Мера хаоса - Дмитрий Казаков

Когда из пропитанного снежным крошевом полумрака вынырнули бревенчатые стены, Хорст поначалу не сверил своим глазам. Слишком давно он в последний раз видел крепость, построенную таким образом. Но вот сквозь метель проступили очертания мощных башен, и он с внезапной дрожью понял, что путешествие закончилось.

— Слава Владыке-Порядку, добрались, — пробормотал Авти.

У ворот скучали стражники в серых туниках оруженосцев. Разглядев командора, они вытянулись, всем своим видом демонстрируя служебное рвение.

— Свободен ли постоялый двор? — поинтересовался ре Вальф.

— Да, господин, — ответил десятник караула. — Гонца к старшему отправить?

— Я сам его извещу.

На узкой улочке, зажатой между домами, гулял ветер, свистевший, будто разбойник, который бросается на жертву из лесной чащи. Желтым светом сияли окна, лениво брехали псы за заборами.

— Я и не знал, что у Ордена есть свои города, — сказал Хорст удивленно.

— Это перевалочный пункт, — пояснил Автн, — на нем начинаются земли Ордена. Дальше чужакам ходу нет. Таких поселений штук десять, и только до них добираются торговые обозы.

— Ясно.

Проехали храм, легко узнаваемый по кубической форме, и почти сразу свернули в распахнутые ворота. Постоялый двор оказался огромным, точно ханский замок. Из просторной конюшни выскочили слуги, глаза их при виде такой оравы гостей стали удивленно-радостными.

— Апчхи! — сказал Родрик, спрыгивая на землю — Хоть согреемся…

И маг вместе с редарами поспешил к гостеприимк распахнутой двери. Хорст в компании прочих оруженосцев остался развьючивать лошадей, потом принялся таскать вещи. В помещение зашел одним из последних. Пахло тут почему-то плесенью, огонь, полыхавши в большом очаге, тщетно пытался разогнать промозглую сырость. Вокруг центрального стола, где расположилис редары, бегал хозяин. Перед Авти, притулившимся в уголке, стоял кувшин объемом в меру и кружка. Рож у шута была довольная, лысина маслянисто блестела. Маг, мрачный, точно старая ворона, примостился рядом.

— Ну что, завтра мы расстанемся, — сказал он, когда Хорст уселся.

— Это почему?

— Только что командор мне объяснил, — Родрик кивнул в сторону ре Вальфа, — что дальше чужакам дороги нет. Так что вы отправляетесь к Стене, а я остаюсь тут.

— И это правильно, — одобрил фигляр. — Должен быть порядок!

— Ясно…

За дни монотонного путешествия Хорст совсем забыл о том, что подобное расставание неизбежно. Внезапно бывший сапожник встревожился: вдруг защитные чары в отсутствие того, кто их ставил, разрушатся, и Витальф Вестаронский вновь сможет добраться до взбунтовавшейся фигуры?

— Не тревожься, — маг, словно прочитавший его мысли, успокаивающе кивнул, — здесь он тебя не достанет. Фигур среди воинов Порядка нет. А в нужный момент, когда настанет время идти на ту сторону Стены, я тебя найду.

— Это как?

— С помощью собственных крыльев, — Родрик раскрыл кулак. На ладони лежала искусно отлитая из серебра ястребиная голова.

— Охотно верю, — Хорст вздохнул и потянулся к кувшину. Но тот оказался пуст, лишь на самом донышке что-то плескалось.

— Ишь, чего захотел, — Авти сыто рыгнул, давая окружающему миру понять, куда подевалось пиво.

— И не трясись так! Я буду тебя оберегать от всех врагов!

И шут состроил грозную мину, которой можно было напугать разве что трехлетнего ребенка.

— На службу, братья!.. На службу!.. — Командор нутром чуял время, когда следует отправляться в храм.

Загрохотали отодвигаемые лавки. Оруженосцы и послушники с недовольным гомоном повалили к выходу. Хорст вслушался в голодное бурчание, издаваемое брюхом, и встал.

Деваться было некуда. Пища духовная в Ордене считалась важнее телесной.

Утоптанная дорога тянулась на восток, петляя между невысокими холмами, которые поросли сосняком. Хвойная зелень на фоне белого снега казалась особенно яркой, а первый в этом году мороз слегка пощипывал нос.

Хорст дремал в седле, время от времени вскидывая голову и оглядываясь. Несколько раз попадались деревушки, небольшие, но богатые на вид. Дома выглядели добротно сложенными, мужики при виде редаров почтительно кланялись, но в глазах их не было страха.

— Это кто же тут живет? — спросил Хорст, когда они первый раз проехали такое селение.

— Те, для кого благородные страшнее, чем Хаос, — ответил Авти.

— Беглецы?

— Ага, и их потомки, — шут кивнул. — Вообще-то Орден должен выдавать таких обратно хозяевам, но никто этого не делает. Если эти люди не будут выращивать хлеб и ткать холсты, то Ордену придется все это покупать и привозить издалека. А это гораздо дороже…

Хорст только кивнул. Да, он знал, что крестьяне, недовольные хозяевами, часто бегут на восток, «в Орден». Он сам попал в лапы Серой сотне, которая была сформирована для того, чтобы ловить таких беглецов. Но никогда не думал о том, что тех, кому удалось избежать поимки, кто преодолел сотни ходов, чтобы добраться сюда, может оказаться так много!

— Назад, на родину, им, правда, дороги нет, — добавил Авти, — но они не больно-то об этом жалеют.

Солнце неторопливо ползло по небу, время от времени прячась за облаками, которые смахивали на небрежно состеганные одеяла. Отряд с той же неспешностью двигался в противоположном направлении, остановившись единственный раз, чтобы прослушать дневную службу.

— Долго еще? — спросил Хорст, когда светило начало опускаться.

— Нет, — ответил Авти. Глаза его странно блестели. — Вон уже и Стену видно!

— Где?

Впереди, над самым горизонтом, виднелась тонкая черная полоска, над которой там и сям поднимались тупоконечные бугорки. На верхушке каждого поблескивало что-то белое.

— Ого, — сказал Хорст, ощущая, как от волнения у него сел голос. — А что это там сверкает?

— Священные Кубы, — в голосе Авти звучало благоговение. — Они делают Стену чем-то большим, чем просто громадным укреплением. Простую ограду твари Хаоса прорывали бы раз в полгода.

Стена приближалась, росла. Стало видно, что бугорки — округлые башни, толстые, как дубы, пережившие много тысячелетий. Они стояли через равные промежутки, точно взявшиеся за руки великаны.

Хорст рассматривал Стену и ощущал, как у него замирает сердце. Осознание того, что он добрался до самого края привычного и уютного мира людей, оказалось неожиданным и сильным. Дальше лежала бесплодная пустыня, пространство Хаоса.