня не заметил. Перед ним, похоже, стояла нешуточная дилемма - либо зайти и выпить кружку-другую пива для успокоения нервов, либо сесть в бордовый вагончик конки, который как раз подполз к остановке. Подёргавшись ещё секунд десять, студент выбрал второй вариант.

И тогда я совершил глупость.

Повинуясь наитию, я последовал за Виктуаром - ускорил шаг, потом пробежался и в последний момент вскочил-таки на подножку.