Адепт - Кэтрин Куртц

Они с черепашьей скоростью обогнули перевернутый грузовик и выехали на основную полосу. Адам снова положил руку на руль. Инспектор покосился на него, потом перевел взгляд на дорогу и прибавил скорости.

– Как, продержитесь еще? – спросил он.

На лице Адама начали проявляться признаки усталости, но он все же слегка улыбнулся, по-прежнему не сводя глаз с дороги.

– Отсюда до Уркхарта вряд ли больше пятнадцати миль. Переживу.

Машина вырвалась на берег Лох-Несса и тут же содрогнулась, словно от удара великанской руки. Ветер, не встречая никакого сопротивления в длинной, узкой долине, словно в аэродинамической трубе, разогнался до двадцати миль в час, свирепо набрасываясь на склоны гор.

Движение на прилегающих к Лох-Нессу дорогах обыкновенно оживленнее, чем в Глен-Шиль, поэтому обочина шоссе была усеяна застигнутыми ураганом машинами всех видов и размеров. Некоторые машины перед остановкой явно потеряли управление и накренились, стоя одним или двумя колесами в кювете или прижавшись смятым крылом к каменной ограде.

Под руководством Адама Маклеоду удалось сравнительно быстро миновать десятимильную полосу препятствий из заглохших машин и прочих жертв мелких дорожных происшествий. Справа от шоссе с упорством разъяренного зверя набрасывались на берег черные волны Лох-Несса.

Однако центр этого катаклизма лежал где-то впереди. Когда до Глен-Уркхарта остались одна-две мили, внимание Перегрина привлекло призрачное бело-голубое сияние, мерцавшее у горизонта. Оно отличалось от молний, тоже время от времени освещавших небосклон, и воспринималось не столько физическим зрением, сколько внутренним взором.

Он заметил также, что это встревожило и Адама с Маклеодом. Инспектор то и дело косился в ту сторону, но Адам так и не сводил взгляда с дороги. Далеко впереди и ниже них к небу взмывали призрачными пальцами белые от пены волны, похожие на лепестки водных лилий. Приглядевшись, в хаосе можно было различить подобие водоворота, и это же движение угадывалось в кипении стихий над вершинами холмов.

Смысл происходящего не ускользнул и от Адама, хотя, казалось, он был занят совсем другим. Он понимал, что это такое и что это означает. Обитатели волшебного мира поднимали в гневе своем Волшебное Воинство. И если их праведный гнев не будет удовлетворен, его жертвами могут стать все без разбора, кто окажется в зоне их действия. Единственное средство умиротворить оскорбленных фейри – призвать к ответу их обидчиков.

Адам снова посмотрел на небо. В то мгновение, когда машина одолела очередной изгиб трассы, из темноты слева вынырнуло что-то темное и массивное и бросилось через дорогу прямо перед машиной.

Маклеод от неожиданности чертыхнулся и вильнул влево. Ему удалось избежать столкновения, но “вольво” занесло и вышвырнуло с асфальта. Машина перемахнула остатки невысокой ограды из каменных плит и с громким всплеском замерла посередине пологого откоса к воде. Одна фара погасла, но оставшаяся освещала залитую водой яму.

Несколько мгновений были слышны только стук дождевых капель по крыше, капоту и негромкое урчание двигателя. Потом Маклеод перевел дыхание и ослабил хватку на руле.

– Все целы? – хрипло спросил он.

Услышав уверенное “да” Адама, не пришедший еще в себя Перегрин неуверенно подался вперед со своего места.

– Что случилось? – спросил он.

– Мы чуть не наехали на кого-то, – ответил Маклеод.

Перегрин посмотрел на Адама.

– Вы видели, кто это был?

– Не очень ясно, – сказал Адам. – Но, судя по силуэту, это скорее всего был олень.

Запечатлевшийся в его сознании образ напоминал какую-то увенчанную рогами фигуру в полете. Впрочем, говорить об этом вслух ему не очень хотелось. Маклеод бросил на него странный взгляд, но тоже промолчал.

– Ладно, кто бы это ни был, его здесь больше нет, – заметил инспектор. – И средства передвижения, боюсь, у нас тоже больше нет.

Он включил заднюю передачу и осторожно нажал на акселератор, но задние колеса буксовали. Машина не тронулась с места.

Маклеод нахмурился, выключил двигатель и выбрался из машины осмотреть, насколько серьезны повреждения. Он обошел “вольво” спереди и, придерживаясь за крыло, чтобы не поскользнуться на мокром склоне, поднялся к двери Адама. Адам опустил стекло и протянул большой электрический фонарь. Сзади Маклеод провел еще больше времени, а когда вернулся, вид у него был не самый радостный.

– Ну что, без тягача нам с места не стронуться, – объявил он. – Даже если я не повредил подвеску о стенку, мы увязли по самые оси. Извините, Адам.

– Ничего, – пробормотал Адам. – Вряд ли кто справился бы лучше. Это я должен был предупредить вас. По крайней мере все целы. Нам просто придется одолеть остаток пути пешком. Дайте-ка мне карту, Перегрин.

Перегрин протянул ему карту, и Адам сверился с ней при свете плафона. Потом он повернулся в водительскому окну и посмотрел на причудливую иллюминацию, что все еще виднелась впереди, за насыпью шоссе.

– Сомневаюсь, чтобы мы были больше чем в миле от замка Уркхарт, – сказал он, прикинув расстояние. – Это не слишком далеко для пешехода, даже в такую грозу. Собственно, это может даже сыграть нам на руку, позволив использовать элемент неожиданности. Погода, конечно, не самая подходящая – но ведь для наших приятелей в Уркхарте она тоже не лучше.

Мелькнувшая на его лице улыбка была почти хищной, и Маклеод ответил на нее мрачной усмешкой.

– Что ж, что правда, то правда, – согласился инспектор. – Мистер Ловэт, если вы будете так добры передать мне мою сумку, мы вооружимся для предстоящей охоты. Адам, вас тоже снабдить?

– Нет, у меня есть все, что мне нужно, – ответил Адам, когда Перегрин молча протянул Маклеоду сумку и вопросительно посмотрел на него. – Правда, еще один фонарик мне не помешает. Можете достать его, Перегрин?

Перегрин послушно взял черный докторский саквояж, положил себе на колени и открыл. Он попытался разглядеть что-то в темноте, но Адам перегнулся с переднего сиденья и посветил фонариком внутрь. В то короткое мгновение, пока Адам доставал оттуда второй фонарь и передавал его Перегрину, художник успел заметить внутри несколько маленьких коробочек, флаконов и запечатанных в пластик одноразовых шприцев – то, что можно увидеть в сумке любого врача. Однако он увидел и несколько предметов странной формы, завернутых во что-то, напоминавшее белый шелк. Он вопросительно посмотрел на Адама; тот выключил свой фонарь.

– Инструменты для обоих моих ремесел, – загадочно произнес Адам. – Впрочем, сегодня все это мне не понадобится. Можете убрать это обратно за сиденье.

Не в силах скрыть удивления, Перегрин все же беспрекословно повиновался – слишком уж однозначно звучала просьба Адама. Тем временем Маклеод извлек из своей сумки вполне реальный автоматический пистолет, расчехлил его, вставил обойму и со зловещим щелчком передернул затвор.