Белый меч - Сергей Зонин

Пленник не заставил себя долго ждать. Он дёрнулся в паутине, потом закрутил головой, пытаясь хоть что-то увидеть. Ментальные щупальца потянулись во все стороны, однако готовая к этому Назиль, сосредоточившись, легко отразила их попытку коснуться мозга.

— Я ослеп? — тихо спросил вампир.

Девушка звонко рассмеялась.

— Не переживай, кровосос, это всего лишь повязка с некоторыми экранирующими свойствами. Не могу же я допустить, чтобы ты посмотрел мне в глаза…

— Боишься гипноза? У тебя есть магическая защита, я чувствую…

— Мне меньше ста лет, а тебе шесть сотен. Понимаешь разницу?

Вампир кивнул. Все дроу обладали врождённой сопротивляемостью к волшебству, но её эффективность, как и вампирских способностей, росла с годами. Тёмный эльф мог выдержать взгляд или прикосновение своего ровесника-кровососа, но при такой разнице в возрасте, как у неё с этим пленником, защиты хватало только для отражения бесконтактных воздействий, причём с гарантией — лишь на расстоянии больше пяти-семи метров.

— Отлично. Надеюсь, ты понимаешь, что вопросы здесь задаю я. Или будем играть в героев?

Вампир возмущённо дёрнул головой.

— Драк побери! Да я всё это время только и жду, чтобы вы начали задавать вопросы! Мне столько всего нужно рассказать, а вы только и знаете, что свои садистские игры!

— На Арене я что-то не заметила особого желания говорить… Ну ладно, сделаем вид, что я тебе верю, для разнообразия. Как тебя зовут?

— Зерт. Постой, на какой ещё арене?!

— На той, где ты меня едва не убил, — ласково напомнила эльфийка.

— Но я не помню никакой арены! Я вообще не сражался с дроу! Ни с тобой, ни с кем ещё!

Назиль задумалась. Для обмана это звучало слишком неуклюже.

— А что же ты, в таком случае, помнишь?

— Я приплыл в Шаднор, чтобы поговорить с вашей Королевой. У меня крайне важные новости! А меня, не выслушав, спеленали магией, накачали какой-то дрянью… И всё.

— Лапарт, — понимающе кивнула девушка.

— Это то зелье, которое вы в меня влили?

— Нет, это тот эльф, который его использовал. Он превратил тебя в управляемое оружие, не доверяя твоим собственным умениям в фехтовании. А может, боялся, что ты просто не захочешь драться. Понятно, почему у тебя глаза были такие пустые во время боя.

— Драков сын! — взревел вампир. — Он кого-то убил с моей помощью?

— Насколько я знаю — нет, только попытался. Меня.

— Я убью его! Хотя нет, сейчас не время… Послушай, как тебя зовут?

— Назиль моё имя.

— Слушай, Назиль, у меня очень важная информация, от Братства Воскресителей. Я же сюда как дипломат приехал, драк побери! У меня и посольские документы с собой были…

Дроу махнула рукой.

— Уже сгорели, да так, что и пепла не найдёшь. Я даже догадываюсь, кто это сделал…

— Лапарт?

— Нет, дядюшка любит риск, но недостаточно безумен, чтобы напасть на посла. У него несколько другое хобби. А тебя взяла Паучья Команда… они это любят, схватить кого-нибудь, кто считает себя в безопасности, и продать в рабство, ну или замучать до смерти. У них это вроде религиозного служения, помогает повысить статус, боевое умение, а иногда и магическую силу. А Лапарту всё равно, у кого рабов покупать.

— И вы терпите таких безумцев в своём государстве?! Они же войну могут спровоцировать!

Назиль пожала плечами, забыв, что собеседник не может этого видеть.

— Мой народ любит войны. А «не потерпеть» Паучью Команду довольно сложно, они великолепные воины, сильные маги, и любой, кто пытался призвать этих ребят к порядку, сам становился их следующим развлечением. Даже высокородные лорды предпочитают не связываться. Королева, пожалуй, могла бы… но она им симпатизирует.

— В таком случае, вы все сошли с ума… — вампир скривился, — впрочем, это неважно. Нам все равно нужна ваша помощь. Как я могу увидеться с вашей Королевой?

Эльфийка хищно улыбнулась.

— Если ты попадёшь к Королеве, то станешь её собственностью, а я останусь с ушами. Я не для этого рисковала жизнью, сражаясь с тобой, чтобы отдать такого интересного раба, ничего от него не получив. Вот если ты сделаешь для меня что-нибудь полезное или приятное, я подумаю, как устроить тебе аудиенцию. Разумеется, после того, как выжму из тебя все интересные рассказы, какие ты знаешь. Так что в твоих интересах сотрудничать. Чем быстрее я тобой наиграюсь, тем скорее ты сможешь выполнить свою посольскую миссию.

Вампир застонал.

— Послушай, сейчас не время для ваших игр! Каждая минута бесценна! Речь идёт о сохранении всей жизни в Носфере, и жизни твоего народа в том числе!

Назиль улыбнулась ещё шире, и придвинув себе кресло, устроилась поудобнее:

— Вот и замечательно, мой дорогой! С этого рассказа ты и начнёшь… А там уже я решу, что с тобой и твоей миссией делать. Так что я очень внимательно слушаю…

На улицах шла резня.

Люди плохо понимали, кого и зачем они убивают, кто и зачем убивает их. Толпе нужно было выместить на ком-то ярость, подавить свой страх хотя бы и ценой жизни. Какой-то самозванец (вероятнее всего — агент Упокоителей) объяснил, что всему виной некроманты. Дескать, они своими жуткими и кровавыми обрядами переполнили меру терпения Судии, и тот явился в мир, чтобы карать правых и виноватых. С тем же успехом главными злодеями можно было назначить чужаков, грамотеев, богачей, солдат, или даже белых кроликов — людям, по большому счёту, было всё равно, кого громить. Они просто хотели крови.

Разумеется, некроманты не стали ждать, пока толпа до них доберётся. Как только первые отряды погромщиков ворвались в их квартал, мастера по нежити пробудили свою первую линию обороны. Вылезающие посреди улицы зомби и скелеты на некоторое время сдержали толпу — где физической силой, где суеверным ужасом… Потом их просто смяли массой, повалили и растоптали тысячами ног.

Старейшины квартала попытались выслать переговорщиков, урезонить взбесившихся горожан. Живыми успела уйти едва ли треть. Тогда колдуны обиделись, и в ход пошла действительно опасная магия. Законы Воскресителей запрещали использовать, хранить или изучать подобные заклинания в черте города — но когда речь идёт о выживании, соблюдение закона никого не беспокоит. Тем более, что некоторые из некромантов сами состояли в Братстве, и не сомневались, что их оправдают. Правильно, в общем, не сомневались.

Великаны-мертвецы в ржавых доспехах крушили нападающих огромными мечами. Призраки, выходя из стен, впивались в губы жертв убийственным поцелуем, высасывая жизнь. Летящие черепа обгладывали плоть до костей. Убитые погромщики тут же вставали и обращались против своих же друзей и родственников.

Но энергии хватало на сотню-другую боевых заклинаний, а нападавших было несколько десятков тысяч. И к тому же, эти люди отнюдь не являлись суеверными крестьянами. Граждане Ленизара, хотя и легко поддавались внушению (что доказывал сам факт погрома), привыкли иметь дело с нежитью всех форм и видов. У каждого второго был при себе защитный амулет против духов, каждый третий нёс какое-нибудь древковое оружие, на которое так удобно насаживать мертвецов… Защитников постепенно оттесняли вглубь квартала, ярость толпы перехлёстывала через всякие понятия о вменяемости. К счастью, женщин, стариков и детей им пока не досталось, но пятёрку школяров, не успевших отступить вовремя, просто забили ногами. Брошенный кем-то камень разнёс череп седому колдуну, не вовремя выглянувшему из укрытия. Ещё полчаса — и чародеев бы смяли, невзирая на всё их тёмное искусство. Но тут наконец подоспела городская стража.